Вернувшись из императорского дворца в гостевой дом, Чжао Хай сразу прошёл в свою комнату.
Сегодня выпил он немало. Сановники государства Лун выстраивались в очередь, чтобы поднять за него чарку, и отказаться было неловко. Так, чарка за чаркой, он и выпил много. Не будь у него такой силы и такого необычайно крепкого тела, его наверняка бы свалили с ног.
Вернувшись в комнату, Чжао Хай сел и невольно рассмеялся.
Сегодняшнее дело показалось ему почти что шуткой. Прежние пожалования императора были явной проверкой. Император знал его силу и, прими Чжао Хай такие дары, как право открывать управу и содержать войско, с этого дня лишился бы сна и покоя. Но и не наградить было нельзя: если бы об этом узнали, как сохранить лицо? Потому и придумали посох: даровать ему княжеское положение, которое можно передать по наследству. Но в глазах Чжао Хая это всё равно было шуткой. Не говоря уже о том, что передать посох потомкам он не мог, — даже отдай он его семье Ху, что с того? Континент Души Оружия слишком далеко от континента Иномирцев, обычный мастер уровня танца в пустоте туда не доберётся, а скорее всего погибнет в море. Посох лишь утонет в волнах на корм рыбам. Семья Ху, получив посох, не извлекла бы из него ни выгоды, ни запасного пути на континенте Иномирцев. Потому посох для Чжао Хая был бесполезен до крайности.
Сразился, спас государство Лун от гибели — и получил всего лишь посох.
Ха-ха.
От одной этой мысли Чжао Хаю хотелось смеяться.
Впрочем, он и вправду не придал этому значения. Власть и положение в государстве Лун были ему совершенно бесполезны. Пусть будет просто посох.
Выпив чайник чаю, Чжао Хай крепко заснул. Проснулся он, когда луна уже стояла высоко в небе. Так весь день и прошёл во сне.
Взглянув на лунный свет за окном, Чжао Хай выпил немного воды и, мгновенно сосредоточившись, вошёл в пространство.
Ныне главной его опорой было именно это пространство. Чжао Хай верил, что даже когда он покинет Мир Душ, пространство сослужит ему великую службу.
В пространстве он пробыл до утра. Чжао Хай вышел рано, умылся, позавтракал в столовой гостевого дома. Затем не стал выходить со двора и вернулся в комнату.
Ему не то чтобы не хотелось выйти — он боялся хлопот. О вчерашнем пожаловании наверняка уже разнеслось по всему государству. Появись он сейчас на улице — и все в Паньлуне станут на него глазеть. Чжао Хай не боялся чужих взглядов, но это чувство всё равно было неприятным.
Несколько дней Чжао Хай оставался в гостевом доме и всё расспрашивал тамошних людей о том, что происходит снаружи. Ему сказали, что весть о его княжеском титуле уже разошлась и что княжескую резиденцию скоро подготовят, так что больше не придётся жить в гостевом доме.
Услышав это, Чжао Хай опешил. Он и не думал, что император и вправду готовит ему княжескую резиденцию.
На седьмой день после возвращения из дворца тот самый старый евнух снова пришёл в гостевой дом.
Он принёс Чжао Хаю две вещи.
Первая — посох. Посох был необычный: похожий на свернувшегося дракона, весь золотой, с головой дракона вместо рукояти, а в пасти дракона — жемчужина. Работа тонкая.
Вторая — ключ от княжеской резиденции. Собственно, резиденции ключ был вовсе не нужен, но император всё же его приготовил. Чжао Хай не стал церемониться, взял ключ, вернулся в комнату, собрал вещи и вместе со старым евнухом отправился в резиденцию.
Резиденция и вправду оказалась хороша. Занимала больше двадцати му, внутри — несколько дворов, а ещё сад, искусственное озеро, каменные горки, причудливые камни. Всё было устроено мастером так, что почти на каждом шагу открывался новый вид.
В резиденции уже были слуги и служанки. Тот самый старый евнух стал главным управляющим новой резиденции и с этого дня должен был вести дела Чжао Хая.
Чжао Хай не стал возражать. Помогает ли старый евнух управлять резиденцией или же следит за ним — неважно. Чжао Хай не придал этому значения. Всё равно он здесь долго не задержится.
Чжао Хай бродил по резиденции. Странное поведение государства Лун в последнее время было ему в общих чертах понятно. Похоже, стоящий за государством Лун мастер уровня разрыва реки велел им так поступать. Иначе император не осмелился бы на такое.
Впрочем, всё это не имело значения. Рано или поздно он покинет государство Лун и континент Иномирцев. Сейчас он не уходил лишь потому, что хотел собрать побольше здешних растений, а затем отправиться в путь. Всё остальное на континенте Иномирцев его и вправду не привлекало.
Старый евнух всё время шёл рядом, показывая Чжао Хаю резиденцию. Когда Чжао Хай обошёл её всю, он обернулся к старому евнуху:
— Гунгун, если однажды я уйду, что станет с этой резиденцией?
Старый евнух тут же ответил:
— Не извольте так меня называть, ваше высочество. Старого слугу зовут Лайси. Если однажды вы, ваше высочество, точно решите уйти, резиденцию вернут. Но если вы вернётесь или ваши потомки прибудут на континент Иномирцев, государство Лун подготовит для вас новую резиденцию. Прошу, не тревожьтесь.
Чжао Хай кивнул:
— Хорошо, раз вернут — и ладно. Я не тревожусь, просто не хочу, чтобы после моего ухода резиденция пустовала и пропадала зря.
Старый евнух промолчал.
Чжао Хай обвёл взглядом окрестности и негромко произнёс:
— Лайси, боюсь, я не смогу долго оставаться в резиденции. Мастер растений принадлежит внешнему миру. Больше всего нам место в лесу. Через несколько дней я уйду странствовать по континенту. Когда вернусь из странствий, вероятно, придёт время уходить.
Лайси отозвался и больше ничего не сказал.
Чжао Хай вздохнул, вместе с Лайси пошёл в столовую, перекусил, а затем отправился в кабинет резиденции. В кабинете было приготовлено немало книг. Император, прослышав, что Чжао Хай любит читать, велел собрать для него целую груду — кабинет был заставлен. Это Чжао Хая очень обрадовало. День он и провёл в кабинете.
В последующие дни Чжао Хай всё читал. Уходить из государства Лун он не спешил, прекрасно понимая: сейчас Лун ещё восстанавливается после войны, и в государстве И положение схожее. Уйди он сейчас из государства Лун и войди в государство И — это могли бы счесть недоразумением.
Впрочем, теперь в государстве Лун его и вправду ничто не привлекало. Всё, что здесь было, он уже имел. Оставались лишь книги, и больше в государстве Лун его ничто не занимало.
Чжао Хай перебрался в резиденцию уже десять дней назад.
В этот день он, как обычно, встал утром, умылся, вышел из комнаты и прогуливался по саду резиденции. И вдруг услышал торопливые шаги. Шаги были быстрые. Чжао Хай опешил: он уже узнал, что это шаги Лайси. Обычно Лайси ходил по резиденции ровно и легко, никогда не спеша. Что же случилось сегодня? Почему он бежит с самого утра?
Чжао Хай остановился и стал спокойно ждать Лайси.
Вскоре Лайси добрался до сада, увидел Чжао Хая и быстро подошёл:
— Ваше высочество, у императора дело, он призывает вас во дворец.
Чжао Хай опешил, затем нахмурился:
— Император сказал, в чём дело?
Лайси покачал головой:
— Не сказал. Но по посланцу видно, что император очень спешит.
Чжао Хай кивнул:
— Хорошо, сейчас иду. Пойдём.
Он повёл Лайси к переднему двору. Там Чжао Хай увидел маленького евнуха. Тот выглядел совсем юным, лет десяти с небольшим, беленький и опрятный, приятный на вид.
Чжао Хай и Лайси подошли к маленькому евнуху. Тот тут же опустился на колени:
— Слуга приветствует ваше высочество.
Чжао Хай махнул рукой:
— Встань. Знаешь, зачем император меня призывает?
Маленький евнух тут же ответил:
— Отвечу, ваше высочество: слуга не знает.
Чжао Хай кивнул, больше не стал спрашивать и обернулся к Лайси:
— Лайси, готовь карету, я сейчас во дворец.
Лайси негромко произнёс:
— Карета уже готова, стоит у ворот резиденции.
Чжао Хай кивнул, ничего больше не сказал и вместе с маленьким евнухом направился к воротам.
Выйдя за ворота, он действительно увидел карету. Чжао Хай сразу сел в неё. Возница взмахнул кнутом, и карета покатила в сторону императорского дворца. Вскоре они добрались до дворца. Чжао Хай в сопровождении маленького евнуха направился в кабинет императора.
Едва он подошёл к кабинету, как император сразу прислал за ним. Чжао Хай вошёл и уже собирался поклониться, но император махнул рукой:
— Господин, не стоит церемоний. Сегодня я позвал вас, потому что хочу просить об одной услуге. И в этом деле без вас не обойтись.
Чжао Хай опешил, затем с недоумением взглянул на императора:
— Ваше Величество, говорите прямо, какое дело требует непременно моего участия?
Будь на его месте обычный князь государства Лун, он не посмел бы так говорить с императором. Но Чжао Хай был особым случаем. Честно говоря, если бы не нежелание наживать хлопоты, он и вовсе не стал бы обращать внимания на такого правителя, как император государства Лун.
Император не рассердился на неучтивость Чжао Хая и заговорил:
— На прибрежной горе Драконьего Бога вдруг появилось множество растений. По донесениям, они чем-то похожи на вашу растительную армию. Но они питаются другими растениями и весьма агрессивны. Они нападают и на людей, и на животных!
(Конец главы)