В последующие дни война погрузилась в странное противостояние.
Святая академия всей душой стремилась взять город, но прежде чем начать штурм, им приходилось засыпать рвы за городскими стенами. Поначалу это шло довольно гладко, но когда дело дошло до позиций, где баллисты могли угрожать мастерам уровня танца в пустоте, всё перестало быть таким простым. Днём они засыпали рвы — ночью люди Чжао Хая их раскапывали; они засыпали снова — люди Чжао Хая снова раскапывали. Казалось, обе стороны не штурмуют город, а играют в игру «засыпь ров — раскопай ров».
Причина была в том, что силы сторон были примерно равны, а у Чжао Хая на руках были баллисты. Не стоит недооценивать баллисты — оружие, способное справиться даже с мастерами уровня танца в пустоте, никак не назовёшь обычным. Но главное было в другом: баллисты армии Святой академии никак не могли подавить баллисты в городе. Хотя в количестве баллист, возможно, и была разница, Святая академия всё равно не могла одолеть противника.
Когда-то, при штурме врат Наньхуа, Нянь Ицзю удавалось несколько раз взобраться на стену — и одна из главных причин была в том, что их баллисты подавили баллисты защитников, не давая им отвечать. Так камнемётные машины смогли подойти и обрушить на город камни, а затем начался штурм.
Но теперь баллисты Святой академии не могли подавить городские баллисты, и те непрерывно били. Из-за этого люди Святой академии не могли подтянуть к стенам камнемётные машины и осадные башни; а если и подтягивали, то в конце концов их сжигали зажигательные стрелы, выпущенные из баллист. Так что со штурмом у Святой академии не ладилось совершенно.
На самом деле баллисты Чжао Хая не были подавлены только благодаря барьерной формации. Она принимала на себя удары вражеских баллист, и потому городские баллисты продолжали бить.
Святая академия не знала, как Чжао Хаю это удаётся, и самонадеянно полагала, что он удерживает баллисты ценой жизней, даже не помышляя о барьерной формации. Святая академия тоже изучала формации, но результаты были неважными — по крайней мере, до сих пор они не создали барьерную формацию.
Без барьерной формации нельзя было, как Чжао Хаю, не беспокоиться об атаках врага и только нападать. Именно поэтому Чжао Хай и его люди не уступали в перестрелке.
Сейчас у Святой академии не было хорошего выхода. Они посылали отряды мастеров уровня танца в пустоте, чтобы атаковать те города, но безуспешно. Появление небесных фонариков свело возможность ночных налётов к минимуму. Конечно, небесные фонарики нетрудно освоить, и теперь они тоже научились их использовать, так что их лагерю не грозили ночные атаки противника.
Но проблема была в том, что они были наступающей стороной, не могли совершать ночные вылазки и вынуждены были днём чинно идти в атаку. А раз не удавалось справиться даже с баллистами противника, как наступать? Они думали было плюнуть на вражеские баллисты и пойти на прямой штурм, пожертвовав частью людей — им казалось, что стоит подтащить камнемётные машины, и они непременно подавят баллисты.
Увы, они слишком всё упрощали.
Первая проблема — рвы. Камнемётные машины не передвигаются как попало: для стрельбы их нужно установить неподвижно, к тому же они очень тяжёлые. Потому использовать их для обстрела города, не засыпав предварительно рвы, невозможно. А засыпать рвы стоило слишком дорого.
Святая академия пробовала, не считаясь с потерями, засыпать рвы и подтащить камнемётные машины, чтобы бить прямо по городу. Но результат оказался таким: едва машины подтащили, как их подожгли зажигательными стрелами из города. Осадные башни и штурмовые лестницы тоже вспыхнули и стали непригодны.
Самое ненавистное было то, что Святая академия не знала, что Чжао Хай использовал в своих стрелах. Обычная зажигательная стрела — это просто ткань, пропитанная маслом, обмотанная вокруг древка и подожжённая. После выстрела ткань ещё горит; попав в цель, она её поджигает — вот и вся обычная стрела.
Но у Чжао Хая стрелы были иными. В них было что-то, отчего при попадании они с грохотом взрывались, и поражённый предмет охватывало море огня. И огонь этот был особенно злым, очень трудно тушился; если попадал на человека, продолжал гореть, и даже катание по земле не помогало. Это было поистине ужасно.
На самом деле они не знали, что арбалетные болты Чжао Хая были специально изготовлены. Обычный болт — это просто ткань на наконечнике; лишь при штурме к наконечнику привязывают верёвки. Но болты Чжао Хая отличались: на наконечнике были глиняные шарики, в которых находилась смесь клея и масла.
Эти шарики делали из рисового отвара и глины, потому глина была особенно липкой. Затем на наконечник наматывали ткань и поджигали её. Стрела летела, попадала в цель — шарик лопался, масло разбрызгивалось и воспламенялось от горящей ткани. Так получалась зажигательная стрела, доставлявшая Святой академии столько хлопот.
Масло в этих стрелах было особо приготовлено: попадая на человека, оно прилипало, как клей, и его трудно было снять; к тому же из-за масла огонь нелегко было потушить. Потому Святая академия так мучилась.
Впрочем, изготовление таких стрел стоило очень дорого: масло, клей, рис, ткань — всё требовало денег, и себестоимость была куда выше обычных зажигательных стрел.
Все эти причины вместе взятые не давали Святой академии продвинуться ни на шаг.
А люди Святой академии не знали, что Чжао Хая уже нет в городе. Командовал обороной Шичуй. Чжао Хай лично с людьми отправился к продовольственным путям Святой академии на разведку.
За несколько дней Чжао Хай осмотрел все дороги, выбрал наиболее подходящие места для нападения и запомнил координаты нескольких трактов, после чего вернулся в город.
К этому времени в городе всё было готово. Всего пятьсот человек, у каждого — карманная телепортационная формация и атакующая магическая формация. Кроме того, каждому участнику нападения выдали по защитному снаряжению.
Это снаряжение представляло собой небольшой щит, изготовленный весьма искусно, с одной формацией внутри. Правда, такие щиты уже были сняты с производства в заповедных землях.
Когда всё было готово, Чжао Хай рассчитал время. Убедившись, что в тот день обоз Святой академии повезёт продовольствие в главный лагерь, он повёл людей в засаду на трёх продовольственных трактах.
Добравшись до места засады, все замаскировались и стали тихо ждать появления обоза. Они выбрали позицию ровно между теми городами и главным лагерем. Так, чтобы прийти на помощь обозу, и лагерю, и городам требовалось время — а его хватало, чтобы сделать многое.
Для этой операции Чжао Хай также заготовил для каждого отряда несколько особых атакующих формаций. Формации были не очень мощными, но имели свойство: огненную природу — могли напрямую выпускать пламя. Это пламя поражало обычных солдат и могло сжигать продовольствие.
Однако против мастеров уровня танца в пустоте эти формации были слабы. Мастеру достаточно было выбросить энергию наружу, чтобы погасить пламя. Формации изобрёл не Чжао Хай, а несколько мастеров формаций из Государства Мимунь; они ещё находились в испытательной стадии и нуждались в доработке.
Хотя это была лишь испытательная стадия и предстояло многое улучшить, Чжао Хай всё равно радовался. Это была первая формация, созданная мастерами Государства Мимунь. Несмотря на недостатки, Чжао Хай их похвалил. Но он не стал помогать им сразу дорабатывать формацию, потому что это лишило бы их творческой жилки. Чжао Хай не предложил никаких улучшений, а велел изготовить несколько опытных образцов и сразу взять их на поле боя.
Чжао Хай сидел на большом дереве, закрыв глаза, словно спал. Остальные мастера уровня танца в пустоте тоже расположились вокруг, но скрытно — по крайней мере, с воздуха их было трудно заметить. Однако все они смотрели на Чжао Хая с восхищением.
Они уже знали, что щиты у них в руках сделаны Чжао Хаем, а внутри — формация, значит, это почти магический инструмент. Магический инструмент! Пусть даже самый простой, но он вызывал у них восторг. Прежде в Мире Духовного Оружия сколько было магических инструментов? Все они находились в руках власть имущих, обычно ими пользовались только Прародители городов-государств. Таким, как они, доводилось лишь слышать о магических инструментах, но не видеть их, не то что пользоваться. Теперь же у них появился магический инструмент, пусть и низший, но это их чрезвычайно воодушевляло.
На поле боя армия Святой академии не могла продвинуться, и главное — их потери были очень малы. Теперь солдаты в нескольких городах совсем перестали бояться войны и даже ждали её. Ведь эти солдаты повидали кровь, но они и представить не могли, что можно воевать так. Это совсем не походило на прежние битвы, и боевой дух солдат в городах был очень высок.
И всё это принёс Чжао Хай. Не говоря уже о том, что он теперь был владыкой первого города-государства Мира Духовного Оружия. А это государство он создал собственными руками — поднялся из дикой глуши и стал первым во всём Мире Духовного Оружия, потратив всего несколько лет. Такой человек достоин восхищения, достоин всеобщего поклонения.
(Конец главы)