Глава рода Чжэ, Чжэ Юйцзяо, обвёл взглядом собравшихся в зале и неспешно заговорил:
— Я уже говорил прежде, что нам не следует сотрудничать с Чжао Хаем. Ради чего? Ради выгоды.
Он сделал паузу, и взгляд его скользнул по лицам:
— Господа, вы и сами должны понимать: Чжао Хай и его люди только что одолели Святую академию, и сейчас они на подъёме. К тому же они сами — союз нескольких городов-государств. Даже если мы присоединимся, мы станем всего лишь рядовыми членами союза, да ещё и вступившими позже всех. В таких обстоятельствах нам тем более не попасть в их внутренний круг. Какую выгоду мы сможем извлечь?
Услышав это, все принялись кивать.
За последнее время они успели кое-что разузнать об этом союзе против Святой академии. Знали его природу: отношения там почти равные. Вступив, они не получили бы положения выше других. А главное — они вступили бы позже всех. В таких обстоятельствах выгоды, пожалуй, не сыскать.
Чжэ Юйцзяо обвёл всех взглядом, подмечая выражение каждого лица.
На самом деле он говорил всё это лишь для того, чтобы никто не вступил в союз против Святой академии. Ведь у него с Чжао Хаем были счёты, и он давно жаждал мести — с какой стати ему заключать с ним союз? Все его слова были лишь отговорками. И отговорки эти он заготовил заранее. Даже не потерпи Святая академия поражения, он всё равно использовал бы их, чтобы отговорить всех от союза с Академией.
Теперь, судя по всему, его доводы имели успех. Но он собирался подбросить ещё хворосту в огонь.
Потому Чжэ Юйцзяо продолжил:
— Теперь о Святой академии. На этот раз она потерпела от Чжао Хая тяжёлое поражение, но её корни не подорваны. У неё ещё есть силы для борьбы. К тому же под её рукой по-прежнему немало городов-государств. Потерпев поражение, она, вероятно, усилит контроль над ними. Так что война между ней и союзом против Святой академии, можно сказать, только начинается.
Тут Чжэ Юйцзяо умолк. Затем продолжил:
— На этот раз Святая академия проиграла в том числе потому, что в её действиях не участвовали наземные войска. Были бы наземные войска — и поражение потерпели бы Чжао Хай и его люди. Ведь мастеров у Академии больше. С наземными силами она могла бы в полной мере использовать это преимущество, а наземные войска сковали бы наземные силы Чжао Хая. И тогда Академия непременно победила бы.
Он помолчал и добавил:
— Думаю, всем известно, почему в этот раз победил Чжао Хай: он опирался на наземные войска, всё время держал оборону, тянул время — так и одолел Святую академию. Полагаю, теперь и Академия осознала эту свою слабость.
Главы родов кивнули.
О великой битве между Святой академией и Чжао Хаем они кое-что знали. Знали, что поначалу Чжао Хай держался оборонительно и лишь благодаря поддержке наземных войск избежал гибели и сдержал натиск Академии. А потом, едва Академия разделила силы, он тотчас собрал превосходящие войска и разбил её отряды поодиночке, и в конце концов Святая академия испила горькую чашу поражения.
Можно сказать, что Святая академия проиграла именно потому, что не имела поддержки наземных войск. Были бы наземные силы — и Академия не потерпела бы поражения.
Видя, что все кивают, Чжэ Юйцзяо продолжил:
— Святая академия понесла урон и поняла важность наземных войск. Она непременно увеличит их численность. Но у самой Академии наземных войск нет. Что же делать? Есть лишь один путь — взять под контроль города-государства, которые она может контролировать, и набрать там войска для войны с союзом против Святой академии. Так что сейчас она как никогда нуждается в наземных силах и в поддержке.
Он усилил голос:
— Если в такой момент мы перейдём к Святой академии, она непременно отнесётся к нам благосклонно. Ведь Ялунское государство — крупнейшее во всём Мире Духовного Оружия. Наш переход к Святой академии послужит примером для других городов-государств. Академия это непременно оценит. Потому она будет благодарна нам за вступление. И мы сможем выторговать себе больше выгоды — например, если в будущем мы будем воевать с союзом против Святой академии, то отвоёванные земли сможем взять себе побольше.
Услышав это, главы родов невольно вздрогнули. Затем все погрузились в раздумья. Они взвешивали выгоды и потери, прикидывая, есть ли в словах Чжэ Юйцзяо смысл.
В конце концов они прикинули и решили, что в его словах смысл есть. Потому невольно кивнули.
А Чжэ Юйцзяо, увидев это, мысленно вздохнул с облегчением.
На самом деле он и впрямь боялся, что те не согласятся с его доводами. Доводы его хоть и звучали убедительно, но не всё в них было правдой. Самое важное — отношение Святой академии.
Святая академия не из тех, кто творит добро.
Чжэ Юйцзяо расписывал красиво: мол, вступив к Святой академии, они могут получить важные посты. Но это лишь «могут». Прежде Академия взимала налоги с городов-государств. Теперь, когда есть союз против Святой академии, они, разумеется, не станут платить Академии налоги. А вступив к ней, они не смогут не платить — иначе Академии придётся жить на старые запасы. На это она не пойдёт.
Просто сейчас главы родов были ослеплены словами Чжэ Юйцзяо о том, что «отвоёванные земли достанутся им», и не подумали об этом.
На самом деле всё, что говорил Чжэ Юйцзяо, было лишь уговорами.
Подумать только — если Святая академия и впрямь возьмёт под контроль города-государства для войны с союзом, это будет борьба за власть над Поднебесной. Стала бы она отдавать отвоёванные земли? Даже если бы согласилась, это был бы лишь манёвр для отвода глаз. Разбив союз против Святой академии, она тотчас повернула бы против них. И тогда им пришлось бы ещё хуже.
Но об этом Чжэ Юйцзяо не стал говорить. А остальные главы родов пока не додумались. Сейчас их полностью пленило условие «отвоёванные земли достанутся нам».
Видя, что момент настал, Чжэ Юйцзяо продолжил:
— Именно поэтому я и хочу вступить к Святой академии. Господа, я говорю это вовсе не потому, что у рода Чжэ счёты с Чжао Хаем, а исключительно ради общей выгоды.
Все кивнули.
Тут один из глав родов произнёс:
— Старина Чжэ, с этим я согласен. Но как же род Лун? Не забывай, владыкой Ялунского государства всё ещё остаётся род Лун.
Чжэ Юйцзяо улыбнулся:
— Это легко. Кто во всём Мире Духовного Оружия не знает, что Ялунское государство контролируем мы? Что такое род Лун? Род, чьи указы не выходят за стены Резиденции правителя, — с какой стати нам о нём беспокоиться?
Он помолчал и продолжил:
— Я знаю, что вы имеете в виду — не хотите оставлять номинального владыку, который бы вами управлял. Но лучше не горячиться. Во-первых, у рода Лун всё ещё есть Прародитель уровня разрыва реки. Если мы выступим против рода Лун, все понесут потери. Во-вторых, именно благодаря роду Лун существует Ялунское государство. Скажу прямо, господа: не будь этого номинального владыки, кто бы им стал?
Он обвёл всех взглядом:
— Кто бы из присутствующих ни занял место владыки, остальные, боюсь, не смирятся. Потому владыка должен быть. Если мы уничтожим род Лун, наш союз, боюсь, тоже придёт к концу. Не ставить же нам нового владыку? А кого? Неужели человека, присланного Святой академией? Если владыкой станет ставленник Академии, позволит ли он нам управлять Ялуном? Потому владыка должен быть.
Услышав это, все тихо рассмеялись.
Чжэ Юйцзяо был прав. Не будь номинального владыки из рода Лун, они давно перегрызлись бы, и Ялунское государство распалось бы на бесчисленные мелкие города-государства. Даже будь они глупцами, им следовало бы понимать: союз нескольких малых городов куда менее весом, чем одно большое государство. Потому против слов Чжэ Юйцзяо они не возражали.
Чжэ Юйцзяо обвёл всех взглядом и серьёзно произнёс:
— Господа, только объединившись и сохранив этого номинального владыку, мы сможем выторговать у Святой академии больше власти. Если же мы разделимся, нам конец. Сейчас ни Святая академия, ни союз против Святой академии не по силам нам в одиночку. Потому нужно держаться вместе.
Все кивнули.
Чжэ Юйцзяо продолжил:
— Если все согласны вступить к Святой академии, нужно обсудить, как действовать дальше. Какие будут мысли?
Все на миг умолкли.
Затем один из родов произнёс:
— Полагаю, мы можем, как и союз против Святой академии, послать людей выразить Святой академии своё расположение и посмотреть, как она отреагирует. Если Академия и впрямь захочет нас принять и согласится на наши условия — вступим к ней. Если не согласится — сможем присоединиться к союзу против Святой академии. В союзе выгоды, может, и немного, зато мы сохраним относительную самостоятельность. Потому не будем спешить с решением, а сначала свяжемся с обеими сторонами. Как считаете?
Все кивнули.
Сейчас они были редким товаром, который можно было продать подороже. Потому спешить со вступлением к Святой академии не стоило.
Чжэ Юйцзяо, глядя на их лица, мысленно разочаровался.
Он ни за что не стал бы сотрудничать с Чжао Хаем. Но сейчас никто не торопился вступать к Святой академии, и ему нечего было возразить. Скажи он что-то ещё — и пойдёт против всех. Этого он не хотел. Потому пришлось согласиться.
Главы родов ещё посовещались и в конце концов решили послать людей на контакт со Святой академией — узнать, примет ли она их условия. Если примет, они впредь будут вместе с Академией воевать против союза против Святой академии.
Но они не знали, что все их действия известны роду Лун.
Род Лун все эти годы отнюдь не бездействовал.
Прежде род Лун был силён. Но силён он был силой внешней, то есть «твёрдой». Мощь рода Лун, боеспособность его армии, множество мастеров — всё это была «твёрдая» сила, которую можно выставить напоказ. А «мягкой» силе, силе скрытой, род Лун не придавал значения.
Внимай род Лун тогда «мягкой» силе, его глава не погиб бы.
Но теперь всё иначе.
Теперь род Лун был совсем другим. Все эти годы он развивался втайне и особенно заботился о скрытности. Потому и скрытая его сила стала весьма могучей. А в неё входили лазутчики, убийцы и тому подобное. А крупные семьи, контролируя Ялунское государство, зазнались и о такой защите почти не заботились — чем род Лун и воспользовался. Теперь в каждой крупной семье были лазутчики рода Лун. О любом дуновении ветра род Лун узнавал тотчас.
А как мог род Лун не знать о собрании глав родов? Правда, поскольку обсуждали они дело важное, точное содержание осталось роду Лун неизвестно.
Лун Тяньлинь, получив это известие, нахмурился. Он повернулся к старику:
— Дедушка, как думаешь, о чём эти типы могут совещаться, собравшись вместе? Не вступят ли они в союз против Святой академии? Если вступят, для нас это очень плохо. Наш вес в союзе сильно упадёт.
Старик серьёзно произнёс:
— Молодой хозяин, не спеши. Если бы люди из союза семей и впрямь хотели вступить в союз против Святой академии, они не стали бы собираться для совета — тотчас встретились бы с посланцем Чжао Хая. Потому думаю, дело не так просто. Давай пока понаблюдаем. Может, будет неожиданная пожива.
Лун Тяньлинь опешил от этих слов. Затем серьёзно произнёс:
— Дедушка, ты хочешь сказать — люди из союза семей могут связаться со Святой академией? Неужели?
Старик слегка улыбнулся:
— Поглядим. Если они не свяжутся со Святой академией, тогда мы придумаем, как рассорить союз семей с союзом против Святой академии. Молодой хозяин, думаю, для начала мы можем отравить посланца союза против Святой академии — медленным ядом, чтобы он не заметил. Если союз семей и впрямь сговорится со Святой академией, то, как только посланец умрёт, мы сообщим союзу против Святой академии о сговоре. И тот тотчас начнёт действовать против союза семей. Если же союз семей не свяжется со Святой академией, значит, они хотят вступить в союз против Святой академии. Тогда, убив посланца, мы посеем у союза против Святой академии подозрения против союза семей. Им не объединиться. В любом случае для нас выгодно.
У Лун Тяньлиня загорелись глаза. Он кивнул:
— Дедушка прав. Хорошо, сейчас же пошлём людей заняться этим. Посланец ни в коем случае не должен остаться в живых. Кстати, дедушка, а как быть с Юй Мо?
Старик серьёзно произнёс:
— Юй Мо трогать нельзя. С Юй Мо всё иначе — это фигура, которую Чжао Хай расставил в Ялунском государстве. Если Юй Мо погибнет, Чжао Хай тотчас покажет зубы. Потому Юй Мо трогать нельзя. К тому же неизвестно, сколько у Чжао Хая в Ялуне тайных нитей и сколько людей связано с Юй Мо. Осмелься мы тронуть Юй Мо — и Чжао Хай с нами церемониться не станет.
Лун Тяньлинь кивнул:
— Хорошо, Юй Мо не трогаем. Малая уступка — большой замысел. Юй Мо не трогаем!
(Конец главы)