Ночь окутала Пустыню Разрушения.
Чжао Хай сидел на песчаном холме, Шапи лежал рядом. Было уже поздно, но Чжао Хай не спал — просто сидел на холме и смотрел на звёзды в небе.
В Мире Душ тоже были звёзды и луна. Всё выглядело так же, как снаружи. Но Чжао Хай прекрасно понимал: на эти звёзды можно только смотреть. Он не мог взлететь в космос и увидеть планеты, разве что пробил бы пространственный барьер. Но даже если бы пробил — это означало бы покинуть Мир Душ, а не выйти в космос.
Глядя на звёздный свет, Чжао Хай невольно вспомнил о Лауре и остальных.
Он был в разлуке с ними слишком долго — больше двадцати лет. Но время не ослабило его чувств. Наоборот, они стали только сильнее. Каждый день Чжао Хай заставлял себя заснуть, потому что только во сне мог увидеть Лауру и остальных.
Но сны были странными. Он видел Лауру и остальных, но не слышал их слов. Они словно были заперты в двух прозрачных коробках. Он видел их, они видели его, но он не слышал их, а они — его. Они могли только смотреть друг на друга.
Честно говоря, это было мучительно. Но каждый вечер видеть такие сны стало для Чжао Хая самым желанным.
Вот только сегодня он не мог заснуть и не хотел.
Он сидел на холме, смотрел на звёздное небо и думал о своей технике культивации — «Звёздном искусстве». Думал о Лауре и остальных, о своём теле за пределами Мира Душ, о пространстве.
Он знал, что так делать нехорошо. Он культиватор и не должен постоянно предаваться подобному. Это не только трата времени, но и колебание душевного состояния.
Но Чжао Хай всё равно это делал. Просто хотел. Ничего страшного — просто хотел, хотел опустошить мысли и хоть раз побыть обычным человеком.
Сколько прошло времени — неизвестно, но Чжао Хай крепко заснул.
Во сне он снова увидел Лауру и остальных. Они по-прежнему стояли и смотрели на него, а он смотрел на них. Чжао Хай знал, что это сон, потому просто спокойно глядел на них, без бурных реакций. И его сердце постепенно крепло. Он должен стать сильнее как можно скорее, вернуться к Лауре и остальным.
Сколько прошло времени — неизвестно, но Чжао Хай наконец проснулся.
Он взглянул на небо — солнце уже стояло высоко. Спал он на удивление крепко.
Чжао Хай потянулся, встал и прислушался к своему телу. Он обнаружил, что его душа словно стала прозрачнее, а дух — твёрже. Одновременно сила разрушения в теле возросла, а пространство души-объекта стало будто чётче.
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Вот оно что. В культивации тоже нужен ритм — то напряжение, то расслабление. Вчера я поступил опасно, но зато полностью расслабился. Сейчас я в лучшем состоянии, чем когда-либо. Хе-хе, неудивительно, что я не мог заставить силу разрушения и пространство души-объекта двигаться, не мог превратить их в рыбу инь-ян, не мог добиться непрерывного порождения. Просто силы разрушения ещё слишком мало. А в этой пустыне её много. Стоит поглотить всю силу разрушения пустыни — и, пожалуй, получится. Тогда, возможно, удастся сдвинуть их с места. Ха-ха-ха, как хорошо. Проснулся — и душа прозрачна, столько всего передумал. Отлично, очень хорошо.
Тут и Шапи поднялся. Он смотрел на Чжао Хая, Чжао Хай — на него. Чжао Хай чувствовал, что сила в теле Шапи тоже стала больше. Ведь пространство души-объекта непрерывно посылало Шапи природную энергию. Потому сейчас Шапи был куда сильнее, чем прежде.
Чжао Хай погладил Шапи и негромко сказал:
— Шапи, идём. Хочу посмотреть, сколько здесь, в Пустыне Разрушения, хорошего. И не верю, что вся эта могучая сила разрушения осталась только от великой битвы. Наверняка есть и что-то другое, содержащее силу разрушения. Надо как следует поискать.
Шапи кивнул и последовал за Чжао Хаем в пустыню.
Шли они не быстро, и конкретной цели у них не было — просто двигались вперёд. Ведь Пустыня Разрушения была им незнакома. Если бы они ставили конкретную цель, то, возможно, ничего бы и не нашли. А так — куда дойдут, туда и дойдут. Может, и повезёт.
Чжао Хай и Шапи шли вперёд, как вдруг вдалеке поднялся густой дым.
Увидев его, Чжао Хай опешил, затем негромко произнёс:
— Песчаная буря? Надо же, песчаная буря. Хе-хе, интересно. Как раз кстати. Сейчас моя природная энергия отличается от прежней. У неё должны быть новые свойства. Но я пока не знаю, какие. Что ж, посмотрим, что со мной будет после этой бури.
С этими словами он взмахнул рукой и убрал Шапи. А Юйву не тронул. Юйва — повелитель разрушения, с ним ничего не случится. Разумеется, Чжао Хай и не собирался звать Юйву на помощь. Он просто спокойно стоял и смотрел на приближающуюся бурю.
Далёкие клубы пыли становились всё ближе. Чжао Хай словно не замечал их. Он стоял с открытыми глазами, пристально глядя на надвигающуюся бурю.
Буря пришла.
Небо и земля изменились. Казалось, в одно мгновение они потеряли все цвета. Здесь был только песок — песок, поднятый бешеным ветром. Каждая песчинка, словно нож, проносясь мимо, оставляла на теле порез.
Чжао Хай стоял с невозмутимым лицом. Буря прошла сквозь него, разорвав одежду. Вскоре одежда почти исчезла, но он всё так же спокойно стоял. Только глаза медленно закрылись, позволяя песку бить по телу, а ветру — трепать волосы. Обычного человека такой ветер давно бы унёс. Но Чжао Хай стоял, словно вросшее дерево, не шелохнувшись.
Буря пришла быстро, но и ушла быстро.
Через пять часов буря стихла. На месте, где стоял Чжао Хай, образовался песчаный холм. Самого Чжао Хая не было видно.
Затем холм медленно зашевелился. И Чжао Хай вырвался из него. Над его головой вдруг появился комок воды. Он окутал Чжао Хая, вода завертелась, затем исчезла. Чжао Хай стоял на холме — без одежды.
Он не придал этому значения. Людей здесь нет, можно и без одежды. Он достал из пространства одежду и неспешно оделся. Закончив, взглянул на Юйву, парившего в небе.
Юйва больше не летал туда-сюда, а висел над головой Чжао Хая, как душа-объект, но чуть поодаль — метров на пять. И продолжал впитывать силу разрушения. Чжао Хай связался с ним — Юйва выглядел довольным. Чжао Хай перестал о нём беспокоиться.
Затем он выпустил из пространства Шапи.
Шапи, оказавшись снаружи, с недоумением взглянул на Чжао Хая:
— Молодой хозяин, зачем ты здесь ешь песок?
Чжао Хай посмотрел на Шапи и слегка улыбнулся:
— Я не ем песок. Я думал о том, как использовать мою природную силу.
С этими словами он взмахнул рукой и ударил кулаком. Но удар был не таким, как прежде. От удара поднялись ветер и песок, словно на ровном месте разыгралась буря.
А Шапи ясно чувствовал: этот ветер с песком не настоящий, он создан природной энергией. То есть удар Чжао Хая теперь не просто обладал силой и не просто природной энергией — у него появилось свойство. И это свойство — песчаная буря.
Чжао Хай убрал кулак, и буря исчезла. Он обернулся к Шапи:
— Видишь? Вот почему я здесь «ем песок». Я назвал этот удар Кулаком Безумного Песка. Хе-хе, один закон понят — и десять тысяч законов ясны. На этот раз песок я ел не зря. Теперь я наконец понял чудесное применение природной энергии.
Шапи кивнул:
— Молодой хозяин, ты и вправду могуч. Такое придумать — невероятно. А что мы будем делать дальше? Пойдём искать других животных?
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Искать, конечно, искать. Если мы и вправду хотим превратить Пустыню Разрушения в оазис, то демонизированные животные и растения здесь оставаться не должны. Они только разрушают это место. Лучше их убрать. Идём, Шапи. Если попадётся ещё какое-нибудь демонизированное животное — на этот раз я позволю тебе действовать. Кроме тех, что уже есть в пространстве, всех демонизированных животных и растений можешь убивать. Как тебе?
Услышав это, на большой унылой морде Шапи тут же появилось восторженное выражение. Он завилял хвостом и громко сказал:
— Правда, молодой хозяин? Вот здорово! Гав-гав-гав, наконец-то я подерусь! Ха-ха-ха, спасибо, молодой хозяин, спасибо! Не беспокойся, я их всех загрызу! Гав-гав-гав!
Чжао Хай, глядя на Шапи, тоже невольно рассмеялся. Шапи был большим любителем подраться. Просто в последнее время Чжао Хай всё время ловил животных и растения, не давая Шапи выступить. Тот в лучшем случае бил их энергетическими сгустками, не больше.
Человек и пёс пошли дальше.
.....
А в это время лицо Гуйлина было мрачнее тучи. Вид у него был довольно потрёпанный, весь в песке. Рядом стояли Гуйвэй, вошедшие с ним в Пустыню Разрушения. Все они тоже выглядели неважно.
Их можно было понять. Все эти дни они искали следы Чжао Хая. Честно говоря, следов нашли немало, и, идя по ним, они примерно определили направление, в котором двигался Чжао Хай. Но тут поднялась песчаная буря. После неё все следы исчезли. Это сильно осложнило поиски.
(Конец главы)