Едва звери заметили Чжао Хая, как один из них — тигр, покрытый костяной броней, — с рёвом взметнул голову к небу.
И тотчас кто-то из толпы громко крикнул:
— Опускайся! Скорее вниз!
Чжао Хай хоть и не понял, что тот имеет в виду, но всё же немедленно опустился на землю.
И едва он коснулся земли, как заметил, что к тому месту, где он только что парил, внезапно устремилось бесчисленное множество костяных пластин. Пластины были не слишком большими, походили на костяные клинки, но летели с невероятной скоростью, каждая — как лезвие. По свисту рассекаемого воздуха можно было понять: сила в этих пластинах огромна.
Увидев это, Чжао Хай невольно сузил глаза.
Теперь он понял, почему в небе никого нет. Эти костяные пластины, даже если бы и не нанесли ему серьёзного урона, заставили бы его изрядно понервничать. А если бы пластин было ещё больше, то и для него возникла бы немалая опасность.
Впрочем, сейчас ему было не до раздумий.
Опустившись, Чжао Хай тотчас взял в руки оба цепных молота. Молоты Чжао Хая могли бить и вдаль, и вблизи, и удлиняться, и укорачиваться. А уж если раскрутить эту громадину, то сила в ней — что ни удар, то верная смерть. Попади такой по зверю — кости переломает, сухожилия разорвёт.
Один только Чжао Хай удерживал перед собой добрых десять метров. В этих пределах ни один зверь не смел приблизиться. Да и те, что не смели подойти, всё равно гибли под его ударами. О приближении и речи не шло.
С появлением Чжао Хая люди перестали лишь пассивно отбиваться и сами перешли в наступление.
А вот у зверей дела пошли худо — ещё несколько тварей было убито.
И вот, после того как Чжао Хай прикончил больше двадцати зверей, тигр в их стае снова издал рёв. И тогда звери начали медленно отступать. А ещё через мгновение они и вовсе покинули лагерь — все до единого ушли.
Увидев это, Чжао Хай тоже немало удивился. Но ничего не сказал, лишь втянул цепь обратно и огляделся.
Он обнаружил, что лагерь невелик. Но многие дома были разрушены, а неподалёку лежало несколько человеческих тел. На телах виднелись следы зубов и когтей.
Пока Чжао Хай осматривался, к нему подошли люди.
Один из них, державший в руке большой клинок, взглянул на Чжао Хая:
— Ты новенький?
Чжао Хай взглянул на него и кивнул:
— Да, новенький. Только вышел — и сразу увидел, что звери напали на лагерь. Ну, я, конечно, не мог остаться в стороне и помог.
Тот кивнул:
— Хорошо. Спасибо тебе на этот раз. Кстати, я тебя прежде не видел. Ты, случайно, не из тех, кого только что призвали снаружи?
Чжао Хай кивнул:
— Да, только что призвали. Сегодня вошёл в заповедные земли, и меня сразу распределили на двенадцатый форпост. Ну я и пришёл.
Тот посмотрел на Чжао Хая:
— Нажил врагов снаружи? Не Святую ли академию разозлил? Иначе тебя бы сюда не подставили и уж точно не отправили бы на наш форпост.
Чжао Хай усмехнулся:
— Ты прав. Снаружи я разозлил людей из академии — семьи Вэнь и Дунфан. Сначала младший сын семьи Вэнь во время испытаний взял заказ на моё убийство. Я не знал, кто он такой, и прикончил его. Потом семья Вэнь начала меня преследовать, а я, наоборот, перебил немало их людей. Позже семьи Вэнь и Дунфан выставили против меня даже своих мастеров уровня разрыва реки, чтобы меня убить. Но все они погибли от моей руки. Сейчас от семей Вэнь и Дунфан осталось одно название, да их главы держат лицо. А потом мне сообщили, что я должен войти в заповедные земли, — и я пришёл.
Услышав это, тот невольно загорелся взглядом. Затем громко расхохотался:
— Давай знакомиться! Меня зовут Вэнь Вэньхай! Ха-ха-ха! Если всё, что ты рассказал, правда, то ты и вправду выпустил пар за меня!
Он помолчал и добавил:
— Ты не знаешь, а я когда-то учился вместе с младшим сыном семьи Вэнь. Талантом в культивации он мне уступал, в академии я его обходил. Но именно меня не сделали объектом особой подготовки, а отправили сюда, в заповедные земли. А тот выродок из семьи Вэнь стал объектом особой подготовки. Думаю, он достиг уровня танца в пустоте раньше меня. А теперь ты его прикончил — считай, выпустил пар за меня.
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Не только за него. По-моему, сейчас уже и не скажешь, существуют ли ещё семьи Вэнь и Дунфан. Ведь у них почти не осталось мастеров.
Вэнь Вэньхай расхохотался:
— Да пропади они пропадом! Чем скорее эти две семьи вымрут, тем мне радостнее! Не только они — пусть бы и вся свора из Святой академии передохла, вот тогда бы я порадовался!
Он говорил всё более возбуждённо:
— Здесь я понял: то, что Святая академия называет особой подготовкой, — это когда всё, что мы добываем потом и кровью, отдают их семейным выкормышам. Хм, красиво говорят — Святая академия вырастила столько мастеров! А ведь это мы, простые люди, своей жизнью за это платили!
Остальные тоже закивали, явно соглашаясь с ним.
Услышав это, Чжао Хай понял, откуда в заповедных землях столько противников Святой академии. Корень был именно здесь.
Эти люди в академии были брошены. Потом их отправили сюда, где они день за днём сражались со зверями насмерть. А добычу приходилось отдавать академии. И добыта она была их собственной кровью. Им, конечно, не хотелось отдавать, но и не отдать было нельзя. От этого росла их неприязнь.
А люди на двенадцатом форпосте — все сплошь смутьяны заповедных земель. Наверняка костяк противников Святой академии. А те мастера уровня разрыва реки, что управляют заповедными землями, держат сторону академии. Едва заметив, что эти люди — сплошные смутьяны, они, разумеется, отправили их на самый опасный двенадцатый форпост. Пусть погибнут здесь — и некому будет смуту разводить, и управлять станет легче.
Впрочем, многое из этого Чжао Хай лишь предполагал. Но он считал, что догадки его недалеки от истины.
Чжао Хай взглянул на Вэнь Вэньхая и слегка улыбнулся:
— Оставим внешние дела. Здесь я новичок, многого ещё не знаю. Прошу вас, помогайте мне. Кстати, забыл представиться: я Тянь Хэцао.
К удивлению Чжао Хая, люди здесь оказались на редкость сплочёнными и держались с ним весьма учтиво. Многие назвали свои имена. Когда все обменялись приветствиями, они отправились приводить лагерь в порядок и предавать огню тела товарищей.
Погибших сожгли, а имена их высекли на камнях и сложили в одной комнате. Чжао Хай заходил туда — в той комнате лежало никак не меньше нескольких тысяч камней с именами. Уже по одному этому можно было понять, насколько опасен двенадцатый форпост.
Когда лагерь был приведён в порядок, Вэнь Вэньхай выделил Чжао Хаю дом.
Места в лагере хватало, потому у каждого была своя отдельная комната. Домов здесь больше пятисот, и многие повреждены. Но сейчас в лагере, считая Чжао Хая, было всего около двухсот с небольшим человек. Потому множество домов пустовало. Прежний хозяин его комнаты уже погиб, так что найти жильё для Чжао Хая оказалось легко.
Комната Чжао Хая тоже была каменной. Пол из камня, стены из камня, кровать из камня, стол из камня, стулья из камня. В общем, вся крупная утварь была каменной. Настоящий каменный дом.
Но Вэнь Вэньхай подарил Чжао Хаю несколько звериных шкур. Эти шкуры можно было подстелить на кровать и на стулья, чтобы сидеть было удобнее.
Надо сказать, Вэнь Вэньхай оказался человеком внимательным. Хотя по здешним правилам убитый Чжао Хаем зверь считался его добычей. Чжао Хай сегодня прикончил больше двадцати зверей, и ему причиталось больше двадцати шкур, костяных жемчужин и мяса. Но воспользоваться шкурами сразу было нельзя — ведь снятую шкуру нужно ещё выделить, прежде чем она станет пригодной. А Вэнь Вэньхай подарил ему уже выделанные шкуры.
Когда Вэнь Вэньхай помог Чжао Хаю обустроить комнату, они уселись за каменный стол.
Вэнь Вэньхай достал больше двадцати костяных жемчужин и отдал их Чжао Хаю:
— Вот, это жемчужины с убитых тобой зверей. Ты знаешь, что это такое?
Чжао Хай кивнул:
— Знаю. Когда был в лагере, слышал от Хоу Лаоды. Но ещё не пользовался.
Вэнь Вэньхай кивнул:
— Раз знаешь — хорошо. Это твоя сегодняшняя добыча, забирай. Через несколько дней эти твари снова придут. С твоей силой ты, глядишь, за пару схваток наберёшь пятьдесят жемчужин. Сдашь годовую норму — и всё, что добудешь потом, будет твоим.
Чжао Хай кивнул и произнёс:
— Честно говоря, я и не ожидал, что едва придя, сразу попаду в бой. Но звери эти и вправду сильны. Только вот заметил я: в лагере есть люди, ещё не достигшие уровня танца в пустоте. Их тоже Святая академия сюда отправила?
Вэнь Вэньхай произнёс:
— Да, их тоже отправила Святая академия. На самом деле большая часть людей в заповедных землях — ученики академии, которых она силой сослала сюда. За то, что они не успели вовремя достичь уровня танца в пустоте, их отправили сюда. А едва попав сюда, достичь этого уровня становится ещё труднее. Ведь сначала надо выжить. Многие ученики, едва их присылали, сразу попадали в бой и вскоре бесславно гибли в зубах зверей. А наш двенадцатый форпост — тот, куда чаще всего присылают пополнение. Эта партия прибыла недавно, и до сих пор лишь несколько человек достигли уровня танца в пустоте, остальные — ещё нет.
Чжао Хай произнёс:
— Вот как. Кстати, сегодня я заметил — что это за костяные пластины, что летели в небо? Если бы мне не крикнули, у меня, боюсь, были бы неприятности.
Вэнь Вэньхай тотчас заговорил:
— Я как раз собирался тебе об этом сказать. Запомни: в заповедных землях ни в коем случае не летай в небе. Особенно в бою. Взлетишь — станешь мишенью для всех зверей. Они начнут метать в тебя свои костяные пластины, а сила у них огромная. Но если ты не взлетаешь, они редко выпускают свои пластины. Так что в небе летать нельзя.
(Конец главы)