Чжао Хай прожил в городе Юйжэнь целых десять дней. Все эти дни Юй Дэси держался с ним предельно любезно: каждый день угощал на славу, а когда Чжао Хай выходил за город погулять, его непременно сопровождали. Но Чжао Хай всё время чувствовал, что в этом сопровождении скрывается оттенок надзора.
Впрочем, Чжао Хай не подавал виду. Он прекрасно понимал: в таком государстве, где всё строится на централизованной власти, к человеку его положения непременно будут относиться с особым вниманием. Юй Дэси боялся, что он уйдёт. А если бы Чжао Хай и вправду ушёл, то к приезду посланцев от императора государства Лун Юй Дэси не смог бы его предъявить — и, пожалуй, поплатился бы головой.
Потому, хоть Чжао Хай и ощущал на себе чужой взгляд, он ничего не говорил и по-прежнему каждый день бродил по окрестностям Юйжэня, сопровождаемый слугой, которого приставил Юй Дэси. Разумеется, он не только гулял — главным образом он собирал растения и животных. Надо сказать, на континенте Иномирцев нашлось немало растений, которых он прежде не видел.
Слуга, приставленный Юй Дэси, разумеется, доносил о нём. Юй Дэси же ничего не говорил. На континенте Иномирцев неплохо разбирались в разных профессиях и знали, что мастера растений порой имеют обыкновение собирать растения. Потому, видя, как Чжао Хай изучает травы, он не находил в этом ничего странного.
Через десять дней Юй Дэси получил весть: из областной управы прислали людей за Чжао Хаем. Они просили его отдохнуть в области, а заодно сообщали, что император уже знает о его прибытии и посылает навстречу своего посланца.
Юй Дэси это не обрадовало, но поделать он ничего не мог. Он был всего лишь мелким уездным начальником и обязан был слушаться вышестоящих. Ему не хотелось отпускать Чжао Хая не из привязанности, а ради заслуг. Можно было представить, что если Чжао Хая заберут из Юйжэня, а не из областного центра, награда Юй Дэси будет совсем иной. Но его начальник, глава области, очевидно, тоже понимал это. Если Чжао Хая заберут из области, выгода достанется областному начальству.
Сидя в карете по пути в область, Чжао Хай горько усмехался. Надо же — он, мастер уровня танца в пустоте, оказался вроде древнего китайского знамения, стал для людей орудием для получения чинов и богатства. Смех да и только.
Честно говоря, будь у него прежний нрав, он давно бы ушёл — какое ему дело до этих людей. Но он только что прибыл на континент Иномирцев, ещё плохо здесь разбирался. Знал лишь, что здешние порядки похожи на древний Китай, а больше — ничего. В таких обстоятельствах ссориться со здешними властями не сулило ничего хорошего. Хоть он теперь и не боялся мастеров уровня разрыва реки, он хотел задержаться на континенте Иномирцев, хотел понять здешнюю жизнь. А если бы он и вправду выманил кого-то из мастеров уровня разрыва реки, было бы куда хуже.
К тому же Чжао Хай прекрасно понимал: хоть он и может изменить внешность, для мастера уровня разрыва реки такое изменение не будет надёжным — если тот захочет его найти, всё равно найдёт.
Мастера уровня разрыва реки стали сильнейшими в Мире Душ, превратились в абсолютное оружие против Разрушителей — и это неспроста. Чжао Хай хоть ещё и не достиг этого уровня, постоянно сдерживая силу, но уже кое-что о нём понимал. Это было трудноуловимое чувство, дававшее ему знать о необычайной мощи мастеров уровня разрыва реки. По меркам культиваторов, до уровня сгущения формы ты всего лишь обычный воин, даже не культиватор. Достигнув уровня сгущения формы, ты лишь становишься культиватором. Уровень танца в пустоте — всего лишь середина стадии взращивания ци, ничего особенного. А уровень разрыва реки — это примерно стадия закладки основания. Достигнув её, ты по-настоящему становишься культиватором и покидаешь ряды обычных людей.
Разумеется, в Мире Душ уровни так не делят, и мастера уровня разрыва реки не так просты — ведь методы культивации здесь иные.
Потому Чжао Хай и не хотел здесь ни с кем ссориться. Пусть нынешнее обращение и вызывало у него неприязнь, но терпеть было можно. Всё-таки он пробудет в области всего несколько дней, а затем отправится к императору. А после встречи с императором он обретёт свободу. «С царём встретиться легко, с мелким бесом — тяжко» — Чжао Хай хорошо понимал эту поговорку. С императором, может, и не будет хлопот, а вот уездные и областные начальники куда хлопотнее самого царя.
Карета ехала три дня и наконец добралась до области — города Хучжоу. Хучжоу оказался большим городом: обширным, со стенами потолще, с многолюдными улицами. Но Чжао Хай сидел в закрытой карете, и люди снаружи не знали, что внутри едет человек с другого континента.
Вскоре карета остановилась у областной управы. Начальник области уже ждал там. Это был толстяк лет пятидесяти с лишним — полная противоположность худому Юй Дэси. Он был поистине огромен, с прирождённой улыбкой на лице, похожий на Будду Майтрейю.
Чжао Хай вышел из кареты, и начальник области тут же сложил руки в приветствии:
— Ваш покорный слуга Ма Юй приветствует вас, господин. Вы проделали долгий путь.
Чжао Хай неплохо разбирался в чиновниках. Он понимал, что с этими людьми лучше не ссориться, иначе не оберёшься хлопот. Потому поспешно ответил на поклон:
— Приветствую вас, господин Ма. Чжао Хай рад знакомству.
Ма Юй поспешно произнёс:
— Господин слишком любезен. Прошу, проходите в управу.
Он повёл Чжао Хая внутрь.
Чжао Хай взглянул на Ма Юя и ничего не сказал, лишь учтиво последовал за ним. Вскоре они оказались в задней части управы. Эта управа была куда внушительнее уездной, и слуг у Ма Юя было гораздо больше, чем у Юй Дэси. Ма Юй держался с Чжао Хаем предельно любезно, по обыкновению устроил пир, а затем отвел ему лучшую комнату для отдыха.
Чжао Хай также почувствовал, что Ма Юй хоть и не слишком силён, но человек чрезвычайно обходительный, настоящий мастер лавировать. Неудивительно, что он сумел занять такое место.
Чжао Хай и не думал ссориться с Ма Юем. Континент Иномирцев совершенно не походил на континент Письменности, и ссориться с таким местным воротилой было бы крайне неразумно.
Чжао Хай провёл в Хучжоу ещё около семи дней. Все эти дни он по-прежнему выбирался за город, бродил там, собирал растения — ничего особенного.
В этот день Чжао Хай уже собирался уходить, как в его комнату вошёл Ма Юй и с порога заговорил:
— Господин, сегодня лучше не выходите. В полдень прибудет посланец, и он непременно захочет вас увидеть. Если не увидит, может прогневаться на меня. Прошу, отнеситесь с пониманием.
Чжао Хай тут же ответил:
— Что вы, господин Ма, слишком любезны. Что ж, я подожду здесь прибытия посланца. Но, господин Ма, нет ли у вас какой-нибудь книги почитать?
Ма Юй, услышав согласие, обрадовался:
— Хорошо, я сейчас же велю принести вам книги. Прошу, подождите.
Он поклонился и вышел.
Вскоре Ма Юй прислал книги. Видно было, что этот человек умеет угодить. Он прислал не какие-нибудь канонические тексты, а исторические сочинения и записки о путешествиях. Похоже, он хотел, чтобы Чжао Хай через эти книги узнал континент Иномирцев.
Чжао Хай невольно подивился деловой хватке Ма Юя. Надо сказать, человек он был неплохой. Впрочем, сейчас Чжао Хаю было не до размышлений — он тут же взял книги и с помощью силы мысли принялся с ними «беседовать».
Скорость мысли Чжао Хая была очень высокой. С тех пор как изначальная сила души стала расти, его мышление ускорялось всё больше. Теперь он и книги читал всё быстрее.
За одно утро Чжао Хай прочёл все десять с лишним книг, присланных Ма Юем. Но больше книг просить не стал, а сел, закрыл глаза и принялся тщательно переваривать прочитанное.
Ближе к полудню за дверью его комнаты раздались шаги, и голос произнёс:
— Господин, начальник области просит вас пройти с ним в передний зал.
Чжао Хай медленно открыл глаза и негромко произнёс:
— Хорошо, я понял, иду.
Он поднялся и неспешно вышел. К этому времени у него уже сложилось некоторое представление о континенте Иномирцев.
Жители континента Иномирцев действительно в основном занимались телесной практикой, но это не значило, что все высшие техники здесь — телесные. На самом деле это было не так. Мастеров телесной практики здесь хватало, но ещё больше было тех, кто взращивал ци. К тому же на континенте Иномирцев считалось, что телесная практика — лишь подготовка к взращиванию ци, а в конце всё равно нужно взращивать ци.
На континенте Иномирцев и вправду все занимались боевыми искусствами, но простые люди учили лишь самые грубые приёмы, возможно, ещё и переделанные, лишённые силы. Это как с китайским тайцзицюанем: старики учат одну форму, которая годится лишь для разминки, а другие используют тайцзицюань в бою, и сила его велика.
На континенте Иномирцев до такого не доходило, но можно с уверенностью сказать: то, что учили простые люди, не было чем-то выдающимся — самое большее, делало тело крепче. И всё же благодаря этому простые жители континента Иномирцев были куда более боеспособны, чем простые люди на других континентах. Хорошо обученный простолюдин здесь мог справиться с десятком простых людей с других континентов.
Мастеров на континенте Иномирцев наверняка немало, но их положение не обязательно так высоко, как на континенте Души Оружия или Письменности. Ведь государства здесь чрезвычайно сильны. Императоры не обязательно мастера, но у них есть особый метод, позволяющий слиться с силой всего государства. Иными словами, если император захочет разобраться с кем-то, это равносильно тому, что с ним разбирается всё государство. Если только не внутренний мятеж, внешней силе с ним не справиться.
И армия здесь сильна. Генералы обладают той же способностью, что и император, но их сила применима лишь в армии, лишь в войсках, которыми они командуют. Иными словами, если у генерала под началом десять тысяч человек, в нужный момент он может собрать их силу в себе и многократно уси литься. Разумеется, он не может вобрать всю силу десяти тысяч, лишь часть, — но и это уже страшно.
Кроме того, Чжао Хай обнаружил, что во всех книгах континента Иномирцев упоминается одно слово — «артефакт». Это не обычный артефакт. Здесь у генерала есть воинский артефакт, у императора — государственный, у начальника области — областной, у уездного — уездный. Эти артефакты обладают чудовищной силой: они позволяют извлекать силу всех жителей подвластной земли и обращать её на себя. Император с государственным артефактом может собрать силу всех людей в стране, мгновенно став непобедимым мастером, способным даже убить великого мастера уровня разрыва реки.
Уездный начальник тоже может с помощью уездного артефакта собрать силу всех подвластных ему людей. Хоть он и не станет так силён, как император, но и его нельзя недооценивать. При этом высший артефакт сильно подавляет низший. Если уездный начальник вздумает выступить против человека уровня областного начальника, у него почти нет шансов на успех.
Такого странного метода Чжао Хай прежде не встречал. Он не понимал, что это за артефакты. Честно говоря, в его пространстве было бесчисленное множество подчинённых, но он никогда не думал, что однажды сможет собрать всю их силу в себе. Подумать только: сколько людей в государстве у императора? Если собрать силу всех, насколько она будет велика? Одна мысль об этом приводила в трепет.
Но из книг Чжао Хай узнал и другое: этих императоров можно победить. И побеждают их не кто иные, как их собственные подданные — то, что называют мятежом.
В двенадцати государствах континента Иномирцев названия с древности не менялись, артефакты императоров тоже не менялись, а вот императоры сменялись бессчётно. Большинство умирали своей смертью, но некоторых убивали. И убивали их не кто иные, как их подчинённые.
Если император неразумен и жесток, доводит народ до бедности, простые люди поднимают мятеж. А с мятежных простых людей император не может собрать силу. Лишившись силы, император становится не так уж страшен.
(Конец главы)