Мощная сила!
Для профессионала сила — не всё. Но когда сила достигает определённого предела, это становится по-настоящему страшно.
Тот столб Лэй Шэнь тоже видел.
Он примерно прикинул: столб весит никак не меньше нескольких сотен цзиней. Только что в городке несколько человек вместе едва вытащили его.
А Чжао Хай поднял этот столб одной рукой. Судя по тому, как легко он это сделал, он словно вовсе не чувствовал тяжести.
Такая сила заставила Лэй Шэня взглянуть на Чжао Хая по-новому.
Лэй Шэнь не знал, кто такой Чжао Хай, и не знал, что тот совершил. Последние несколько лет он безвылазно провёл на горе, занимаясь культивацией и присматривая за рощей лэйму, потому о внешнем мире был осведомлён плохо. Но по виду отца он понял: тот, похоже, знает, кто такой Чжао Хай. Лэй Шэнь решил дождаться, пока Чжао Хай уйдёт, и тогда как следует расспросить отца.
Чжао Хай поднял столб, внимательно его осмотрел и кивнул:
— Неплохо. В этом столбе ещё теплится жизненная сила. И только природная энергия мастера растений может ему помочь. Господа, этот столб я забираю. Благодарю вас.
Лэймин поспешно заговорил:
— Господин, что вы, не стоит. Такое оружие всё равно никто, кроме вас, не использует. Уж лучше пусть будет у вас. Есть ещё какие-нибудь распоряжения?
Чжао Хай поспешно ответил:
— Господин староста, что вы, не стоит. Распоряжений больше нет. Сегодня мы, трое слуг, отдохнём здесь день, а завтра тронемся в путь. Не утруждайте себя. Мы возвращаемся отдыхать.
Лэймин, разумеется, не посмел задерживать Чжао Хая и с почтением проводил его с горы.
Лишь после того, как Чжао Хай вернулся в гостиницу, Лэй Шэнь получил возможность поговорить с Лэймином.
Лэй Шэнь с недоумением взглянул на отца:
— Отец, ты знаешь этого господина Тянь Хэцао? Тролль — это его прозвище?
Лэймин кивнул и негромко произнёс:
— Знаю, конечно. Сейчас в Государстве Души Сабли он у всех на устах. Зовут его Тянь Хэцао, он гениальный мастер растений. С детства его приметила семья Ху и взяла в ученики. Позже он попал на глаза одному из старейшин семьи Ху, и тот признал его приёмным родственником — так он стал человеком семьи Ху. Недавно Государство Души Волка вторглось в наши земли. Под Хуанфэнчэном наше войско угодило в ловушку волчан, императорский Бог Войны Дао Минтан погиб, а седьмой принц Дао Байин повёл войско против волчан. Но он командовал впервые, опыта у него не было, и он по неосторожности дал волчанам сжечь продовольствие. И когда войско уже оказалось в безвыходном положении, как раз появился этот Тянь Хэцао.
Тут глаза Лэймина загорелись:
— Говорят, он один прорвался сквозь войско Волка в Хуанфэнчэн и выложил огромное количество мутировавших растений. Эти растения не только помогали оборонять город, но и давали людям еду. И он же несколько раз отбил мастеров Волка, а однажды собственноручно срубил золотое волчье знамя. Именно поэтому Волк и потерпел поражение. А поскольку он огромен, степняки прозвали его Троллем. Постепенно это прозвище вернулось в страну, и теперь его все так зовут.
Услышав это, Лэй Шэнь изрядно удивился.
Он не ожидал, что Чжао Хай, который выглядел совсем молодым, успел совершить столько потрясающих дел. Это было поистине неожиданно.
Лэймин взглянул на Лэй Шэня и понизил голос:
— Говорят, он ещё ходил в степь и ограбил там несколько племён, привёз немало добра. А того толстого слугу он как раз спас из степи. Вернувшись в Государство Души Сабли, он велел тому толстяку разобраться с привезённым добром, а заодно съездить домой. Но семья того толстяка позарилась на добро, объявила его разбойником, избила и всё отобрала. А через несколько дней род, к которому принадлежал тот толстяк, вырезали подчистую. Некоторое время назад об этом много говорили.
Лэймин ведь был всего лишь старостой городка и знал немного. Не дружи он с Лу Лянем, ему и этого не удалось бы узнать. То, что он рассказывал, было не совсем верно, но и этого хватало, чтобы Лэй Шэнь понял, что за человек Чжао Хай.
Выслушав Лэймина, Лэй Шэнь тоже изрядно поразился. Он взглянул на отца:
— Он настолько беспощаден? И государство его не наказало? Он до сих пор разгуливает на свободе?
Лэймин покачал головой:
— Не знаю. Такие дела не для нас. Но ты посмотри на него — разве похоже, что у него неприятности?
Лэй Шэнь глубоко вздохнул и пробормотал:
— Не думал, что этот на вид кроткий юноша способен на такое. Удивительно. Поистине удивительно.
Лэймин взглянул на сына и негромко произнёс:
— И это не всё. Сегодня один человек из Государства Души Лука приходил его вызвать, говорил очень дерзко, а он не стал его убивать. Странный всё же человек. Кстати, как думаешь, тот способ, о котором он говорил, сработает? Как бы не вышло так, что деревья погибнут — тогда мы понесём большие убытки.
Лэй Шэнь негромко произнёс:
— Вот об этом, отец, не тревожься. Он ведь из семьи Ху. Какое место занимают мастера растений семьи Ху в Государстве Души Сабли — мне объяснять не надо. Даже если бы он сам не дорожил своей славой, ему пришлось бы думать о семье Ху. Так что способ наверняка верный. И человек он вовсе не странный: он убивает только врагов и их пособников. А тот, кто приходил его вызвать, просто хотел подняться за его счёт — смертью он не заслужил. Потому Чжао Хай и оставил его в живых. Отец, возвращайся, посмотри, проводи его из нашего городка — и довольно.
Лэймин, услышав это, тут же заговорил:
— Хорошо, я сейчас же вернусь. Кстати, с железной рудой — с чего начнём?
Лэй Шэнь подумал и вдруг негромко произнёс:
— Отец, давай так: завтра я схожу в город, в Ремесленную палату. Там каждый год скапливается много отходов железа. Для палаты они бесполезны, только мусор. Если мы поможем им избавиться от этих отходов, они будут очень рады. Так и наша проблема решится, и денег тратить не придётся — только время. Так будет лучше всего.
Лэймин закивал:
— Хорошо, если так — лучше не придумаешь. Сходи завтра, посмотри, а потом для начала попробуем в малых масштабах. Если сработает — будем действовать так.
Лэй Шэнь кивнул.
Лишь тогда Лэймин повернулся и пошёл в городок. Он и вправду боялся, как бы горожане не прогневали Чжао Хая. Вздумай Чжао Хай разгневаться — и их маленькому городку пришёл бы конец.
А Чжао Хай уже вернулся в свою гостиницу.
Он взглянул на столб в руке, и по движению мысли убрал его в пространство души-объекта.
Едва столб оказался в пространстве души-объекта, как вдруг выбросил разряд энергии, подобный молнии. Вместе с этим разрядом он взмыл в небо пространства души-объекта. В небе пространства появилось чёрное облако, и молния вошла прямо в него. Внутри облака бешено заплясали змеи-молнии — зрелище было страшное.
И тут железное дерево цю вдруг взлетело к тому столбу. Затем столб словно бы слился с железным деревом цю. Следом клубок природной энергии окутал железное дерево цю.
Такой перемены Чжао Хай никак не ожидал.
Пока Чжао Хай смотрел на железное дерево цю, из чёрного облака в небе вдруг посыпались молнии. Они ударили прямо по зверям и растениям в пространстве. Всё, что было в пространстве, подверглось удару молнии.
От такой перемены Чжао Хай тоже опешил.
Он не понимал, что происходит. Но у него было странное чувство: молнии не обладают большой разрушительной силой, и за вещи в пространстве можно не тревожиться.
И вправду, всё в пространстве прошло через крещение молнией.
Но после этого крещения вещи не только не пострадали — напротив, выглядели бодрее, чем прежде.
Чжао Хай знал, что это, возможно, лишь его ощущение. Но он чувствовал в этих вещах свойства молнии. Иначе говоря, если они научатся пользоваться этим свойством, их атаки обретут грозовую природу.
У всего в пространстве в атакующих свойствах появилась молния!
Это было огромным благом.
Среди всех атакующих свойств, если грозовое считается вторым по силе, то вряд ли какое-то другое осмелится назвать себя первым. Разрушительная мощь молнии поистине чудовищна.
И в этот миг окутанные природной энергией железное дерево цю и столб вдруг переменились.
Столб исчез. Но и тан с бычьей головой переменился.
Голова тан осталась, но под ней появился молот, похожий на барабан. Голова тан соединялась прямо с этим молотом, а под молотом возникло кольцо длинных кистей, и лишь ниже — рукоять.
Чжао Хай смотрел на это невероятно уродливое оружие и чувствовал, как у него кружится голова. Он и подумать не мог, что оружие станет настолько причудливым.
И Чжао Хая удивило другое: чёрное облако и молнии в пространстве души-объекта не исчезли. Напротив, Чжао Хай обнаружил, что природная энергия действительно связана с этим облаком и молниями, как и с остальными вещами.
Неужели и облако, и молнии созданы природной энергией?
От этой мысли Чжао Хай сразу всё понял: молния — тоже разновидность природной энергии, и облако тоже. Потому эти две вещи и могут быть связаны с природной энергией — ничего удивительного.
Чжао Хай с облегчением выдохнул.
Так или иначе, это хорошо. Теперь в его пространстве есть энергия молнии. И не только у зверей — даже в теле Юйвы есть грозовая энергия. Иначе говоря, атаки Юйвы стали ещё сильнее.
И у Чжао Хая было ещё одно чувство: эта грозовая энергия приносит вещам в пространстве души-объекта куда больше пользы, чем кажется. Возможно, в будущем от неё будет ещё больше проку, но пока этого не видно.
От этой мысли Чжао Хай перестал думать о чёрном облаке.
Он убрал психическую силу из пространства души-объекта, и по движению мысли в его руке появился изменённый тан с бычьей головой. Затем Чжао Хай снова надел бычий шлем.
Едва надев его, Чжао Хай обнаружил, что и бычий шлем мутировал.
(Конец главы)