— Какие тут ещё могли быть возражения? Это же очевидно доброе дело, полезное для всех городов-государств, к тому же эти барьерные формации Чжао Хай дарил просто так. Как они могли возражать?
Чжао Хай, увидев, что все кивнули, слегка улыбнулся и обвёл зал взглядом:
— Хорошо, господа, тогда я больше ничего не скажу. Сначала уладим свои дела, а потом подумаем, как быть со Святой академией. Сегодня вечером я устрою здесь пир. Надеюсь, все окажут честь.
Все дружно согласились. Лишь глава рода Чжэ поднялся и, сложив руки, обратился к Чжао Хаю:
— Глава союза, военная обстановка не терпит промедления. Мы сейчас же вернёмся в Ялунское государство готовиться. Постараемся поскорее доставить продовольствие, и надеемся, что глава союза как можно раньше отправит подкрепление.
Чжао Хай взглянул на главу рода Чжэ, немного подумал и низким голосом произнёс:
— Хорошо, пусть будет по-вашему. Вы отправляетесь прямо сейчас? Как только у вас всё будет готово и продовольствие доставлено, я тотчас отправлю подкрепление.
Глава рода Чжэ кивнул:
— Да, военная обстановка не терпит промедления, мы немедленно возвращаемся. Честно говоря, за столь долгое отсутствие я уже сильно тревожусь о положении на передовой, так что прошу главу союза простить нас.
Чжао Хай махнул рукой:
— Ничего. Вы печётесь о нашем союзе против Святой академии, я не в обиде. Идите, провожать не буду.
Глава рода Чжэ и его люди поспешно заверили, что не смеют, и удалились из зала.
Однако владыки других городов-государств отнеслись к главе рода Чжэ и его людям с некоторым неодобрением. Хотя те и выделили продовольствие, все видели, что сделали они это лишь потому, что Чжао Хай их принудил. Не принуди он — не дали бы. Естественно, никто не испытывал к ним благодарности.
Когда глава рода Чжэ и его люди ушли, Чжао Хай не отпустил владык городов-государств, а остался в зале, неспешно переговариваясь с ними. Владыки не понимали, что это значит.
Вскоре они увидели, как снаружи вошёл Лу Цзиньянь, приблизился к Чжао Хаю и что-то шепнул ему на ухо. Чжао Хай кивнул и махнул рукой. Лу Цзиньянь повернулся и вышел. Уходя, он тоже махнул рукой, и в зале не осталось никого, кроме Чжао Хая и владык городов-государств.
Увидев это, владыки сперва опешили, а затем лица их изменились. Они почувствовали, что Чжао Хай, видимо, хочет сказать что-то ещё, и это что-то, вероятно, очень важное.
Чжао Хай обвёл всех взглядом и низким голосом произнёс:
— Вы, должно быть, удивляетесь, зачем я оставил вас и выслал всех остальных?
Все кивнули.
Чжао Хай посмотрел на них и низким голосом произнёс:
— Я оставил вас и выслал остальных потому, что хочу сообщить нечто важное. Это не должно дойти до главы рода Чжэ и его людей. Итак, прежде чем сказать, я хочу познакомить вас с одним человеком. Господин Лун, прошу.
При этих словах снаружи вошёл человек.
Услышав эту фамилию, все опешили, и внимание всех обратилось к вошедшему. Это был мужчина лет тридцати, с невозмутимым лицом, ничем не примечательный, но его фамилия поистине всех удивила.
Фамилия Лун в Мире Духовного Оружия встречалась редко. А ныне самый известный род с фамилией Лун — это правящий род Ялунского государства, род Лун. И в такой обстановке Чжао Хай вряд ли пригласил бы случайного человека с фамилией Лун. Значит, этот человек, скорее всего, из рода Лун Ялунского государства.
Человек подошёл к Чжао Хаю и, сложив руки, произнёс:
— Лун Юнь приветствует главу союза.
Чжао Хай махнул рукой и обратился к собравшимся:
— Этот господин Лун Юнь — из рода Лун Ялунского государства. Возможно, вы не знаете, но я давно связался с родом Лун Ялунского государства. Род Лун всё время помогал мне тайно следить за союзом семей. Сегодня я пригласил господина Луна, чтобы он сообщил вам одну вещь. Господин Лун, прошу вас сначала подтвердить свою личность, а затем рассказать то, что вам известно.
Лун Юнь кивнул:
— Слушаюсь, глава союза.
С этими словами из тела Лун Юня внезапно вырвались струи золотого света, которые окутали его. В конце концов Лун Юнь превратился в огромного дракона, свернувшегося на месте. Дракон был весь золотой, вид имел необычайно величественный, и при одном взгляде на него возникало желание покориться.
Присутствующие владыки городов были людьми сведущими. Увидев дракона, они тотчас воскликнули:
— Воплощение Золотого дракона! Это и вправду воплощение Золотого дракона рода Лун!
Их изумление объяснялось тем, что техника воплощения Золотого дракона была слишком знаменита. Предок рода Лун с помощью этой техники создал огромное состояние Ялунского государства. Потому техника воплощения Золотого дракона всегда была тайным учением рода Лун, и никто, кроме ключевых учеников рода, её не изучал.
Затем золотой дракон рассеялся, и Лун Юнь вновь стоял на прежнем месте. Он сложил руки и обратился ко всем:
— Технику воплощения Золотого дракона, полагаю, все знают. Подделать её невозможно. Думаю, теперь вы верите, кто я.
Все кивнули, но лица у них были неважные. И не потому, что они враждовали с Ялунским государством, а потому, что здесь появился человек из рода Лун, и он всё это время следил за союзом семей. Значит, с союзом семей что-то не так — вот что их встревожило.
Лун Юнь посмотрел на всех и произнёс:
— Всё началось после великой битвы при Пухэ. После той битвы глава союза Чжао Хай послал людей связаться с нашим родом Лун, желая, чтобы мы вступили в союз против Святой академии и заключили с вами союз. Вы знаете, что наш род Лун ослаб, потому тогдашний глава рода тотчас согласился. Но чтобы отвести глаза, глава союза Чжао Хай всё же послал людей и к союзу семей, надеясь, что и они присоединятся к союзу против Святой академии. Так, тайно — наш род Лун, явно — их союз семей, и Ялунское государство действительно вошло бы в союз против Святой академии.
Услышав это, все изумились. Они и вправду не ожидали, что Чжао Хай уже тогда начал плести свои сети. Это было поистине неожиданно.
Лун Юнь обвёл всех взглядом и низким голосом произнёс:
— Возможно, вы думаете: раз наш род Лун уже в таком положении, раз Нянь Ицзю в прошлый раз даже поселился в Резиденции правителя рода Лун, а мы ничего не сказали, какой прок от того, что род Лун вступит в союз против Святой академии? Думаю, многие так думают.
От этих слов все опешили, а затем им стало неловко. Как и сказал Лун Юнь, многие действительно так думали.
Лун Юнь посмотрел на них и произнёс:
— Не побоюсь сказать вам: хотя наш род Лун всё это время держался в тени, в Ялунском государстве у нас есть свои силы. На самом деле род Лун тайно восстанавливал свою мощь. Сейчас у нас есть силы сразиться с союзом семей. Мы терпим лишь потому, что пока не уверены, что сможем одним ударом разделаться с союзом семей. К тому же у нас есть могущественный враг — Святая академия. Если мы начнём войну с союзом семей, а Святая академия вмешается, род Лун снова потерпит поражение. Потому мы и не выступали. Но силы рода Лун в Ялунском государстве никак не уступают союзу семей.
Услышав это, все внутренне напряглись. Они не считали, что Лун Юнь шутит. Род Лун в последние годы действительно вёл себя подозрительно тихо, просто раньше они не обращали внимания. Теперь же они почувствовали, что с родом Лун что-то не так.
Лун Юнь посмотрел на них и произнёс:
— То, что произошло дальше, вы, думаю, знаете. Мы уже тогда следили за союзом семей. Посланник, которого глава союза Чжао Хай отправил к союзу семей, не услышал от них ни одного доброго слова. Более того, люди из рода Чжэ всячески его оскорбляли. Это ясно показывало, что они не хотят вступать в союз против Святой академии. Потому род Лун усилил слежку за союзом семей.
Все кивнули. Лишь теперь они узнали, что было и такое. Это ещё больше разожгло их любопытство.
Лун Юнь посмотрел на всех и произнёс:
— Потом всё переменилось. Конечно, я говорю не о том, как Нянь Ицзю пригласил союз семей в союз против Святой академии, а о том, что люди из союза семей тайно встретились с людьми Святой академии. Положение в Ялунском государстве вы знаете — там немало сил, поддерживающих Святую академию. Люди из союза семей встретились с людьми Святой академии именно в домах этих людей.
— С-с-с...
Все невольно затаили дыхание. Они не ожидали такого поворота. Это было поистине неожиданно. Люди из союза семей виделись с людьми Святой академии? Об этом они прежде совершенно не знали.
Лун Юнь обвёл всех взглядом и низким голосом произнёс:
— О чём говорили люди из союза семей с людьми Святой академии, мы не знаем. Но после этого отношение союза семей к тому посланнику сильно переменилось, они сблизились с ним. Однако вскоре посланник погиб. А союз семей тотчас объявил, что это дело рук Святой академии, и начал войну с теми, кто поддерживал Святую академию. Но эта война, по нашему мнению, была сплошным фарсом. Они вовсе не сражались по-настоящему, и никто не погиб. В конце концов те семьи, что поддерживали Святую академию, покинули Ялунское государство. А затем Нянь Ицзю послал людей к союзу семей, и союз семей с полным правом вступил в союз против Святой академии.
Гул — зал мгновенно наполнился шумом.
Когда Лун Юнь дошёл до этого места, всем уже стало ясно, что он имеет в виду. Люди из союза семей сблизились с посланником только после встречи с людьми Святой академии. Возможны лишь два объяснения: либо они не достигли соглашения со Святой академией и действительно захотели вступить в союз против Святой академии; либо они стали людьми Святой академии и пришли в союз против Святой академии как лазутчики.
А если учесть последующие слова Лун Юня, становилось очевидно: союз семей вовсе не собирался искренне вступать в союз против Святой академии. Они, вероятно, лазутчики Святой академии!
Как только этот вывод был сделан, все потеряли покой. Союз семей — лазутчики Святой академии, а они в Ялунском государстве воюют со Святой академией — разве это не путь к собственной погибели? А прошлое поражение...
(Конец главы)