Едва Фэн Лихуа услышала слова Чжао Хая, как поспешно произнесла:
— Молодой хозяин, вы меня конфузите. Это моя обязанность.
Чжао Хай кивнул и произнёс:
— На этот раз я возвращаюсь в заповедные земли. Хоть вернуться сюда и легко, но дорога туда и обратно всё же требует времени. Потому я собираюсь передать тебе полномочия — когда сочтёшь нужным, сможешь единолично командовать всем Государством Мимунь. Все в Государстве Мимунь должны слушаться тебя. Я оставлю Шичую и остальным указание помогать тебе. Понимаешь?
Фэн Лихуа сразу поняла, что имеет в виду Чжао Хай.
Чжао Хай делал это на всякий случай.
В заповедных землях с ним могло случиться всякое. А если именно в это время в Государстве Мимунь понадобится его решение, а он не сможет отлучиться? Что тогда?
Это могло обернуться бедой.
Потому Чжао Хай дал Фэн Лихуа такое право — принимать решения на месте. В случае необходимости она могла даже от имени всего Государства Мимунь принимать важные решения.
Иными словами, при необходимости Фэн Лихуа вполне могла от имени Государства Мимунь начать войну с другим городом-государством.
Право немалое.
Фактически Чжао Хай передал Фэн Лихуа всю власть владыки города.
А такой власти у Фэн Лихуа прежде не было.
Фэн Лихуа поклонилась Чжао Хаю:
— Да, молодой хозяин, не волнуйтесь, я всё сделаю как надо.
Чжао Хай кивнул и произнёс:
— Запомни два дела. Первое — проникновение в соседние города-государства. Второе — оборона от Святой академии.
Он помолчал и добавил:
— Особое внимание — Святой академии. Если академия пришлёт людей в Государство Мимунь расследовать нападение на род Чэ — не церемонься, выставляй их.
Фэн Лихуа кивнула:
— Да, молодой хозяин, поняла. Но, молодой хозяин, разве тогда люди академии не скажут, что это мы напали на род Чэ? Не свалят ли они это дело на нас?
Чжао Хай холодно усмехнулся:
— Если бы они сделали это в прошлый раз, когда расследовали в Ялуне, кто-то мог бы и поверить. Но теперь, если они попытаются свалить это на нас, никто не поверит. Так что не волнуйся.
Он помолчал и добавил:
— Впрочем, если боишься, можешь сначала впустить людей академии в Государство Мимунь, а потом выгнать. Найдёшь любой предлог. Лучше такой, чтобы все города-государства почувствовали то же самое. Понимаешь?
Фэн Лихуа кивнула:
— Да, молодой хозяин, поняла.
Чжао Хай кивнул, поднялся и вышел.
Выйдя, он запустил телепортационную формацию и вернулся на базу в горном районе Мимунь, а оттуда — в заповедные земли.
В заповедных землях всё было спокойно.
Все либо тренировались, либо ели.
Хотя Чжао Хай дал Вэнь Вэньхаю и остальным выходной, чтобы они отдохнули, вернувшись на базу, он обнаружил, что те всё ещё тренируются.
Хоть и с меньшей нагрузкой, но тренировались, не расслаблялись.
Это несколько удивило Чжао Хая.
Вэнь Вэньхай и остальные тоже увидели, что Чжао Хай вернулся. Заметив его, они тотчас разошлись.
Затем Вэнь Вэньхай подошёл к Чжао Хаю и с недоумением спросил:
— Главарь, чего так скоро вернулся?
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— В Государстве Мимунь ничего не случилось, вот я и вернулся. Хе-хе, вы, ребята, переменились? Сами пошли тренироваться. Редкость.
Вэнь Вэньхай усмехнулся:
— Привыкли тренироваться. День без тренировки — и будто чего-то не хватает. Кстати, главарь, я отправил весть старине Чэ, чтобы он пока не ходил на двенадцатый форпост, не то напорется на змей. А то они его сожрут — и будет беда.
Услышав это, все расхохотались.
Чжао Хай с улыбкой кивнул:
— Верно. Об этом я как-то забыл. Ты правильно сделал. Идём, зайдём, посидим. У меня есть что вам рассказать.
Все кивнули и вместе с Чжао Хаем направились в столовую.
Усевшись в столовой, Чжао Хай обвёл всех взглядом и слегка улыбнулся:
— Сходив в Государство Мимунь, я услышал добрую весть — Святая академия собирается послать людей в города-государства расследовать уничтожение рода Чэ.
Услышав это, все опешили.
Затем с недоумением уставились на Чжао Хая, не понимая, что он имеет в виду.
Для них это вроде не добрая весть. Почему Чжао Хай говорит, что добрая? Может, он говорит с сарказмом?
Чжао Хай, глядя на них, слегка улыбнулся:
— Раньше академия приезжала в Ялун расследовать дело рода Чэ, но ничего не нашла. Это уже заставило города-государства заподозрить, что это дело рук академии. А её приезд с расследованием был лишь попыткой замести следы.
Он помолчал и добавил:
— А теперь академия снова посылает людей в города-государства расследовать это дело. Как вы думаете, что подумают города-государства?
— Хе-хе, знаете? Города-государства уже полностью считают академию врагом. Они думают, что, посылая людей расследовать дело рода Чэ, академия хочет с ними разобраться. Можно сказать, что этот шаг академии полностью разорвал её отношения с городами-государствами!
Услышав это, все сразу поняли, что имеет в виду Чжао Хай.
Лица у них просветлели.
Затем Вэнь Вэньхай произнёс:
— Главарь, а города-государства не начнут войну с академией?
Чжао Хай покачал головой:
— Нет. Города-государства могут холодно отнестись к академии, но до войны дело не дойдёт. Ни академия, ни города-государства не решатся легко начать войну.
Он помолчал и добавил:
— Но я уже оставил указание в Государстве Мимунь. Если люди академии придут туда расследовать это дело, то в подходящий момент их выставят из Государства Мимунь, не церемонясь.
Услышав это, Вэнь Вэньхай и остальные опешили.
Затем лица у них просветлели, и все расхохотались.
Эти люди натерпелись от Святой академии. Услышав, что Чжао Хай хочет выставить людей академии, они, разумеется, обрадовались.
Чжао Хай обвёл всех взглядом, слегка улыбнулся и произнёс:
— Ладно, не радуйтесь слишком рано. Если академия и вправду начнёт войну с городами-государствами, она может отозвать людей из заповедных земель. Потому, думаю, нам пора перейти к следующему шагу.
Он взглянул на Вэнь Вэньхая:
— Старина Вэнь, отправь весть Хоу Лаоде и старине Чэ. Пусть придумают способ под предлогом гибели в бою переправить на базу тех, кто готов идти с нами.
Услышав это, Вэнь Вэньхай опешил. Затем кивнул:
— Главарь, ты хочешь сказать, пусть те, кто действует снаружи, больше не возвращаются, а мы объявим, что они погибли? Так сработает?
Чжао Хай произнёс:
— Сейчас только так. Если их отзовут в академию, будет ещё хуже. Тогда мы и спасти их не сможем.
Он помолчал и добавил:
— И ещё: на базе тоже нужно подготовиться. Через некоторое время Государство Мимунь пришлёт людей. Мы должны быть готовы.
Все кивнули.
Они считали, что Чжао Хай предлагает самое подходящее решение.
Сейчас им нужны силы, но и старых товарищей из противников академии нельзя не спасать. Потому оба предложения Чжао Хая следовало выполнить немедленно.
Чжао Хай обвёл всех взглядом:
— И ещё одно. Следственная группа, которую пошлёт академия, — я собираюсь разобраться с ней, даже если она не войдёт в Государство Мимунь. Я уже велел людям в Государстве Мимунь следить за их передвижением. Как только найдётся подходящий случай, я возьму вас и разберусь с этой группой. Это разожжёт противоречия между академией и городами-государствами, сделает их непримиримыми.
У Вэнь Вэньхая и остальных загорелись глаза.
Хотя Чжао Хай и раньше говорил, что Государство Мимунь разберётся со следственной группой академии, они обрадовались. Но в душе было и лёгкое сожаление — им самим хотелось разобраться с людьми академии.
И не ожидали, что такой случай так скоро представится.
Чжао Хай, глядя на них, усмехнулся:
— Не радуйтесь слишком рано. Я сказал — при подходящем случае. Если случая не будет, действовать нельзя. Иначе выйдет наоборот.
Все кивнули, но на лицах у них были улыбки.
Чжао Хай больше не обращал на них внимания и произнёс:
— Отдохните как следует. Раненые, сначала залечите раны, потом уж сможем разобраться с людьми академии. Старина Вэнь, иди отправь весть старине Чэ.
Все отозвались и разошлись.
Когда все ушли, Чжао Хай вернулся в свою комнату.
Затем он выкатил Чэ Сяоляна из пещеры, дал ему погреться на солнце, поговорил с ним и лишь потом вернулся в комнату.
Вернувшись, Чжао Хай ещё раз осмотрел ноги Чэ Сяоляна.
Ноги почти полностью зажили.
Можно сказать, теперь он мог бегать и прыгать, как обычный человек. Даже заниматься боевыми искусствами. И движения пошли бы его ногам на пользу.
Но была проблема: из-за того, что ноги были сломаны слишком давно, Чэ Сяолян почти забыл, как ходить.
Хотя кости срослись, а атрофированные мышцы Чжао Хай восстановил природной энергией, он всё ещё не умел ходить и сидел в инвалидном кресле.
Чжао Хай считал, что так нельзя.
Нужно как можно скорее научиться ходить.
Научится ходить — сможет культивировать, постепенно выведет яд из тела. И тогда восстановится.
При этой мысли Чжао Хай поднял голову, взглянул на сидевшего в кресле Чэ Сяоляна и произнёс:
— Сяолян, ноги у тебя уже зажили. С завтрашнего дня начнёшь учиться ходить.
Он помолчал и добавил:
— Поначалу будет непривычно. Но ты должен научиться. Ты не можешь всю жизнь сидеть в кресле. Потому с завтрашнего дня — учись ходить. Понял?
Услышав это, Чэ Сяолян опешил.
Затем на его лице появилось взволнованное выражение.
(Конец главы)