Едва Чжао Хай увидел того огромного волка, что был по меньшей мере вдвое крупнее обычных, как понял: вот и главный.
Этот волк был либо королём волков, либо одним из его лучших военачальников.
Чжао Хай уже ощутил, насколько строго разделены здешние волки по рангам.
Те, что бросились в атаку первыми, были самыми низкими по рангу и самыми слабыми. Чем позже появлялся волк, тем сильнее он был. А этот огромный, сразу было видно, не из лёгких.
Чжао Хай мысленно повёл рукой, и золотые люди окружили его. Он взревел и обрушил молот на огромного волка.
Тот, хоть и был огромен, двигался с поразительной ловкостью. Одним движением он уклонился от удара. Затем бросился прямо на Чжао Хая, разинув пасть — целясь ему в горло.
Второй молот в руке Чжао Хая взметнулся и обрушился на волка.
Тот в воздухе на миг замер, затем выбросил лапу и отбил молот.
Чжао Хай ощутил, как молот содрогнулся и отлетел в сторону. А огромный волк вновь ринулся на него.
Увидев это, Чжао Хай тотчас понял: волк умеет летать, и силы у него немало.
Он мысленно повёл рукой и уклонился в сторону, пропуская атаку.
Но в глазах огромного волка мелькнула самодовольная искра. Едва Чжао Хай уклонился, волк метнулся к двум ближайшим золотым людям. Одной лапой — одного, другой — второго, и оба рассыпались. Затем волк обернулся к Чжао Хаю.
Увидев это, Чжао Хай опешил. Затем на его лице появилась играющая улыбка. Он произнёс:
— Любопытно. Похоже, ты умён.
Но, говоря это, он уже втянул цепной молот, подтянув головки ближе к рукам.
Затем Чжао Хай взмахнул обоими молотами и ринулся на волка.
Огромный волк тоже бросился навстречу.
Хотя он и был в волчьем облике, в его атаках и защите чувствовалась строгая выверенность. Он не просто кидался, как обычный зверь. Его лапы двигались почти как человеческие руки, и в их движениях угадывались приёмы.
Это немало поразило Чжао Хая.
В этой схватке и человек, и волк действовали с осторожностью. Чжао Хай пока не мог одолеть огромного волка. Впрочем, и волк ничего не мог сделать Чжао Хаю.
Но к этому времени золотые люди, выпущенные Чжао Хаем, уже почти все погибли.
Ведь их было ограниченное число, а волков — множество. В такой осаде даже золотые люди не выдерживали.
Видя это, Чжао Хай понял: выбора нет.
Если он не оттеснит этого огромного волка, беда будет не только у него, но и у всего лагеря.
Сейчас он держался здесь и оттягивал на себя внимание волков, потому они не могли всеми силами обрушиться на лагерь. Стоит ему уйти — и куда больше сильных волков нападёт на лагерь. А те, кто ещё не достиг уровня танца в пустоте, вряд ли устоят против них. Тогда потери в лагере возрастут, и это будет беда.
При этой мысли Чжао Хай двинулся. Несколько раз взмахнув молотами и оттеснив огромного волка, он уже держал в руке золотую книгу.
Одновременно он произнёс глухо:
— Тысячи формаций, укрепите меня. Алмазное тело, неразрушимо. Вперёд!
С этими словами вокруг Чжао Хая возникла формационная комбинация, окружившая его. Затем формации вошли прямо в его тело. И вот огромный золотой человек появился вокруг Чжао Хая.
А огромный волк, едва увидев золотого гиганта, опешил. Затем на его морде мелькнула тень страха.
И тогда волк поднял голову к небу и издал долгий вой. А затем развернулся и побежал.
С этим воем другие огромные волки, что нападали на лагерь, тоже развернулись и бросились прочь.
В мгновение ока волки, осаждавшие лагерь, разбежались все до единого. Кроме убитых и тех, кто был ранен и не мог бежать, в лагере не осталось ни одного волка.
Увидев это, Чжао Хай опешил. Затем взглянул в ту сторону, куда ушли волки, вздохнул и пробормотал:
— А всё-таки это нелегкие противники.
Затем золотой человек вокруг Чжао Хая медленно рассеялся, и показалась его фигура. Тогда, пока люди в лагере ещё не опомнились, он убрал в пространство двух раненых волков, что не могли бежать. И лишь после этого направился в лагерь.
Люди в лагере тоже перевели дух. Но полностью расслабиться они ещё не решались — все следили за обстановкой вокруг. И всё же начали приводить всё в порядок, особенно волчьи туши на земле.
Вэнь Вэньхай, увидев, что Чжао Хай идёт, тотчас поспешил навстречу:
— Брат Тянь, ты цел? Не думал, что сила у тебя настолько велика. Восхищаюсь.
Чжао Хай покачал головой:
— Что тут такого? Хорошо ещё, что волки убежали. Иначе у нас были бы настоящие неприятности.
Вэнь Вэньхай покачал головой:
— Можешь не отрицать. Мы кое-что понимаем. Ты в конце применил тайный метод? Судя по твоей силе тогда, ты, пожалуй, мог бы потягаться с мастером уровня разрыва реки?
Услышав это, Чжао Хай слегка улыбнулся. Затем произнёс:
— Да. Ты не знаешь: я тогда столкнулся с огромным волком, вдвое больше остальных. Без тайного метода я не смог бы одолеть его в короткий срок. А если бы он задержал меня там, в итоге пострадал бы я. Потому и пришлось применить тайный метод.
Вэнь Вэньхай хлопнул его по плечу:
— Молодец! Если бы ты не применил тайный метод, нам бы пришлось худо. Кстати, от него есть какие-нибудь последствия?
Чжао Хай покачал головой:
— Обошлось. Боя-то не было, потому я сразу его и снял. Всё в порядке.
Вэнь Вэньхай кивнул и произнёс:
— А как ты вообще заметил тех волков? Услышал, как они подходят?
Чжао Хай покачал головой:
— Нет. На самом деле, попав в заповедные земли, я обнаружил, что у меня, похоже, есть врождённая способность — кратко общаться с растениями. Я поговорил с растениями и лишь тогда узнал, что волки идут.
— Общаться с растениями? Правда? — Вэнь Вэньхай немало удивился.
В Мире Духовного Оружия о мастерах растений и слыхом не слыхивали. Тамошние растения не обладали изначальной силой души. Даже если бы мастер растений и пришёл, он не смог бы с ними говорить. Потому обладатели растительной души в Мире Духовного Оружия были самыми непопулярными.
Чжао Хай как раз это и понял, потому снаружи перестал использовать растительную душу и сменил её на другую.
Теперь же, услышав Вэнь Вэньхая, Чжао Хай кивнул:
— Конечно, правда. Иначе, думаешь, почему мне так нравится сидеть в лесу? Честно говоря, в Мире Духовного Оружия я этого за собой не замечал. Обнаружил уже здесь. Может, здешние растения отличаются от тамошних. Но пока способность общаться с растениями у меня не очень сильна — только смутное ощущение.
Вэнь Вэньхай обрадованно произнёс:
— Даже так — уже немало. Эх, жаль, в прошлом бою командир форпоста погиб. Сейчас никто нами не управляет. Иначе тебя бы непременно оценили. Такая способность здесь ох как пригодилась бы.
Услышав это, Чжао Хай опешил. Затем его словно осенило.
Он и вправду не думал, что командир форпоста погиб. Недаром он столько времени здесь, а командира так и не видел. В прошлый раз он тоже никому не докладывал — просто поздоровался со всеми и всё.
Вэнь Вэньхай, видя его лицо, горько усмехнулся:
— Удивлён? Командира нет, и сверху никого не назначили, никого не прислали? Хе-хе, это и есть двенадцатый форпост. На других форпостах за место командира дерутся. А на двенадцатом никто не хочет. Потому что командир форпоста при нападении обязан вести бой в первых рядах. Если людей гибнет слишком много, командира наказывают. А на двенадцатый нападают чаще всего. Командира не накажут за большие потери, но вести бой он обязан. Потому место командира на двенадцатом — самое опасное. Вот никто и не хочет его занимать.
Чжао Хай кивнул, затем с недоумением спросил:
— А как же наши припасы? И добытые жемчужины?
Вэнь Вэньхай произнёс:
— Припасов нам не урежут. Время от времени через телепортационную формацию присылают грузы. И немало — обычно на пятьсот человек. А что до ежегодной сдачи жемчужин — в срок сверху присылают людей. Обычно идут прямо к командиру. Если командира нет — обходят всех по очереди. Соберут и уходят. Всё это недолго, опасности нет.
Чжао Хай кивнул.
Тут подошли ещё несколько человек. Эти были с Чжао Хаем уже знакомы. Все пришли поблагодарить его.
Это были старожилы заповедных земель. Глаз у них был намётан. Они уже разглядели, насколько силён Чжао Хай. Пришли поблагодарить и заодно поближе сойтись. В таком опасном месте сойтись с сильным человеком — дело хорошее.
Чжао Хай, разумеется, не стал им отказывать. Поздоровавшись со всеми, он вместе с остальными принялся убирать волчьи туши.
Затем, конечно, кто-то снял шкуры и извлёк жемчужины. Чжао Хай убил больше всех волков, потому жемчужины с убитых им достались ему.
На самом деле сейчас эти жемчужины Чжао Хаю были не нужны. Но он не сказал, что не возьмёт. Нельзя ведь дать понять, что они ему не нужны, — это вызовет подозрения. Потому он взял жемчужины.
Зато он согласился отдать всё волчье мясо, чтобы все ели вместе. Это вызвало в лагере всеобщее ликование. Ведь по обычаю мясо убитых Чжао Хаем волков он мог оставить себе и есть понемногу, не выставляя на всех.
(Конец главы)