В кабинете Чжао Хай сидел за столом, не сводя взгляда с человека напротив.
На вид тому было не больше тридцати, он отлично сохранился, носил очень ладное одеяние, держался мягко, и, стоило ему сесть, как от него повеяло учтивостью и утончённостью.
Чжао Хай взглянул на него и слегка улыбнулся:
— Как ваша фамилия, господин? Какую должность вы занимаете в Пухэском государстве?
Тот сложил руки в приветствии:
— Владыка Чжао слишком любезны. Моя фамилия Чэнь, зовут Гохуа. Я всего лишь мелкий служащий при владыке Лу.
Чжао Хай, разумеется, не принял это за чистую монету. Чэнь Гохуа хоть и говорил скромно, но Чжао Хай уже догадался, кто он — скорее всего, один из вольных советников при Лу Цзиньяне. Иначе он не представлял бы владыку Лу. Судя по всему, положение у него немалое.
Чжао Хай улыбнулся:
— Господин Чэнь слишком любезны. Что привело вас на этот раз?
Чэнь Гохуа произнёс:
— Действительно, есть одно дело. Я хотел бы задать владыке Чжао один вопрос и надеюсь, что вы ответите честно.
Чжао Хай кивнул:
— Говорите, господин Чэнь.
Он уже примерно догадывался, о чём спросит Чэнь Гохуа. Весть о том, что Ли Тан и остальные посетили Государство Мимунь, вероятно, уже разнеслась. Лу Цзиньянь забеспокоился и послал своего доверенного человека разузнать.
И верно, Чэнь Гохуа взглянул на Чжао Хая:
— Владыка Чжао, недавно вас навещали несколько мастеров уровня разрыва реки? Они были из Святой академии?
Услышав это, Чжао Хай слегка улыбнулся:
— А, вот вы о чём. Действительно, приходили трое мастеров уровня разрыва реки, но они не из Святой академии, а из заповедных земель. Господин Чэнь, должно быть, знает, что наш старейшина Тянь Хэцао вошёл в заповедные земли и погиб там. Но даже так заповедные земли обязаны защищать Государство Мимунь десять лет. На этот раз старейшины приходили обсудить именно это. Они хотели, чтобы мы не враждовали с академией, иначе они не гарантируют безопасность Государства Мимунь.
Услышав это, Чэнь Гохуа изменился в лице. Он и не подозревал, что к Чжао Хаю приходили люди из заповедных земель. И они говорили такие вещи — явно в пользу Святой академии. Чэнь Гохуа невольно напрягся. Ведь заповедные земли в Мире Духовного Оружия — крайне таинственное место. Их таинственность превосходит даже Святую академию, и все города-государства их опасаются.
Заповедные земли отличаются от Святой академии. Академия хоть и вмешивалась в дела городов, но обычно через поддерживаемые ею силы, не действуя открыто. А заповедные земли просто присылают людей с уведомлением: ты должен войти в заповедные земли. Если откажешься, они пошлют войска. В Мире Духовного Оружия немало людей погибло от их рук. Потому города боятся заповедных земель даже больше, чем академии.
Можно сказать, что в определённой степени устрашающая сила заповедных земель превосходит академию. Чэнь Гохуа испугался, что Чжао Хай поддастся давлению и откажется от поддержки Пухэ. Тогда всё пропало.
Пухэское государство сейчас осмеливается противостоять академии только потому, что ему помогает Государство Мимунь. Особенно Государство Мимунь — оно первым открыто поддержало Пухэ. Если оно выйдет из игры, другие города, скорее всего, тоже отступятся. Больше никто не осмелится помогать Пухэ против академии.
При этой мысли Чэнь Гохуа поспешно взглянул на Чжао Хая и с тревогой произнёс:
— Как вы ответили? Вы ведь не отказались от нас?
Чжао Хай, глядя на него, слегка улыбнулся:
— Я сказал людям из заповедных земель, что они лишь защищают Государство Мимунь и не вправе вмешиваться в его внутренние дела. Сейчас мы противостоим Святой академии. Если они не хотят защищать — могут не защищать. Нам всё равно.
Услышав это, Чэнь Гохуа с облегчением выдохнул. Затем поклонился Чжао Хаю:
— Благодарю вас, владыка Чжао. То, что вы так ответили заповедным землям, для Пухэского государства — великая милость.
Чжао Хай покачал головой:
— Не стоит, господин Чэнь. Это дело Государство Мимунь берёт на себя. Ничьи слова ничего не изменят. Но, судя по вашим словам, неужели и другие города кто-то навещал?
Чэнь Гохуа кивнул с мрачным лицом:
— Мы недавно получили весть: люди из Святой академии навещали в других городах семьи, прежде близкие к академии. Даже в нашем Пухэском государстве академия тайно связывалась с такими семьями. Это, в общем, ожидаемо. Но нас удивило отношение тех городов к людям академии.
Чжао Хай взглянул на Чэнь Гохуа и произнёс:
— Расскажите подробнее. Активность академии в последнее время заметно возросла.
Чэнь Гохуа кивнул:
— Да. Академия не только связывалась с близкими к ней семьями в тех городах, но и с самими городами. И те города не выказали никакой неприязни к посланцам академии. Наоборот, к тому, что академия контактирует с её сторонниками, они относятся сквозь пальцы. Честно говоря, это нас сильно тревожит. Их встречи с посланцами академии можно понять — они ведь ещё не порвали с ней открыто. Но то, что они так же спокойно смотрят на контакты академии с её сторонниками, нас беспокоит. Говорят, некоторые города теперь даже перестали притеснять эти семьи.
Чжао Хай кивнул и взглянул на Чэнь Гохуа:
— Как вы думаете, чего они добиваются?
Под «они» Чжао Хай, конечно, подразумевал не академию, а другие города.
Чэнь Гохуа произнёс:
— Пока сказать трудно. Но по их отношению к людям академии видно, что они всё ещё опасаются академии. Возможно, они не слишком поддерживают нашу войну с академией.
Чжао Хай произнёс:
— Это несомненно. Может быть, они как раз и ждут, что академия так поступит. Академия на этот раз хочет разобраться с Пухэским государством и, чтобы Государство Мимунь не вмешалось, призвала даже старейшин заповедных земель. Уже по этому видно, что академия занервничала. В таком состоянии они готовы на всё. Они могут заставить близкие к ним семьи устроить беспорядки в других городах. А те города используют это как предлог, чтобы остаться в стороне. Так у академии будет меньше врагов, и она сможет всеми силами напасть на Пухэ. Возможно, и в Государстве Мимунь скоро начнутся внутренние распри.
Услышав это, Чэнь Гохуа сильно изменился в лице. Он взглянул на Чжао Хая:
— Владыка Чжао, вы действительно так думаете? Академия правда так поступит?
Чжао Хай произнёс:
— Скорее всего, да. Лучше заранее подготовиться. Кстати, если у вас в Пухэском государстве нет уверенности, что вы сможете подавить беспорядки, устроенные близкими к академии семьями, в кратчайшие сроки, то лучше ударить первыми и разобраться с этими семьями. Остальное — потом.
Чэнь Гохуа внезапно встал. Он тотчас поклонился Чжао Хаю:
— Благодарю за предупреждение, владыка Чжао. Я должен немедленно вернуться в Пухэское государство. И ещё: я пришёл сказать, что мы уже подготовили военный лагерь для вашего подкрепления. Это лагерь на десять тысяч человек, всё оборудовано, можно заселяться в любой момент.
Чжао Хай удовлетворённо кивнул:
— Хорошо, очень хорошо. Передайте владыке Лу, что наши люди прибудут в течение семи дней через телепортационную формацию, их возглавит Шичуй. Пусть у вас всё будет готово. О точном дне мы сообщим отдельно.
Чэнь Гохуа тотчас кивнул:
— Да, понял. Благодарю, владыка Чжао, я откланиваюсь.
Чжао Хай кивнул. Чэнь Гохуа повернулся и вышел из кабинета.
Когда он ушёл, Чжао Хай вернулся в гостиную. Вэнь Вэньхай и остальные всё ещё сидели там, пили чай и беседовали. Увидев Чжао Хая, они тотчас устремили на него взгляды — им хотелось знать, зачем приходил человек из Пухэского государства.
Чжао Хай обвёл их взглядом и произнёс:
— Святая академия связалась с другими городами союза против академии. Многие из тех городов всё ещё учтивы с академией. Они даже не возражают против того, что академия контактирует с её сторонниками в их городах, и смотрят на это сквозь пальцы.
Услышав это, Вэнь Вэньхай холодно фыркнул:
— Двурушники. Такие ни на что не годны. Главарь, на них нельзя полагаться, придётся рассчитывать только на себя. Может, собрать всех наших? С нами можно проучить академию.
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— До этого ещё не дошло. Не стоит недооценивать Государство Мимунь. У нас немало сил — только мастеров уровня танца в пустоте больше двухсот, обычным городам столько не собрать. На этот раз я собираюсь сначала задействовать силы Государства Мимунь. Если не справятся, тогда выйдете вы. Нам всегда нужно сохранять часть сил, нельзя сразу раскрывать все карты. Иначе в будущем, когда мы столкнёмся с академией, окажемся в проигрыше.
Вэнь Вэньхай кивнул и произнёс:
— Неизвестно, что там в заповедных землях. Когда Ли Тан вернётся, не проверит ли он двенадцатый форпост? Если они обнаружат, что там никого нет, как отреагируют?
Это замечание заставило Чжао Хая задуматься. Он закрыл глаза, подумал и произнёс:
— Старина Вэнь, сходите-ка сейчас в заповедные земли, свяжитесь со стариной Чэ. Пусть он найдёт несколько надёжных людей, которые устроят небольшую смуту. Но не слишком серьёзную, чтобы их сильно не наказали. Если Ли Тан и вправду пошлёт кого-то проверить двенадцатый форпост и обнаружит, что там пусто, он наверняка пришлёт туда новых людей. Тогда те, кто устроил смуту, могут попасть на двенадцатый форпост. И мы сможем открыто принимать людей.
Вэнь Вэньхай опешил, затем обрадовался:
— Хорошо, я сейчас же вернусь и всё устрою. Отличная мысль. В заповедных землях немало мастеров. Если удастся переманить их всех к нам, наши силы сильно возрастут.
Чжао Хай кивнул:
— Устройте всё аккуратно. Чтобы в Старой ставке не заподозрили, и чтобы наших не наказали слишком строго, без потерь. Нужно действовать не спеша. Понял?
Вэнь Вэньхай кивнул, показывая, что понял. Чжао Хай ему доверял — Вэнь Вэньхай был довольно осмотрителен.
Чжао Хай взглянул на Вэнь Вэньхая, затем обернулся к Тан Мину и остальным:
— Старина Тан, вы тоже возвращайтесь на базу в горном районе Мимунь, присмотрите за людьми, пусть хорошо тренируются. Они долго были в заповедных землях и могут ещё не привыкнуть к Миру Духовного Оружия. Пусть побыстрее адаптируются.
Тан Мин кивнул:
— Не волнуйся, главарь, я всё сделаю.
Чжао Хай кивнул:
— Хорошо, тогда идите. Обо всём я вас извещу. Поддерживайте связь со стариной Хоу и стариной Чэ. И присматривайте за Сяоляном.
Все отозвались, поднялись и вышли. Затем они направились в маленький дворик за Резиденцией правителя, запустили телепортационную формацию и покинули Резиденцию.
В последующее время у Чжао Хая было спокойно, ничего не происходило. Но в других городах-государствах уже появились первые ростки — в некоторых начались внутренние беспорядки. Где-то с ними справились быстро и жёстко, где-то нет. Те города, казалось, были к беспорядкам равнодушны, реагировали вяло и позволяли им разрастаться, временами почти выходя из-под контроля. Это даже озадачило Чжао Хая. Он знал, что это результат попустительства тех городов. Но, вероятно, они сами не ожидали, что беспорядки окажутся настолько сильными. Это было своего рода расплатой.
А через три дня после ухода Чэнь Гохуа из Государства Мимунь войска начали постепенно входить в Пухэское государство.
Это вызвало большой переполох. Ведь подкрепление Государства Мимунь прибывало через телепортационную формацию. Формация Пухэ все эти дни только и делала, что перебрасывала войска. Один отряд за другим появлялся на формации, строился на улицах. Достигнув определённой численности, они выходили из города и направлялись в подготовленный для них лагерь за городом.
Это вызывало любопытство у жителей Пухэ. Многие стояли на улицах, смотрели на уходящие отряды и обсуждали солдат.
В Мире Духовного Оружия уже догадывались, что Пухэское государство может принять подкрепление из Государства Мимунь, и предполагали, что Государство Мимунь пошлёт войска. Но никто не ожидал, что Чжао Хай отправит сразу десять тысяч воинов. И Пухэское государство примет этих десять тысяч.
А ведь десять тысяч воинов — немалая сила. В нужный момент они могут решить исход войны. То, что Пухэское государство согласилось и разместило их вокруг города, удивило многих.
(Конец главы)