Поставить мастеров уровня танца в пустоте в первую шеренгу, чтобы они в лоб отбивали катящиеся брёвна, — это был тот самый «способ», который Нянь Ицзю и его люди могли придумать в сложившихся обстоятельствах. Не то чтобы способ, а так, полумера.
Кто виноват, что эти брёвна оказались столь свирепы? Кроме мастеров уровня танца в пустоте, обычные солдаты просто не могли сдержать такой натиск. Брёвна, используя склон горы и собственную тяжесть, катились вниз с чудовищной силой. Одному-двум человекам ни за что не справиться — нужно было, чтобы сразу несколько человек ударили одновременно, и только тогда, может быть, удалось бы их остановить.
В душе Нянь Ицзю был согласен с этим способом. Но он также понимал: решать не ему. Если бы он сам принял решение, то в случае провала вся ответственность легла бы на него одного. Потому он не стал утверждать сразу, а повернулся к собравшимся:
— Какие будут мнения?
В шатре снова воцарилось молчание.
На самом деле не только Нянь Ицзю не хотел брать на себя ответственность — остальные тоже. Нянь Ицзю обвёл их взглядом и серьёзно произнёс:
— Считаете ли вы этот способ осуществимым? Если да — применим. Если нет — предложите другой.
Все по-прежнему молчали.
Лицо Нянь Ицзю похолодело, и он бросил взгляд на командующего У.
Командующий У был тем самым военачальником из Нютоулина. Нянь Ицзю хотел, чтобы тот начал первым — если все будут молчать, совещание не сдвинется с места.
Командующий У понял его. Ему было всё равно. На самом деле Нютоулин — всего лишь малое город-государство, и не будь его связи с Нянь Ицзю, они вообще не имели бы права голоса на таком совете. Раз Нянь Ицзю велел говорить, что ж, он скажет.
Потому командующий У без колебаний заговорил:
— Я согласен с этим предложением. Это лучший способ, какой мы можем придумать сейчас. Чтобы поскорее покончить с вратами Наньхуа, остаётся только так сломать строй катящихся брёвен.
И верно — стоило ему заговорить, как остальные примерно поняли, чего хочет Нянь Ицзю. Потому они тоже принялись высказываться и согласились с предложением.
Нянь Ицзю постановил на этом. Затем распределил нескольких мастеров уровня танца в пустоте, чтобы завтра они действовали перед большим строем и целенаправленно занимались разрушением строя катящихся брёвен.
После совещания Шичуй и его люди вернулись в шатёр своего лагеря.
Усевшись, Лу Юань заговорил:
— Генерал Ши, как считаете, этот способ осуществим?
Лу Юань был командующим войсками Лумина, человеком весьма скромным.
Шичуй подумал и серьёзно произнёс:
— На вид он осуществим. Но будь я на их месте, я бы так не поступил.
Ши Е с недоумением взглянул на Шичуя:
— Почему? Даже если пустить в бой мастеров уровня танца в пустоте и тем вынудить противника тоже их выставить, что тут такого? Рано или поздно это случится. Какая разница — днём раньше, днём позже?
Шичуй покачал головой:
— Дело не в этом. Меня беспокоит другое: раз противник додумался до такой атаки катящимися брёвнами, у него могут быть и другие козыри. Если послать мастеров уровня танца в пустоте, они могут попасть в опасность.
Ши Е опешил, затем ещё больше удивился:
— Опасность? Какая опасность может грозить мастерам уровня танца в пустоте? Такой строй брёвен им не угрожает.
Шичуй серьёзно произнёс:
— Ты сам мастер уровня танца в пустоте. Как думаешь, этот строй брёвен может тебе угрожать? Разумеется, при условии, что ты не взлетишь.
Ши Е подумал и серьёзно произнёс:
— Если я один и не могу взлететь, то я не сдержу этот строй. Но даже если не взлечу, смогу защитить себя. А если действовать нескольким вместе, сдержать брёвна можно.
Шичуй кивнул:
— Верно. Но здесь есть две проблемы. Первая: будет ли ваше взаимодействие настолько слаженным? Если вы понимаете друг друга с полуслова — не вопрос. Если нет, сдержать брёвна будет не так просто. Вторая: а если у врага есть ещё козырь? Скажем, что если они подожгут эти брёвна? Как вы тогда будете с ними справляться?
Услышав это, лица Ши Е и остальных переменились.
Ши Е серьёзно произнёс:
— Вряд ли. Я видел те брёвна — они, кажется, сырые, как они могут загореться?
Но, договорив, Ши Е тут же пожалел о своих словах. Он тоже был командующим и прекрасно понимал — есть много способов поджечь эти брёвна. А горящие брёвна станут ещё неодолимее.
Лу Юань с мрачным лицом произнёс:
— Неужели против этих брёвен нет никакого способа?
Шичуй серьёзно произнёс:
— Способ обязательно есть. Мне, например, приходят в голову два.
Он помолчал и неспешно произнёс:
— Первый: пусть мастера уровня танца в пустоте поднимутся в небо и, пока враг только выпустил брёвна, пока они ещё не набрали силу, пригвоздят их к земле копьями или чем-то подобным, чтобы они не могли разогнаться по склону. Второй: изготовить тараны с наклонной передней частью и пусть обычные солдаты толкают их вверх по горе. Толкающих должно быть много, а тараны — крепкими. Тогда, когда брёвна покатятся вниз, они смогут принять удар на тараны.
Услышав это, Ши Е и остальные опешили.
Затем, поразмыслив, они поняли — оба способа и впрямь возможны. Брёвна страшны своей ударной силой, но если не дать им разогнаться? Если тех, кто их держит, достаточно много? Тогда такой строй брёвен не так уж и трудно сломать.
Все вздохнули с облегчением.
Хорошо уже то, что можно сломать этот строй. Даже если Нянь Ицзю не воспользуется их способом, они сами будут знать, как с ним справиться, и на душе станет спокойнее.
Они ещё немного посовещались и разошлись по палаткам отдыхать.
На следующее утро они снова встали рано, чтобы посмотреть, как Нянь Ицзю будет ломать строй катящихся брёвен.
Нянь Ицзю и его люди поднялись в то же время, поели и построились. Затем войско начало подниматься на гору.
Отличие было в том, что перед большим строем встали несколько десятков мастеров уровня танца в пустоте. Они двинулись вместе со строем.
Увидев это, Ши Е и остальные кивнули. Теперь им тоже показалось, что такой порядок несколько глуп.
В этот момент с горы снова выпустили брёвна.
Глядя, как брёвна катятся вниз, в большом строю Нянь Ицзю началось волнение. К счастью, его быстро подавили. А лица мастеров уровня танца в пустоте, шедших впереди, стали серьёзными.
И вот, когда брёвна покатились вперёд, из города врат Наньхуа внезапно вылетели ряды зажигательных стрел.
Эти стрелы целились не в строй, а в брёвна.
Вскоре стрелы попали в брёвна. Те тотчас вспыхнули и запылали. Очевидно, брёвна были пропитаны горючим маслом, потому и занялись так быстро.
Едва брёвна загорелись, как лица мастеров уровня танца в пустоте, шедших перед строем, изменились.
Обычные брёвна они ещё могли сдержать. Но как сдержать горящие?
Не раздумывая, мастера уровня танца в пустоте взмыли в воздух.
Но едва они поднялись, как из города полетели арбалетные болты. Их целью были именно мастера уровня танца в пустоте.
Те не ожидали, что город выстрелит так точно. Тотчас на них обрушились болты. Несколько мастеров, не успев среагировать, были сбиты. Остальные поспешили уйти за пределы досягаемости болтов.
Но люди внизу не обращали внимания на мастеров уровня танца в пустоте. Потому что большой строй как раз накрыло горящими брёвнами.
А строй уже давно рассыпался.
Солдаты в панике разбегались. Но даже так горящие брёвна передавили бесчисленное множество. Союзное войско снова потерпело тяжёлое поражение.
Бах!
Нянь Ицзю пинком опрокинул стол перед собой и громко произнёс:
— Какой-то строй катящихся брёвен, а сломать не можем! Сколько уже стоит здесь наше войско? Если так пойдёт дальше, как мы возьмём Наньхуа? Ненавистно! Ох как ненавистно! Если мне дадут войти в Наньхуа, я разрешаю не убирать клинки!
Услышав это, все опешили.
Затем лица их переменились.
Нянь Ицзю разрешал не убирать клинки — то есть разрешал грабить, жечь и убивать без ограничений. И он не ограничил время: сказал просто «не убирать клинки».
Для собравшихся это было очень заманчиво.
В одно мгновение все принялись думать, как сломать строй катящихся брёвен.
Один командующий, глядя на Нянь Ицзю, осторожно произнёс:
— Глава союза, может, попросим Прародителей вмешаться?
Тотчас кто-то возразил:
— Нельзя! Ни в коем случае! Участие мастеров уровня танца в пустоте — это ещё в наших рамках. А если Прародители вмешаются, всё полностью изменится. Тогда начнётся война Прародителей. Этого нельзя допустить.
Нянь Ицзю тоже не потерял голову. Он кивнул:
— Верно, Прародителей привлекать нельзя. Думайте о другом.
На этот раз Прародитель города Гигантского слона не пришёл, но если бы с Прародителями других городов что-то случилось, Нянь Ицзю тоже не смог бы отчитаться. К тому же те Прародители не так легко подчинялись ему. Особенно Тан Мин и его люди — Нянь Ицзю почти не сомневался, что не сможет ими командовать. Потому не стал нарываться.
Другой командующий серьёзно произнёс:
— Преимущество этого строя брёвен — в их ударной силе. Мы можем остановить брёвна, пока они ещё не набрали силу. Тогда их строй нам не страшен.
Услышав это, все опешили.
Ши Е и остальные обернулись к Шичую. Тот лишь слегка улыбнулся и промолчал. Очевидно, этот человек мыслил так же, как Шичуй, и был неглуп.
У Нянь Ицзю загорелись глаза:
— Верно, верно! Самое сильное в строе брёвен — ударная мощь. Если не дать им разогнаться, мы легко их остановим. У кого есть способ не дать брёвнам разогнаться?
Все принялись думать.
А тот командующий, что подал эту мысль, серьёзно произнёс:
— Можно попробовать баллисты. Как только враг выпустит брёвна, мы тотчас стреляем болтами перед ними. Тогда брёвна не успеют набрать силу, их остановят болты. И ударной мощи не будет.
У Нянь Ицзю и остальных загорелись глаза, они закивали.
Даже Шичуй кивнул. Он счёл этот способ неплохим. Его собственный способ тоже был хорош, но требовал мастеров уровня танца в пустоте. А этот требовал лишь баллист.
Впрочем, Шичуй всё же считал, что с мастерами уровня танца в пустоте надёжнее.
Хотя у города есть баллисты, способные угрожать мастерам, не стоит забывать — у баллист ограничена дальность. Мастера могут подняться выше и метать копья сверху. И чем выше они поднимутся, тем сильнее будет удар копья.
Конечно, в плане Шичуя копья тоже должны были быть цельнометаллическими. Деревянные не годились. Ведь если враг поджигает брёвна, деревянное древко копья быстро загорится и не сдержит удар. Потому железное копьё надёжнее.
А то, что Шичуй считал деревянное древко быстро загорающимся и неспособным сдержать удар, связано ещё и с технологией изготовления древка.
Древко — это не просто прямая палка. Хорошее древко проходит множество обработок.
Например, дерево для древка должно быть специально выращено, без сучков, иначе древко легко ломается. Когда такое дерево вырастает, его срубают, сушат, пропитывают маслом, снова сушат, снова пропитывают. После нескольких раз покрывают лаком. Только такое древко получается прочным, упругим и не боится червей годами.
Но у такого древка невысокая огнестойкость. Ничего не поделаешь — сейчас все древки делают так. Цельнометаллическое древко — это, во-первых, не всякий поднимет, а во-вторых, стоимость его изготовления не по карману обычному городу-государству. В месте, где нет машин, добыча железной руды крайне трудна и дорога.
Нянь Ицзю и его люди, очевидно, об этом не подумали. Они просто решили, что способ хорош.
Потому Нянь Ицзю тотчас отдал распоряжения.
Противник, очевидно, не выпустит брёвна, пока не увидит, что войско двинулось. Значит, завтра всё равно придётся идти в наступление. И когда враг выпустит брёвна, тогда и ударят баллисты.
Но сейчас, после череды поражений, боевой дух союзного войска сильно упал. Если завтра снова идти в атаку, солдаты могут обратиться в бегство, едва увидев брёвна.
При одной этой мысли у Нянь Ицзю и его людей разболелась голова.
(Конец главы)