Вскоре оба добрались до камеры Чжао Хая.
Все помещения здесь были железными, а устройство — необычайным: в центре гигантского меча от самого верха до самого низа проходил железный столб. К нему примыкала винтовая лестница, соединявшая все ярусы. На каждом ярусе была площадка, с которой можно было попасть в любую камеру этого уровня.
Всего в гигантском мече было тридцать ярусов.
Чжао Хай находился на самом нижнем, тридцатом.
Оба заглянули в камеру — Чжао Хай лежал на железном полу и спал сладким сном.
Увидев это, Лю переменился в лице, холодно фыркнул и обернулся к Шраму.
Шрам тут же открыл дверь.
Лю вошёл. Затем движением руки вызвал кнут.
Это был кнут, сверкавший золотом, целиком свитый из золотых нитей — очень роскошный.
Душа-объект Лю тоже была длинным кнутом. И золотой кнут был сделан не из обычного золота, а из особого — не только красивого на вид, но и обладавшего чудовищной убойной силой.
Едва Лю достал кнут, как взмахнул им и хлестнул Чжао Хая.
Чжао Хай, казалось, спал. Но в тот миг, когда кнут должен был коснуться его тела, он двинул рукой — и два пальца уже зажали золотой кнут.
Затем Чжао Хай открыл глаза, взглянул на Лю и произнёс:
— У вас тут что, совсем нет манер? Просишь принести поесть, а каждый раз входят с кнутом? Ну и ну.
Он всё ещё сжимал кнут пальцами.
Лю, увидев, что кнут зажат, холодно фыркнул и дёрнул рукой, пытаясь вырвать его.
Но кнут натянулся как струна и не поддался.
Два пальца Чжао Хая словно приросли к кнуту. Сколько Лю ни тянул, сдвинуть не мог.
Чжао Хай взглянул на Лю и чуть улыбнулся:
— Не трать силы. Лучше поскорее принеси мне поесть.
Лю прищурился и негромко произнёс:
— Хорошо. Шрам, иди принеси ему еды.
Шрам взглянул на Лю, сразу понял его намерение, кивнул и вышел.
Вскоре он вернулся с подносом. На нём стояло несколько закусок и паровые булочки.
Чжао Хай взглянул на еду, больше не обращал на них внимания и принялся за булочки. Вскоре всё съел.
Лю, видя, что Чжао Хай всё съел, и в глазах его загорелся огонёк. Затем он взглянул на Чжао Хая и чуть улыбнулся:
— Как ощущения? Ещё добавить?
Чжао Хай кивнул:
— Вкус так себе, не очень. В следующий раз принеси вина и мяса.
Лю, глядя на Чжао Хая, и на лице его появилось странное выражение.
Золотой кнут снова возник в его руке. Он взглянул на Чжао Хая и зловеще произнёс:
— Тянь Хэцао, я, право, не знаю, ты глуп или слишком уверен в себе. Ты знаешь, что это мои владения, и всё равно ешь то, что мы приносим. Ты, наверное, чувствуешь, что твоя природная энергия больше не работает? Хм, говорю тебе — в этом мече всё решаю только я. Попал сюда — будь ты драконом, свернёшься кольцом; будь тигром — ляжешь. Всякий, кто смеет мне перечить, может в любой миг не увидеть завтрашнего солнца.
Чжао Хай взглянул на него и произнёс:
— Здесь и так не видно солнца. Весь меч, кроме нескольких отдушин наверху, наглухо закрыт. Откуда тут солнцу взяться? Запомни: завтра принеси вина и мяса. А теперь катись.
— Ты! Смерть на пороге, а ты всё дерзишь!
С этими словами Лю хлестнул кнутом.
Но в тот миг, когда кнут почти коснулся Чжао Хая, тот снова зажал его двумя пальцами.
И тут лицо Лю переменилось окончательно.
Он взглянул на Чжао Хая:
— Невозможно! Этого не может быть! Как ты сумел снова поймать мой кнут? Ты же должен быть не в силах использовать свою энергию!
Чжао Хай взглянул на Лю, покачал головой и вздохнул:
— Говорю тебе, что ты глуп, а ты не признаёшь. Думаешь, обычный человек может вырасти таким высоким? И, выросши таким, ещё обладать такой силой и такой ловкостью?
Он помолчал, взгляд его похолодел.
— Говорю вам: бесполезно. Какой бы яд вы ни дали, мне он не повредит. Потому что я — практикующий телесную практику. Слышали о таких? Прежде я не сталкивался с «Падением бессмертного», потому и попался. Теперь моё тело полностью приспособилось к этому яду. Какой другой яд может на меня подействовать?
Услышав это, Лю переменился в лице.
О практикующих телесную практику он слышал.
Но их всегда считали бесперспективным занятием и давно отвергли. Он и подумать не мог, что Чжао Хай — один из них.
Хотя на континенте таких почти не осталось, слухов о них хватало.
У практикующих телесную практику огромная сила и мощная защита тела. Главное — яды на них почти не действуют. Их внутренние органы невероятно крепки, обычные яды им нипочём. Даже особые яды редко их убивают. Получив отравление, они впадают в состояние мнимой смерти, а затем постепенно впитывают токсины. Как только они их впитают, яд теряет над ними всякую власть.
Лю просчитал всё, но не подумал, что Чжао Хай окажется практиком телесной практики.
Теперь, услышав это, мог ли он не перемениться в лице?
Чжао Хай взглянул на Лю и негромко произнёс:
— Ладно, я всё равно заперт здесь и в ближайшее время не выйду. Можете идти. Запомни: завтра принеси вина и мяса. Не думай уморить меня голодом — бесполезно. Не забывай, я мастер растений. Природная энергия поддерживает меня долго. И если я за это время выйду, а вы не принесёте еды, вам двоим не будет места на земле. Катитесь. Не хочу вас больше видеть.
Услышав это, оба переменились в лице.
Лю с ненавистью взглянул на Чжао Хая, холодно фыркнул и вышел. Шрам поспешил за ним.
Оба вернулись в комнату на верхнем ярусе.
Шрам взглянул на Лю:
— Главарь Лю, что теперь? Неужели и вправду будем носить ему вино и мясо?
Лю холодно фыркнул:
— Носить. Почему не носить? И подмешивать яд в еду. Не верю, что практикующий телесную практику и вправду не боится всех ядов. Найдётся хоть один, что на него подействует, — и он мёртв. Иди готовь.
Шрам кивнул и ушёл.
Лю стоял в комнате с потемневшим лицом. Глядя вслед Шраму, он пробормотал:
— Парень, погоди. Будет и на твоей улице праздник.
А Чжао Хай к тому времени уже поднялся и размял тело. Затем глубоко вздохнул и двинул рукой.
И его огромная ладонь вдруг сильно уменьшилась. Затем он снял с руки железный обруч.
Едва обруч был снят, рука вернулась к прежнему размеру.
Потом другая рука, затем ноги, наконец обруч на поясе.
Техника, которую применил Чжао Хай, была не какой-то особенной, а искусством сжатия костей.
Это была низкоуровневая техника, которую Чжао Хай когда-то видел, но не применял. Теперь она пригодилась. Сейчас только она и подходила.
Сняв обручи, Чжао Хай подошёл к двери и взглянул на замок. Природная энергия проникла внутрь, быстро разобралась в устройстве, и замок открылся.
Чжао Хай неспешно вышел из камеры.
Затем он побродил по ярусу, заглядывая в камеры.
В конце концов он обнаружил, что на его ярусе все камеры пусты. Они почти одинаковы — меньше десяти квадратных метров, с цепями и обручами. Больше ничего, даже отхожего места нет.
Чжао Хай прислушался — тишина. Во всём мече ни звука.
Он не придал значения, расслабился и стал спускаться, осматривая ярус за ярусом.
Дойдя до самого верха, он увидел того Лю в комнате на верхнем ярусе.
Во всём мече, кроме него, были только Лю и Шрам. Сейчас Шрама не было, только Лю.
Хотя других он не видел, Чжао Хай, благодаря опыту чёрного мага, чувствовал — в мече огромное скопление иньской ци. И в каждой камере — тоже.
Видно, в этом мече погибло немало людей.
Чжао Хай подумал, вернулся в свою камеру, запер дверь и снова надел обручи.
Затем сел и принялся чертить на полу магические круги. Разные.
Но вскоре обнаружил — магические круги здесь бесполезны. Все они здесь менялись.
Это его сильно расстроило.
У него не было столько времени, чтобы разбираться во всех изменениях — их слишком много.
Он вздохнул, стёр круги и задумался: как унести гигантский меч?
Формы энергии в Мире Душ сильно отличались от внешнего мира. Тамошние формации почти все использовали духовную энергию. А здесь духовной энергии не было — только природная.
Какая же формация может работать без духовной энергии?
От этой мысли Чжао Хая словно осенило.
Он вдруг вспомнил, что знает такую формацию. Правда, её давно отвергли как слишком слабую. Но он знал её прекрасно — ведь с неё и начинал.
Магический круг!
Магический круг отличается от формаций культиваторов.
Формации культиваторов используют духовную энергию. А духовная энергия обычно выше любых природных энергий. Потому магические круги постепенно вытеснили — ведь чтобы получить эффект формации, нужно наложить несколько магических кругов.
Потому Чжао Хай давно не пользовался магическими кругами.
Но сейчас он в Мире Душ.
Здесь нет духовной энергии. Здесь, как в низших плоскостях, только природная энергия.
А магические круги здесь как раз придутся ко двору.
От этой мысли у Чжао Хая загорелись глаза. Стоит попробовать.
Если магические круги здесь работают — отлично.
Заодно он понял: природная энергия, которую использует он сам, и природная энергия низшего мира — совершенно разные вещи.
Его энергия выше духовной. А здешняя — более примитивная, низшая.
Хоть обе называются природной энергией, это уже две разные энергии.
От этой мысли Чжао Хай закрыл глаза и вспомнил известные ему магические круги.
Постепенно все они всплыли в памяти, словно прилив. Он обнаружил, что магические круги ничуть не хуже формаций культиваторов. Более того, он довёл эту систему почти до совершенства — её можно было использовать сразу.
Чжао Хай выдохнул и резко открыл глаза, сверкнувшие холодным блеском.
Затем протянул руку и начертил на полу простой круг.
Это был простой огненный круг, почти бесполезный. Он лишь собирал огненную энергию вокруг, концентрировал её и превращал в нечто вроде печи, излучающей тепло.
Чжао Хай хотел проверить, работает ли магический круг здесь. Если да — лучше не придумаешь.
Вскоре круг был готов.
Едва последний штрих лёг на место, как круг вспыхнул и стал огненно-красным. Затем от него пошло тепло.
Получилось!
Чжао Хай хлопнул себя по колену.
Он обнаружил, что магический круг здесь даже сильнее, чем во внешнем мире. Это было прекрасно.
Чжао Хай смотрел на огненный круг, и ему даже стало жаль его стирать.
Через время он протянул руку и стёр круг.
Затем взглянул на гигантский меч и чуть улыбнулся:
— С магическими кругами этот меч у меня в мешке.
С этими словами он улыбнулся, потянулся и лёг спать.
Проспал он до вечера.
Вечером Шрам принёс ему еду. Вино, мясо, блюда — всё неплохое.
Чжао Хай не церемонился и наелся.
Как он и ожидал, в еду подмешали яд. Но для него он был лишь добавкой — никакого вреда.
После еды Чжао Хай махнул рукой Шраму:
— Ладно, иди. Впредь три раза в день так и носи: четыре блюда, два мясных, два овощных, и вина. Еды побольше, я много ем.
Шрам стиснул зубы, но не подал вида, отозвался, собрал посуду и вышел.
Глядя ему вслед, Чжао Хай с холодным блеском в глазах чуть улыбнулся:
— Не вынуждайте меня. Теперь я могу использовать магические круги. Превратить вас в нежить — тоже неплохой вариант.
(Конец главы)