Строительство лагеря шло небыстро.
Ничего не поделаешь — Наньхуа давно знали об их приближении и заранее вырубили все деревья на склоне горы Чжухуа, обращённом к Ялунскому государству. Гора стояла голая, уродливая.
Но в этом был и толк. Из-за нехватки древесины Шичуй и его люди не могли строить лагерь быстро.
Лишь за пять дней они придали двум лагерям более или менее приличный вид.
Лагерь, где стояли сами Шичуй и его люди, был уже вполне хорош: снаружи ров, вокруг частокол, и в целом он мог выдержать обычный бой.
А большой лагерь получился похуже. Только один ряд частокола, да и тот неважный, с большими промежутками. Палаток почти не было — самый простой лагерь, и только.
Тем временем Нянь Ицзю привёл сюда основные силы и сразу вошёл в большой лагерь.
Войдя, он тотчас ударил в барабан, созывая командующих, и вызвал в центральный шатёр всех военачальников городов-государств. Пришли и Шичуй с товарищами.
Когда все собрались, Нянь Ицзю обвёл их взглядом и, наконец, обратился к Шичую:
— Генерал Ши, вы потрудились. За такой короткий срок построить лагерь — поистине непросто.
— Да, ох как непросто! — едва смолк Нянь Ицзю, как раздался ехидный голос. — Я в походах много лет, но впервые вижу такой простой лагерь. Генерал Ши, вы сумели построить такое — поистине достойно восхищения.
Шичуй обернулся на голос и увидел, что говорит командующий войсками Нютоулина.
Этот человек тоже носил фамилию У, но имени его Шичуй не знал. Все звали его командующий У.
Шичуй взглянул на него и серьёзно произнёс:
— Глава союза слишком любезен. Люди Наньхуа вырубили на горе все деревья, и нам просто негде взять достаточно древесины. Пришлось везти издалека, потому лагерь и вышел попроще. Прошу прощения, глава союза.
Нянь Ицзю великодушно махнул рукой:
— Что вы! Генерал Ши, будучи авангардом, всю дорогу прокладывали путь для всей армии — вы поистине намучились. Давайте так: генерал Ши, вы со своим авангардом пока отдохните, а остальное мы возьмём на себя.
Лицо Шичуя переменилось.
Он серьёзно произнёс:
— Что это значит, глава союза? Наш отряд — авангард, при встрече с врагом мы должны наступать первыми. Как можно сейчас отдыхать?
Увидев его реакцию, Нянь Ицзю и остальные мысленно обрадовались. Но Нянь Ицзю всё же серьёзно произнёс:
— Генерал Ши, вы — авангард, всю дорогу прорубали горы, наводили мосты через реки, поистине намучились. Мы просто хотим дать вам передохнуть. Генерал Ши, отдохните с войском как следует.
Шичуй взглянул на Нянь Ицзю, лицо его потемнело:
— Глава союза и впрямь не желает, чтобы мы штурмовали врата Чжухуа?
Видя его лицо, Нянь Ицзю обрадовался ещё больше и поспешно произнёс:
— Генерал Ши, отдохните. Даже если вы не устали, ваши люди устали.
— Вот именно! — подхватил командующий У. — Разве генерал Ши не говорил, что древесину для лагеря везли издалека? Это, верно, утомительно. Так что отдыхайте, генерал Ши.
Командующие других городов тоже принялись поддакивать. На миг показалось, что Шичуй окружён всеобщим натиском.
Шичуй обвёл их взглядом и холодно фыркнул:
— Раз все так говорят, мне нечего возразить. Но предупреждаю заранее: если мы отдыхаем, то отдыхаем до конца. А когда потом снова захотите послать нас в бой — не пеняйте, что я не окажу вам любезности.
С этими словами Шичуй с потемневшим лицом закрыл глаза, словно желая ничего не видеть.
Нянь Ицзю и остальные, услышав это, лишь усмехнулись.
Угроза Шичуя их ничуть не встревожила. По их мнению — нас так много, разве нам нужен именно ты? Не хочешь воевать — найдутся желающие. Угрожать нам этим — слишком наивно.
Но Нянь Ицзю, будучи главой союза, должен был показать благородство. Он взглянул на Шичуя:
— Не гневайтесь, генерал Ши. Мы делаем это ради вас. Если вы хотите отдохнуть подольше, мы, разумеется, не станем возражать. Так что отдыхайте спокойно.
Шичуй с закрытыми глазами холодно фыркнул и даже веком не повёл.
Командующие Шину и других городов тоже стояли с потемневшими лицами, но молчали.
Увидев их, Нянь Ицзю и остальные возликовали.
Всё это время им казалось, что Шичуй и его люди водят их за нос. Теперь наконец удалось поквитаться.
Нянь Ицзю понимал, что не стоит слишком давить на Шичуя.
Он заметил — у этих людей, что шли за Чжао Хаем, было что-то такое, что не боится ни неба, ни земли. Если их слишком сильно задеть, они могут взбунтоваться. А если они и впрямь устроят ему сцену, он, глава союза, ничего не сможет с ними сделать. Ведь в их лагере сидят несколько Прародителей. Осмелься он слишком наглеть, эти Прародители разберутся с ним, и ему негде будет искать правды.
В шатре недовольны были только глава рода Чжэ и его люди.
Хотя им тоже было приятно видеть, как Шичуя осадили, последние его слова они запомнили.
Они ведь хотели подставить Шичуя и его людей, чтобы те понесли большие потери. А теперь что? Шичуй заявил, что впредь, если его пошлют в бой, он не окажет любезности. Это явное нежелание воевать.
Не будешь воевать — как же я заставлю тебя понести потери?
Вот что не нравилось главе рода Чжэ и его людям.
Глядя на улыбки Нянь Ицзю и остальных, они мысленно ругали их глупцами, но ничего не могли поделать.
Глава рода Чжэ и его люди прекрасно понимали: сегодняшнее осаждение Шичуя — дело рук Нянь Ицзю и других городов. Если бы они возразили, то задели бы и Нянь Ицзю, и остальных. А это было бы некрасиво.
Хотя в душе они презирали Нянь Ицзю, но он ещё не потерпел поражения, у него была армия. Идти с ним на открытый конфликт сейчас было явно невыгодно.
Потому им оставалось только молчать и плыть по течению.
А Шичуй и его люди в это время изо всех сил сдерживали смех.
Они давно знали, что Нянь Ицзю так поступит, и ещё до прихода продумали ответ. Слова Шичуя были заготовлены заранее. Они хотели показать, что непременно желают наступать, и вызвать эту последнюю фразу — в этом и была их главная цель.
Они и не ожидали, что так легко добьются своего.
Глядя на самодовольные лица Нянь Ицзю и остальных, Шичуй и его люди едва не лопались от сдерживаемого смеха.
Нянь Ицзю откашлялся, обвёл взглядом шатёр и серьёзно произнёс:
— Генерал Ши и его люди поистине намучились. И они обнаружили большую проблему — с древесиной.
Он помолчал и продолжил:
— Все понимают, что на горе Чжухуа теперь нет древесины. А для штурма нужны всевозможные осадные машины. И для них нужна древесина. Как быть?
Все умолкли.
Это дело и впрямь было непростым.
Обычно армия, идущая на штурм, не везёт с собой осадные машины — это слишком обременительно для тыла. Потому их обычно изготовляют на месте из подручной древесины и небольшого количества железа.
В армии обычно есть мастера. Они занимаются ремонтом оружия, повозок, изготовлением разных приспособлений. Сделать железные детали для них нетрудно.
А о древесине раньше и не беспокоились. В Мире Духовного Оружия деревьев полно, лес никогда не был проблемой.
Но здесь это правило не работало.
Все деревья на горе Чжухуа были вырублены. То есть главного материала для осадных машин нет. Нет машин — штурмовать ещё труднее.
Видя, что все молчат, Нянь Ицзю нахмурился и повернулся к главе рода Чжэ:
— Глава рода Чжэ, вы здесь хозяева, хорошо знаете местность. Где тут можно найти древесину?
Глава рода Чжэ подумал и серьёзно произнёс:
— Древесина есть только на горе Чжухуа. Кроме неё, подходящий для осадных машин лес есть только у горы Тэпин. Но до неё больше двухсот ли, везти слишком неудобно.
Нянь Ицзю нахмурился:
— Неужели больше негде? Двести с лишним ли — слишком далеко и долго.
Глава рода Чжэ подумал и серьёзно произнёс:
— Глава союза, только у горы Тэпин лес годится для осадных машин. На других горах лес есть, но он годится для чего угодно, только не для осадных орудий.
Он помолчал и продолжил:
— Глава союза, думаю так: мы подвезём часть машин из тыла, а часть сделаем сами. Так быстро наберём нужное количество.
Нянь Ицзю, выслушав, кивнул:
— Что ж, придётся так.
Он обвёл всех взглядом и серьёзно произнёс:
— В ближайшие дни строго охраняйте лагерь. Помимо посменного укрепления лагеря, посылайте отряды к подножию горы Чжухуа и вызывайте врага на бой — посмотрим, как отреагируют те, кто в вратах Наньхуа.
Все отозвались.
Нянь Ицзю взглянул на них:
— На этот раз мы пришли с большой армией и должны добиться полного успеха — взять Наньхуа! Потому не начинать, а если начать — то в кратчайший срок взять гору Чжухуа и ворваться в Наньхуа! Пусть весь мир увидит, что все, кто помогает злодеям, будут наказаны — и какова наша решимость в войне со Святой академией!
Все дружно отозвались, и боевой дух поднялся.
(Конец главы)