Нянь Ицзю тоже умолк.
Он тоже считался человеком, повидавшим немало сражений. Хоть с командованием у него и было неважно, в военном деле он не был полным невеждой. Напротив, в делах войны он разбирался неплохо. Он прекрасно понимал — тот командующий прав. Хоть они и остановили брёвна болтами, но эти же болты преградили и их собственный путь, не давая штурму идти быстрее. А главное — пока есть брёвна, им придётся использовать этот способ. И при таком раскладе взять врата Наньхуа будет не так-то просто.
Тут один командующий вдруг заговорил:
— Глава союза, у меня есть один способ. Не знаю, стоит ли о нём говорить.
Нянь Ицзю взглянул на него и серьёзно произнёс:
— Говорите, командующий Чэнь.
Командующий Чэнь кивнул и серьёзно произнёс:
— Способ мой на самом деле очень прост. Завтра мы атакуем как обычно: баллисты и камнемёты подавляют оборону на стене, а затем идёт пехота. Но наступающих нужно заменить — пусть некоторые мастера уровня танца в пустоте переоденутся в обычных солдат и пойдут в атаку. Тогда противник решит, что это обычные солдаты. А когда мастера уровня танца в пустоте подойдут достаточно близко к стене, они внезапно взойдут на неё. В этот момент наши баллисты и камнемёты смогут замолчать. С этими мастерами на стене противник не сможет сбрасывать вниз брёвна. И тогда наше войско сможет пойти следом. Пока мастера уровня танца в пустоте держат стену, наши войска смогут приставить к ней штурмовые лестницы и осадные башни, и наши люди беспрепятственно взойдут на стену.
Все в шатре опешили.
Затем в их глазах сверкнул острый блеск. Надо признать, предложение командующего Чэня и впрямь было неплохим — оно как нельзя лучше соответствовало поговорке «на войне все средства хороши».
Если мастера уровня танца в пустоте внезапно взойдут на стену, противнику будет крайне трудно сбросить их обратно. А оказавшись на стене, мастерам уже не придётся бояться болтов противника. К тому же врагу станет почти невозможно сбрасывать вниз брёвна. И тогда последующие отряды смогут приставить к стене свои осадные машины, и атака станет куда проще.
Единственная проблема этого плана — смогут ли мастера уровня танца в пустоте поступиться своей гордостью. Надо понимать: у мастеров уровня танца в пустоте есть собственное достоинство. Смогут ли они отбросить своё лицо, надеть форму простых солдат и пойти в атаку, как обычные солдаты? Вот это и был главный вопрос.
Впрочем, для Нянь Ицзю это не было проблемой. Сейчас он глава союза. И не только он — все города-государства хотели победить в этой войне. Потому они непременно пойдут навстречу. Так вопрос с мастерами уровня танца в пустоте и решится.
Все в шатре были не глупцами. Они сочли этот план вполне осуществимым и принялись обсуждать. Даже Ши Е с изумлением взглянул на командующего Чэня.
Тут вдруг раздался голос Шичуя:
— Командующий Чэнь из какого города-государства? Что-то я его раньше не замечал.
Ши Е произнёс:
— Командующий Чэнь из племени Неистового льва. Они живут в степи Неистового льва. Сила их хоть и немала, но они всегда называют себя племенем, а не городом-государством. Главное — у племени Неистового льва нет городов. Они кочуют вслед за водой и травами. Вся степь, любое её место может стать их домом.
Шичуй кивнул:
— Вот оно что. Его предложение очень неплохо, видно, что он силён в военном деле. Если в будущем придётся с ним столкнуться, нужно быть осторожным.
Ши Е кивнул:
— У людей племени Неистового льва есть ещё одно название — их называют войском Бога Войны. Воины племени Неистового льва необычайно сильны и часто воюют с несколькими окрестными городами-государствами. И в этих войнах они чаще побеждают, чем проигрывают. В последние годы они и вовсе прижали те города-государства так, что те не могут вздохнуть. Потому с людьми из племени Неистового льва справиться очень трудно.
Он помолчал и продолжил:
— Говорят, что воины Шину, Хусяо и Сюэдао сильны. Но на самом деле признанной сильнейшей армией Мира Духовного Оружия всегда была конница племени Неистового льва.
Шичуй кивнул:
— Выходит, это племя Неистового льва и впрямь могущественно? Почему же я раньше почти не слышал о них?
Ши Е серьёзно произнёс:
— Потому что никто не хочет о них вспоминать. И само племя Неистового льва редко с кем-то контактирует. Кроме некоторых торговых дел с городами-государствами, они живут крайне замкнуто — куда более замкнуто, чем наше Шину. Потому постепенно о них и перестали говорить.
Шичуй с недоумением спросил:
— Тогда почему они вступили в союз против Святой академии?
Ши Е серьёзно произнёс:
— Потому что у них счёты со Святой академией. Академия давно пыталась протянуть руку к племени Неистового льва, но у неё ничего не вышло. Главное — племя Неистового льва единственная сила, которая за все эти годы ни разу не послала человека в Святую академию. Потому Академия скрежещет зубами от злобы на них, но ничего не может поделать.
Он помолчал и продолжил:
— Впрочем, Святая академия может использовать против племени Неистового льва те же методы, что и против наших городов. Но племя Неистового льва — не наш город. Если их довести до крайности, они выйдут и начнут грабить. И другие города-государства ничего не смогут с ними сделать. Но странно другое: за столько лет племя Неистового льва ни разу не расширялось. Они держатся за свою степь Неистового льва — сами наружу не выходят, но и других внутрь не пускают. Очень необычно.
Шичуй опешил. Он повернулся к Ши Е:
— Жаль, что они пошли поддерживать Нянь Ицзю. Вот если бы они его не поддерживали, было бы куда лучше.
Ши Е нахмурился:
— Это ещё не точно. Племя Неистового льва уважает только сильных. А Нянь Ицзю, с какой стороны ни посмотри, сильным не назовёшь. Так что в то, что племя Неистового льва поддерживает Нянь Ицзю, я не очень верю. Думаю, тут может быть что-то скрытое. Нам стоит это проверить.
Услышав это, Шичуй опешил. Затем в его глазах загорелся огонёк:
— Вот оно что. Хорошо, пошлём людей разузнать.
Пока они говорили, Нянь Ицзю уже сел. Он обвёл всех взглядом и дважды откашлялся. Когда в шатре стихло, Нянь Ицзю заговорил:
— Скажите — какие у кого мнения о предложении командующего Чэня?
Все на миг умолкли. Затем все хором произнесли:
— У нас нет возражений.
Это был первый раз, когда все единодушно согласились с одним предложением. Видно, оно и впрямь пришлось всем по душе.
На лице Нянь Ицзю наконец появилась улыбка. Он серьёзно произнёс:
— Хорошо, раз возражений нет, решено. Завтра все отдыхают и как следует всё готовят. Послезавтра начинаем общий штурм врат Наньхуа и непременно их возьмём!
Все дружно отозвались и стали расходиться.
Вернувшись в свой лагерь, Шичуй созвал Ши Е и остальных в свой шатёр. Когда все сели, Шичуй повернулся к Ши Е:
— Генерал Ши Е, обязательно разузнай всё о командующем Чэне — что он задумал, что задумало их племя Неистового льва. Нам с Нянь Ицзю рано или поздно придётся порвать. Если они и впрямь поддерживают Нянь Ицзю, для нас это будет большой угрозой.
Ши Е кивнул:
— Хорошо, я этим займусь.
Шичуй кивнул и серьёзно произнёс:
— Наши разведчики за эти дни не принесли ничего хорошего. А сегодняшняя идея командующего Чэня и впрямь хороша. Если в Наньхуа не хватит сил, они не выстоят против этой атаки.
Он помолчал и продолжил:
— Если Нянь Ицзю и его люди возьмут Наньхуа, дальше воевать им будет куда легче. В конце концов, Наньхуа — военная крепость, припасов там наверняка много. К тому же взятие Наньхуа поднимет боевой дух. В будущем перед армией Наньхуа у них будет психологическое преимущество. И тогда маленькое Наньхуа они, пожалуй, сметут одним ударом. А для нас это совсем нехорошо.
Все кивнули.
Ши Е взглянул на Шичуя:
— Генерал Ши, может, нам попытаться сорвать их действия?
Услышав это, остальные опешили. Затем все уставились на Шичуя.
Шичуй, не раздумывая, покачал головой:
— Нет. Так делать нельзя.
Взгляд его застыл, и он неспешно произнёс:
— Наша борьба с Нянь Ицзю — внутреннее дело союза против Святой академии. Да, если у него всё пойдёт успешно, наши прежние планы могут пошатнуться — но у нас всё ещё будет возможность с ним справиться. А если мы ударим в спину, это лишь сыграет на руку Святой академии. Такие дела, от которых больно своим и радостно врагам, мы допускать не должны.
Он усилил голос:
— К тому же если об этом узнают в других городах-государствах, нам будет только хуже. Даже если Нянь Ицзю падёт, нас больше не выберут. И когда мы потом придём разбираться с Нянь Ицзю, нам уже никто не поверит. Потому так делать нельзя.
Все кивнули.
На самом деле они и сами не хотели так поступать. Они военные, а не политики. Политик ради цели пойдёт на всё; военный — нет. У военного свои методы. Такие подлые приёмы обычный военный побрезгует использовать.
Ши Е сказал это главным образом для того, чтобы проверить Шичуя — станет ли он так поступать.
Если бы Шичуй согласился, Ши Е и остальные хоть и не сказали бы ничего, но сильно разочаровались бы в нём и стали бы опасаться всего Государства Мимунь. Ничего не поделаешь — они не смогли бы полностью сотрудничать с человеком, который ради цели готов на всё и плетёт интриги. Они боялись бы, что он когда-нибудь продаст и их.
Ответ Шичуя их вполне удовлетворил. Потому они промолчали. Но их расположение к Шичую заметно выросло.
Шичуй не знал, что Ши Е и остальные его проверяли, и потому продолжил:
— Наша главная задача сейчас — разузнать о командующем Чэне. А за войной снаружи нужно следить, но победа или поражение — мы не должны намеренно их подталкивать. В этом нет нужды.
Он помолчал и продолжил:
— С силами наших нескольких городов-государств, даже если Нянь Ицзю и победит, ему придётся хорошо подумать, прежде чем связываться с нами. Потому не горячитесь, делайте своё дело.
(Конец главы)