Чай Линдэ неподвижно стоял на городской стене врат Наньхуа.
Он тупо смотрел на лагерь армии Чжао Хая под городом, потом так же тупо — на проход, ведущий к подножию горы.
Этот проход изначально был устроен ими специально, чтобы обороняться от наступления Чжао Хая. На дороге вырыли множество рвов — все в пределах досягаемости баллист врат Наньхуа, чтобы Чжао Хай и его люди при штурме неизбежно наткнулись на эти рвы и потеряли побольше людей.
Прежде это казалось поистине отличной задумкой. Ведь если Чжао Хай и его люди захотят наступать на врата Наньхуа, этих рвов им хватит с лихвой.
Но теперь Чай Линдэ остолбенел от другого: помимо вырытых ими рвов, за пределами досягаемости баллист врат Наньхуа появилось бесчисленное множество новых рвов. И все эти рвы вырыли Чжао Хай и его люди. Более того, даже сейчас они продолжали копать.
С тех пор как Чай Линдэ получил эту весть, он всё стоял на стене как вкопанный.
Лишь теперь он по-настоящему осознал, насколько страшен Чжао Хай.
Страшен, невероятно страшен.
Казалось, каждый его шаг Чжао Хай предугадал. Разве это не страшно?
Чай Линдэ отправил владыке города письмо с просьбой разрешить выйти из города и разбить лагерь у подножия горы. Так они не беспокоились бы о воде и могли бы задержать Чжао Хая. Что же до наступления Чжао Хая, это давно входило в планы Чай Линдэ. Он хотел не пустить Чжао Хая за гору Чжухуа, боялся, что тот войдёт в Наньхуа и станет разорять земли.
План был неплох, даже очень хорош. Но теперь он казался совсем не хорошим.
Ведь чтобы спуститься из города, им сначала пришлось бы засыпать вырытые ранее рвы. Это было бы нетрудно — под защитой баллист засыпать рвы можно было без больших потерь. Но теперь, стоило Чжао Хаю вырыть рвы, как у них началась головная боль. Чтобы спуститься к подножию, им пришлось бы столкнуться с рвами Чжао Хая. А эти рвы Чжао Хай наверняка прикрыл бы баллистами. И тогда их сто тысяч воинов попали бы под обстрел баллист армии Чжао Хая. Сколько бы из них выжило?
Именно это и поразило Чай Линдэ. Он обнаружил, что Чжао Хай словно знал его план. Потому ещё до того, как они успели его осуществить, он уже перекрыл все пути.
Теперь, если Чай Линдэ станет действовать по своему плану, он и вправду не будет знать, где найдёт смерть.
Тут к Чай Линдэ подошёл Шангуань Чэн. Он взглянул за городские стены, вздохнул и низким голосом произнёс:
— Генерал, владыка города ответил. Он не одобряет наш план. Велел отступить в город-государство и занять оборону в Хуаньхэ. Если мы продержимся там около месяца, подойдут подкрепления других городов-государств. И тогда нам больше не придётся беспокоиться о Чжао Хае и его людях.
Чай Линдэ кивнул и, повернувшись к Шангуань Чэну, произнёс:
— Хорошо, отступаем. Сейчас мы даже выйти из города не сможем. Так лучше уйти пораньше.
Шангуань Чэн кивнул и низким голосом произнёс:
— Тогда я всё улажу, и мы уйдём как можно скорее. Если тянуть дальше, у нас действительно кончится вода. И тогда отступать будет поздно.
Чай Линдэ кивнул:
— Хорошо, иди распорядись. Завтра выступаем. Всё, что не сможем забрать, сожжём, ни в коем случае не оставлять Чжао Хаю.
Шангуань Чэн кивнул:
— Да, понял. Я всё устрою.
Чай Линдэ кивнул и махнул рукой. Шангуань Чэн вышел.
Чай Линдэ снова повернулся в сторону Чжао Хая и пробормотал:
— Я не дам тебе спокойно жить. Ни за что.
.....
А тем временем всё, что происходило во вратах Наньхуа, видел Лю Хун.
Едва заметив, что в городе начали собирать вещи, Лю Хун сразу понял: люди во вратах Наньхуа, похоже, собираются отступать. Он и не думал, что они пойдут в наступление, потому тотчас вернулся в главный лагерь и попросил аудиенции у Чжао Хая.
Чжао Хай вызвал Лю Хуна в шатёр и низким голосом произнёс:
— Ну что? Как реагируют во вратах Наньхуа?
Лю Хун низким голосом произнёс:
— Глава союза, они уже начали собирать вещи. Похоже, собираются отступать. Что нам делать?
Чжао Хай кивнул:
— Отступают — хорошо. Раз отступают, мы сможем прямо перейти через гору Чжухуа. Лю Хун, вам больше не нужно за ними следить. Немедленно возьми разведывательный отряд, перейди через гору Чжухуа, войди в Наньхуа и как следует составь карту города-государства. Заодно посмотри, куда отступает их армия. И если найдёшь подходящее место для засады, тотчас возвращайся с докладом. Иди.
Лю Хун отозвался, вышел из шатра и вместе с разведывательным отрядом покинул лагерь.
Едва он ушёл, Чжао Хай созвал остальных командующих в центральный шатёр.
Когда все сели, Чжао Хай обвёл их взглядом:
— Хочу сообщить вам не очень хорошую новость. Надеюсь, вы морально готовы.
Он сделал паузу и обвёл всех взглядом.
Услышав про плохую новость, командующие помрачнели и уставились на Чжао Хая.
Чжао Хай, глядя на них, вздохнул:
— Плохая новость в том, что наши рвы, похоже, вырыли зря. Они не пригодились. Люди во вратах Наньхуа, похоже, собираются отступать.
Услышав это, все опешили. Затем тотчас поняли — Чжао Хай их разыгрывает.
Люди во вратах Наньхуа отступают — значит, план Чжао Хая удался. Они не выдержали и бегут. Без единой потери, без единого боя они взяли врата Наньхуа!
От одной этой мысли всех охватило волнение.
Чжао Хай, глядя на них, громко рассмеялся:
— Ладно, передайте всем, чтобы братья больше не копали рвы — устали уже. Пусть возвращаются и отдыхают два дня. А потом перейдём через гору Чжухуа. Идите распоряжайтесь.
Все дружно отозвались, поднялись, сложили руки перед Чжао Хаем и вышли. Но на душе у них было невероятное волнение.
Ведь большинство этих командующих участвовали в прошлом сражении Нянь Ицзю со Святой академией. Тогда их остановили у врат Наньхуа, и они потерпели сокрушительное поражение.
Сколько способов они тогда придумали, сколько приёмов использовали — а врата Наньхуа стояли как железная плотина, и никакие уловки их не брали.
А теперь?
Теперь Чжао Хай без единой потери, меньше чем за месяц, заставил людей во вратах Наньхуа самих уйти. У них даже ни один человек не пострадал.
Разница была слишком велика.
Многие командующие сейчас горько усмехались. Они не могли не усмехаться.
Как же тяжело они тогда проиграли. Именно потому, что не смогли взять врата Наньхуа. Если бы тогда они применили приём Чжао Хая и перерезали воду во вратах Наньхуа, у противника осталось бы только два выхода — выйти из города на смертный бой или оставить врата Наньхуа и открыть проход через гору Чжухуа. При любом исходе они не потерпели бы такого поражения.
Разница. Разница слишком велика.
Полководческие способности Нянь Ицзю по сравнению с Чжао Хаем были несопоставимо ниже. Им оставалось лишь признать это.
Теперь армия Чжао Хая прекратила копать рвы. Напротив, они начали готовиться засыпать те, что уже вырыли.
Солдаты, услышав, что только что вырытые рвы придётся засыпать, ничуть не роптали. Им не на что было роптать. Если можно победить врага, просто копая и засыпая рвы, кто же захочет лезть с мечом на врага?
Теперь, услышав, что враг во вратах Наньхуа отступает, что они победили, солдаты обрадовались. Они ведь знали: в прошлый раз несколько сотен тысяч воинов союза против Святой академии были разбиты именно под вратами Наньхуа, понеся огромные потери. Прежде они немного тревожились о здешнем сражении. А теперь услышали, что бой окончен, что они победили. Как тут не радоваться?
.....
Чай Линдэ уже не было дела до того, что думает Чжао Хай.
Они собирали вещи весь день, а на следующий день покинули врата Наньхуа и отступили в земли Наньхуа, намереваясь в Хуаньхэ снова выстроить линию обороны и сдержать наступление Чжао Хая.
О том, что Чай Линдэ ушёл, Чжао Хай вскоре узнал.
Не нужно было никаких донесений — достаточно было увидеть зарево над вратами Наньхуа. Крупные орудия, которые Чай Линдэ не мог забрать, пришлось сжечь. Это зарево и стало сигналом — они отступили.
Увидев зарево, Чжао Хай отправил мастеров уровня танца в пустоте осмотреть всё с неба. Те обнаружили, что гарнизон врат Наньхуа действительно ушёл, но в городе теперь море огня — войти невозможно.
Чжао Хай не стал спешить. Он велел армии постепенно засыпать рвы, вырытые и ими, и защитниками врат Наньхуа. Одновременно велел прорыть русло для воды, что текла из пещеры, чтобы она уходила в сторону, не заливала им дорогу и не образовала реку у подножия горы Чжухуа, когда они вернутся. Это было бы очень некстати.
Потому дел у него было немало. Спешить с переходом через гору Чжухуа не стоило — можно и подождать.
После нескольких дней засыпки рвов и прокладки русла их путь наконец стал свободен. Пожар во вратах Наньхуа тоже угас. Чжао Хай и его люди наконец могли двинуться дальше.
За эти дни Чжао Хай получил несколько донесений от Лю Хуна.
Подходящего места для засады они не нашли, зато составили карту рельефа. Заодно выяснили, куда направляются Чай Линдэ и его люди — они выстроили линию обороны в Хуаньхэ. Это было довольно хлопотно.
Хуаньхэ стоял на противоположном берегу реки Хуаньхэ.
Река Хуаньхэ была быстрой, широкой и глубокой. Кроме как на лодках или по мосту, солдаты не могли её перейти.
Изначально через Хуаньхэ был мост — цепной. Но Чай Линдэ и его люди его разобрали. Теперь Чжао Хаю и его людям перебраться стало ещё труднее.
Помимо разборки моста, Чай Линдэ сделал ещё одно — он отобрал продовольствие!
Да, Чай Линдэ отобрал продовольствие. И не у кого-нибудь, а у людей на этом берегу Хуаньхэ, в землях Наньхуа. Иными словами, Чай Линдэ приказал отобрать зерно у собственных людей и бросил их на этом берегу Хуаньхэ.
Эта весть крайне удивила Чжао Хая. Он действительно не ожидал, что Чай Линдэ так поступит.
(Конец главы)