Ху Юйлун, услышав доклад того ученика семьи Ху, сначала застыл, а затем лицо его резко изменилось.
Честно говоря, когда Чжао Хай сказал, что Лэн Фэнсюэ сойдёт с ума в течение часа и умрёт в течение года, он не очень-то поверил. Ведь он не видел, как Чжао Хай действовал — тот даже лишнего движения не сделал. Как он мог навредить Лэн Фэнсюэ?
Но он и подумать не мог, что и вправду не пройдёт и часа, как придёт весть о безумии Лэн Фэнсюэ. И безумие окажется настолько тяжёлым. Это было поразительно.
Главное — теперь он наконец понял, на что способен Чжао Хай: сказал, что через час человек сойдёт с ума, — значит, через час и сойдёт. Ни малейшей ошибки.
Но каким именно способом Чжао Хай свёл Лэн Фэнсюэ с ума, Ху Юйлун не знал. И это заставило его по-новому оценить силу Чжао Хая.
На самом деле Ху Юйлун не знал, что в этом мире, кроме Чжао Хая, пожалуй, никто не способен вот так напрямую свести Лэн Фэнсюэ с ума. Даже мастера уровня разрыва реки, скорее всего, не смогли бы.
Способ, которым Чжао Хай свёл Лэн Фэнсюэ с ума, был на самом деле очень прост. Он всего лишь направил свою психическую силу, несущую силу разрушения, через глаза — и она вошла в глаза Лэн Фэнсюэ. А глаза — окна души. Этим ударом Чжао Хай нанёс сокрушительный удар по душе Лэн Фэнсюэ.
Хотя Мир Душ и называется Миром Душ, здешние люди почти не изучали душу. Этот приём Чжао Хая, естественно, никто не мог отразить и никто не мог распознать.
Если говорить о том, кто в Мире Душ лучше всех разбирается в атаках на душу, то это Чжао Хай. Другой бы, даже обладая силой разрушения, не применил бы такого средства. Только Чжао Хай мог. И приём этот был поистине чудесен — от него невозможно было защититься.
Хотя Ху Юйлун и не понял, как Чжао Хай расправился с Лэн Фэнсюэ, он не стал поднимать шум. Он лишь взглянул на того человека из семьи Ху и негромко произнёс:
— Ладно, заболел он или нет — не наше дело. Идите.
Тот ученик семьи Ху с недоумением взглянул на Ху Юйлуна. Все эти дни Лэн Фэнсюэ немало им досаждал, и Ху Юйлун давно желал его убить — просто они находились в Государстве Души Лука, и действовать было неудобно. Услышав, что Лэн Фэнсюэ сошёл с ума, он должен был обрадоваться. Почему же так спокоен?
Ученик не понял, но всё же вышел.
А двое других из семьи Ху, одного поколения с Ху Юйлуном, поняли его. Ведь когда Чжао Хай говорил с Ху Юйлуном, они были рядом и слышали его слова. Они знали: то, что случилось с Лэн Фэнсюэ, — дело рук Чжао Хая. Потому поведение Ху Юйлуна их не удивило.
Эти двое звались Ху Чао и Ху Чжи, в семье Ху они занимали тридцать шестое и тридцать седьмое места среди братьев. С детства они были дружны, но в культивации у них не было особого таланта. Зато в лечении растений и изготовлении мутировавших семян они были одарены, потому обычно не действовали самостоятельно, а помогали другим.
На этот раз они приехали в Государство Души Лука главным образом из-за вируса разрушения. Они хорошо умели лечить растения, потому Ху Юань и отправил их помогать Ху Юйлуну.
Увы, они столкнулись с воздействием силы разрушения и ничем помочь не смогли. Но по положению в семье они стояли высоко, потому Ху Юйлун во всех делах советовался с ними.
Когда ученик вышел, Ху Чао тихо сказал Ху Юйлуну:
— Восьмой брат, это и вправду дело рук Хэцао? Как он это сделал, знаешь?
Ху Юйлун сверкнул на него глазами:
— Зови Сяо Хай. Запомни, впредь не оговорись. Конечно, это дело рук Сяо Хая. Иначе откуда бы он знал, что Лэн Фэнсюэ сойдёт с ума в течение часа? А как он это сделал — не знаю. Какая у Сяо Хая теперь сила, вы, думаю, знаете. Его средства вам не представить. Ладно, не будем об этом. Через несколько дней мы отправимся с Сяо Хаем в зону, затронутую силой разрушения. Подумайте, что нужно взять с собой. И ещё: в ближайшие дни сходим на север города, возьмём еды и вещей, посмотрим, что там можно использовать, а что нет. Поняли?
Оба кивнули, откликнулись и вышли.
Ху Юйлун, увидев, что они ушли, глубоко выдохнул. Затем взглянул на комнату Чжао Хая и слегка улыбнулся:
— Хорош малый, вот так и отомстил за меня. Сошёл с ума? Испражняется? Ха-ха-ха, Лэн Фэнсюэ, посмотрим, как ты теперь будешь мне дерзить.
.....
В последующие дни Чжао Хай под предлогом затворничества проводил в своём пространстве испытания с семенами растений, пытаясь найти те, что лучше всего растут в силе разрушения.
Но это был очень долгий процесс, не на день-два.
Заставить семя прорасти в силе разрушения непросто. Ведь сила разрушения уничтожает всякую жизнь, а росток — начало жизни всего сущего. Эти две силы прямо противоположны. Потому заставить семя прорасти в силе разрушения — задача не из лёгких.
А Чжао Хай считал, что такие семена есть, потому что помнил историю огромной ящерицы. Ящерица ещё в яйце оказалась в Пустыне Разрушения и там же вылупилась. Значит, в силе разрушения жизнь возможна. Просто эта жизнь должна быть очень сильной, иначе в силе разрушения не выжить.
После множества испытаний Чжао Хай обнаружил, что среди всех семян лишь несколько видов способны прорасти в силе разрушения.
Первый — семена цзинцао. Эти семена обладают очень сильной жизненной силой и в малых дозах силы разрушения сохраняют свою жизнь. Стоит дать им достаточно природной энергии — и они пустят корни, прорастут и вырастут в траву.
Но эта трава уже не цзинцао. Потому что она постоянно впитывает силу разрушения, но не впитывает природную энергию и не выделяет очищенную природную энергию, как цзинцао. Она впитывает силу разрушения и формирует семена. А в этих семенах нет никакой жизни. Наоборот, это маленькие кристаллы силы разрушения.
Если собрать эти кристаллы вместе и выпустить их, получится атака силой разрушения. Но эта атака очень слаба. Однако если с помощью формации собрать множество таких семян и выпустить всю силу разрушения разом, удар будет совсем немаленьким.
Впрочем, честно говоря, Чжао Хай такую атаку не ценил. Ведь десять тысяч таких семян в магическом круге дают удар, равный полному удару мастера уровня сгущения формы. Хотя атака состоит из силы разрушения и потому сильна, против мастера она бесполезна. Мастер уровня сгущения формы половинной формы одним ударом рассеет эту силу разрушения. А рассеянная сила разрушения больше ничего не заразит — она просто исчезнет.
Кроме того, у этих семян цзинцао есть ещё один недостаток, из-за которого Чжао Хай их не ценил: они хоть и впитывают часть силы разрушения, но улучшают почву очень слабо. То есть семена цзинцао могут расти на земле, заражённой силой разрушения, но когда они впитают всю силу разрушения, другие растения на этой земле всё равно не вырастут. Чтобы земля, заражённая силой разрушения, снова стала пригодной, без других средств, при естественном очищении, понадобится около десяти лет. А десять лет — это немало. Потому Чжао Хай семенами цзинцао не удовлетворился.
Разумеется, Чжао Хай имеет в виду мутировавшие семена, а не обычные. Обычные семена цзинцао не прорастут на земле, заражённой силой разрушения.
Кроме семян цзинцао есть ещё споры некоторых грибов. Эти споры тоже мутировавшие. Они могут расти на земле, заражённой силой разрушения. Но какие бы грибы ни выросли, все они ядовиты, и яд их несёт силу разрушения. Съешь — и жизнь оборвётся мгновенно. Этот яд зависит от количества: максимум может убить мастера уровня сгущения формы третьей ступени, то есть половинной формы. На мастеров уровня танца в пустоте он, скорее всего, не подействует.
У этих спор та же проблема, что у семян цзинцао: почву они улучшают плохо. Но по сравнению с цзинцао всё же лучше. Земля, очищенная семенами цзинцао, будет пригодна через десять лет; земля, очищенная спорами, — примерно через пять. Время сокращается вдвое.
А третий вид семян, к удивлению Чжао Хая, оказался семенами плодового дерева. И это не какое-то редкое дерево, а обычная хурма.
Хурма тоже может расти на земле, заражённой силой разрушения. Но у неё есть особенность: она впитывает силу разрушения, но через три года роста погибает. И за это время она не даёт плодов, а листья у неё чёрные. И листья ядовиты. Этот яд опасен не только при употреблении в пищу — даже прикосновение к нему отравляет. Потому через три года хурму необходимо полностью уничтожить. Уничтожить — значит сжечь всё дерево целиком. И ещё: когда хурма сбрасывает листья, их нужно собирать, нельзя давать им гнить на земле. Иначе яд в почве станет глубже и его будет труднее вывести. Но почву хурма улучшает хорошо. После гибели хурмы, если сила разрушения тоже исчезнет, земля сразу станет пригодной для обработки.
(Конец главы)