Какое-то время все молчали.
Их взгляды были прикованы к огромной карте за спиной Чжао Хая, а затем медленно скользнули по тем линиям, что он только что прочертил. В этот миг они наконец осознали главное отличие Чжао Хая от Нянь Ицзю — Чжао Хай действительно понимал военное дело.
Это было видно уже по одному тому, что происходило сейчас. Когда Нянь Ицзю командовал на передовой, они ни разу не видели, чтобы тот склонялся над картой, передвигая войска и указывая на горы и реки. А Чжао Хай — иной. Едва появившись, он развернул карту и в двух словах точно указал пути подвоза продовольствия у врага. Такое мастерство было решительно не по плечу Нянь Ицзю.
Чжао Хай обвёл всех взглядом и низким голосом произнёс:
— Перережем их продовольствие — и даже если в лагере у них ещё немало запасов, они непременно занервничают. Скрыть такое от армии в несколько сотен тысяч невозможно. И тогда простые солдаты начнут тревожиться; а когда тревога достигнет предела, родится смута. А как только начнётся смута — им действительно конец.
Тут Чжао Хай остановился и обвёл всех взглядом:
— Но сейчас есть и другая проблема — как перерезать вражеский продовольственный путь? И ещё: нужно убедиться, что это именно те пути, о которых я говорю. Если нет — что тогда?
Все кивнули. Они и сами тревожились об этом, даже опасались, не пустословит ли Чжао Хай. Но теперь видели, что дело обстоит совсем иначе. Чжао Хай давно подготовился. Всё, о чём они могли подумать, он тоже продумал.
Чжао Хай низким голосом произнёс:
— Разведка бывает разной. На сей раз я намерен послать нескольких мастеров уровня танца в пустоте, чтобы выяснить, там ли проходят вражеские продовольственные пути. Если там — нам повезло; если нет — мы тотчас составим новый план.
Все кивнули. Этот план Чжао Хая был самым надёжным, можно сказать, самым безопасным, и причин возражать не было.
Чжао Хай продолжил:
— На сей раз, отправляя мастеров уровня танца в пустоте в разведку, запомните одно: всем вам запрещено летать по небу. Все, как один, бегом, на своих двоих, по земле. Всем запрещено носить воинское одеяние — оденьтесь в рваньё. Увидите кого — тотчас прячьтесь. Я дам вам магический круг, который скроет колебания вашей энергии, чтобы враг принял вас за обычных людей. Пока можно не раскрывать себя — ни в коем случае не раскрывайте. Мне нужны сведения. Даже если ты убьёшь сто врагов, но не принесёшь нужных мне сведений — ты не выполнил никакой задачи. Даже если тебя изобьют, как собаку, но ты не раскроешь себя и принесёшь нужные сведения — ты выполнил задачу.
Услышав это, люди из городов-государств опешили, а затем внутренне напряглись, поняв, что Чжао Хай говорит это для них. То есть на сей раз Чжао Хай пошлёт в разведку мастеров уровня танца в пустоте из всех городов-государств, а не только своих. Этими словами он их предупреждал.
Чжао Хай посмотрел на всех и произнёс:
— В помощь разведке мы и здесь должны кое-что сделать. А именно — беспокоить врага. Но не только беспокоить. Видите? Это вражеский лагерь. Сейчас они очень устали. Если мы будем тревожить их по ночам, они не смогут как следует отдыхать, а днём — наступать. Конечно, я знаю, они отборные. Но мы и не наступаем — достаточно поднять крики, будто идём в атаку, и им уже несладко. Разумеется, они быстро оправятся, но мы всё равно не дадим им наступать спокойно. Когда будем кричать по ночам, одновременно выведем войска — вот здесь, здесь и здесь — и выроем рвы и ловчие ямы для конницы. Нужно по возможности испортить всю землю, чтобы враг, даже захотев на нас напасть, шёл с осторожностью и не мог предпринять полноценную атаку.
Говоря это, Чжао Хай то и дело указывал на карте. Глядя на указанные им места, командующие понимали его замысел: по возможности испортить землю. Тогда врагу, идти ли в атаку или штурмовать город, придётся осторожно, иначе переломает ноги. А если добавить рвы — и вовсе прекрасно.
Стоит испортить землю — и враг не сможет продвигаться; а с учётом усталости солдат наступление Святой академии, пожалуй, и вовсе прекратится. А поскольку мы поднимем здесь такой шум, всё внимание Святой академии будет приковано сюда. И тогда нашим разведчикам будет куда безопаснее.
Все смотрели на Чжао Хая уже другими глазами. Они не глупцы. Наоборот, на сей раз собрались опытные военачальники, хорошо понимающие войну. Стоит предложить план — и они примерно понимают, осуществим ли он. А план Чжао Хая, как они обнаружили, — вполне осуществим.
Но это было ещё не всё.
Чжао Хай обвёл всех взглядом и низким голосом произнёс:
— Однако одних слов мало. Нужно провести моделирование. Люди, внесите.
За дверью тотчас отозвались. Несколько солдат внесли большой стол, и все с недоумением уставились на него. Но вскоре их внимание привлекло то, что было на столе.
На столе был песочный стол.
В Мире Духовного Оружия Чжао Хай никогда не встречал песочных столов. Он, разумеется, не стал церемониться и велел изготовить песочный стол, да ещё специально пригласил знатоков Ялунского государства, сведущих в здешних землях, чтобы проверить — и убедиться, что ошибок нет. Лишь после этого он вынес его сегодня.
Поставив песочный стол посреди зала, Чжао Хай махнул рукой:
— Подходите все, проведём моделирование.
Услышав это, все тотчас собрались вокруг. Теперь песочный стол вызывал у них любопытство.
Когда они разглядели его, то изумились. Они и представить не могли, что бывает такое: горы — как горы, воды — как воды, всё вокруг как на ладони. Это было поистине оружие войны.
Все смотрели на песочный стол, и у всех загорелись глаза. Чжао Хай взглянул на них:
— А теперь представьте, что вы — люди Святой академии, а я — по-прежнему союзное войско. Действуем по прежнему плану, а вы попробуйте помешать мне и одновременно атаковать нашу линию обороны. Начинайте.
Услышав это, все опешили. Прежде им не приходилось делать ничего подобного. Теперь они действительно не знали, с чего начать.
Опытнее всех оказался Шичуй. Он низким голосом произнёс:
— Будь я человеком Святой академии, я бы, как и говорит молодой хозяин, сначала через телепортационные формации доставил продовольствие в эти города, а оттуда отправил в лагерь. Но при перевозке я непременно послал бы мастеров охранять продовольственный путь. Важность продовольственного пути всем ясна. Потому даже если мы определим, что это те самые дороги, перерезать их будет трудно.
Говоря это, Шичуй провёл рукой по нескольким дорогам на песочном столе. Услышав это, все опешили. Они не ожидали, что Шичуй так не пощадит самолюбие Чжао Хая и сразу задаст ему трудную задачу. Но ведь и правда — как сказал Чжао Хай, они понимают важность продовольственного пути, и Святая академия тоже. Как она могла не послать охрану? А если пошлёт — осуществим ли план Чжао Хая?
Все взгляды обратились к Чжао Хаю. Они хотели услышать, как он ответит.
Чжао Хай взглянул на песочный стол:
— Это нетрудно. Противник пошлёт охрану, но не слишком многочисленную — большую часть мастеров ему придётся держать в лагере. Если в лагере окажется слишком мало мастеров, а мы пошлём своих на штурм лагеря — им несдобровать. Потому, полагаю, они будут посылать с обозом лишь нескольких мастеров уровня танца в пустоте. Для нас это не проблема. Мы тоже не можем послать целую армию на их продовольственный путь — если двинем крупные силы, враг узнает и примет меры. Потому и мы пошлём лишь малые отряды — отряды из мастеров уровня танца в пустоте.
Все подумали и кивнули. Верно. Сейчас их армии сосредоточены в городах, и если двинуть крупные силы на продовольственный путь Святой академии, враг непременно узнает. И тогда подготовится — а это беда. Потому такое дело можно поручить лишь отборным отрядам.
Чжао Хай обвёл всех взглядом и низким голосом произнёс:
— К тому же мы можем установить вдоль этих продовольственных путей несколько координат и использовать карманные телепортационные формации, чтобы в любой момент туда перемещаться. Так мы словно перережем все их продовольственные пути.
Все нахмурились. Один командующий низким голосом произнёс:
— Но, глава союза, разве у нас столько карманных телепортационных формаций? И у Святой академии они есть. Если они тоже через них быстро перебросят подкрепление — что тогда?
Чжао Хай низким голосом произнёс:
— Карманные телепортационные формации у нас есть. А что до подкрепления врага… этого я не особенно опасаюсь. Не забывайте, у нас есть барьерные формации. Я могу изготовить партию малых барьерных формаций, чтобы штурмовые отряды носили их с собой. Тогда враг не сможет перебросить подкрепление через карманные формации.
Все кивнули. Один командующий низким голосом произнёс:
— Но даже так, если враг отступит, мы ничего не сможем с ним сделать. Святая академия — не то что прежние. Если она велит кому-то прикрывать отход, никто не посмеет ослушаться. Тогда результаты наши будут невелики.
Чжао Хай нахмурился, затем кивнул:
— Верно. К тому же в стане врага непременно есть мастера уровня танца в пустоте и уровня разрыва реки. С ними нам будет трудно что-либо сделать с их армией. Хм, а что это за место?
Чжао Хай указал на точку на карте.
Он указал на неё потому, что место было особенным. На карте была обозначена водная гладь, но находилась она на горе — словно вся вершина горы была водой.
Стоявший рядом командующий из Ялунского государства произнёс:
— Глава союза, это Шэнлунское озеро, на вершине горы Шэнлун. Огромная водная гладь, площадь очень большая, воды в избытке.
(Конец главы)