Ночь чернильной пеленой нависла над Ялуном.
В глубине усадьбы Чэ не все ещё пали. Несколько фигур метались в темноте — уцелевшие мастера рода Чэ, чья энергия ещё могла кое-как сдерживать яд. Но яд был слишком коварным и уже пропитал костный мозг — от их былой силы осталось меньше трёх десятых. Встретив Чжао Хая и его людей, они могли лишь погибнуть.
Тем более что настоящих мастеров в роду Чэ было немного. Одни пали от яда, остальные уже не могли ничего изменить.
Чжао Хай и его люди действовали стремительно.
Всех, кто сопротивлялся, зарубили на месте. Затем всю усадьбу Чэ прочесали, как гребнем. Живых, отравившихся или нет, добивали. В конце Чжао Хай лично возглавил поиски потайных ходов и прочих лазеек.
Надо сказать, в усадьбе Чэ и вправду был потайной ход. Но из-за внезапного действия яда люди рода Чэ не успели туда попасть — ход был пуст.
Не прошло и часа, как род Чэ перестал существовать.
Затем Чжао Хай и его люди сверкнули белым светом и исчезли.
В это время городские мастера ещё не успели опомниться. Ночь была слишком глубокой, а место — усадьбой Чэ, потому реакция у всех была замедленной. Даже те, кто добрался до окрестностей усадьбы, не смели войти.
Чжао Хай и его люди летали не в небе. Они держались у самой земли, не выше метра. К тому же ночь была непроглядной, все в чёрном, а все фонари во дворе Чэ потушили — усадьба погрузилась во тьму. В таких условиях даже мастера не решались войти.
Когда Чжао Хай и его люди нашли в усадьбе несколько больших домов и через телепортационную формацию покинули её, никто ничего не заметил.
Сверкнул свет формации — и Чжао Хай и его люди вернулись прямо в тот военный лагерь в Государстве Мимунь.
Вернувшись, Чжао Хай пересчитал людей — все вернулись, включая людей из Государства Мимунь. Он махнул рукой, и люди Государства Мимунь тотчас запустили формацию и ушли. Затем Чжао Хай и его люди тоже запустили формацию и вернулись на базу в горном районе Мимунь.
На базе все переоделись и отдали оружие и одежду Шичую. Шичуй тотчас их уничтожил.
На самом деле уничтожать было не обязательно — вещи были дешёвые, хранить их не имело смысла. Потому Чжао Хай велел Шичую просто от них избавиться.
Затем все через формацию вернулись на базу в заповедных землях. Небо ещё не рассвело.
Чжао Хай взглянул на Чэ Сяогуана и увидел, что на его лице нет особых эмоций. Чжао Хай похлопал его по плечу:
— Старина Чэ, теперь ты отомстил. Хоть сегодня мы с людьми Государства Мимунь и не общались, но я могу сказать тебе — они наверняка справились. Если бы не справились, они бы мне сообщили. Иными словами, с сегодняшнего дня род Чэ в Мире Духовного Оружия вычеркнут из списков.
Он помолчал и добавил:
— Через некоторое время я велю привезти твоего брата, и я сам его вылечу. Кстати, как зовут твоего брата?
У Чэ Сяогуана загорелись глаза. Он поклонился Чжао Хаю:
— Главарь, спасибо тебе. Моего брата зовут Чэ Сяолян. Прошу тебя позаботиться о нём.
Чжао Хай махнул рукой:
— Не стоит благодарности. Ладно, возвращайся, не дай себя заметить. Старший, Второй, вы двое тоже возвращайтесь.
Трое отозвались, поклонились Чжао Хаю и через карманные телепортационные формации ушли.
Чжао Хай взглянул на остальных. Все были воодушевлены — хоть это была не первая их совместная операция, но первая такая. За всё время ни слова не проронили, действовали молниеносно и гладко. Это их очень радовало.
Чжао Хай обвёл их взглядом и слегка улыбнулся:
— Передайте на кухню: пусть готовят хорошее вино и закуски. Выпьем как следует. Старина Чэ и остальные не могут присоединиться — боятся, что их заметят. А нам бояться нечего. Сегодня обязательно выпьем.
Все дружно закричали от радости. Вэньхай тотчас пошёл распоряжаться.
Тем временем на краю неба уже занималась заря.
После рассвета в Ялуне стало светлее. В усадьбу Чэ вдруг хлынула толпа мастеров. Войдя, они обнаружили — с родом Чэ покончено. Ни одного живого. Кроме нескольких известных им мастеров, которые сопротивлялись и были убиты, все остальные погибли от яда.
Сокровищницу рода Чэ вскрыли — всё вынесли, ничего не оставили. А вот казну не тронули.
Затем пришли вести из других мест — во всех городах Ялунского государства, где были люди рода Чэ, на них напали. Всех до единого вырезали, никого не пощадили.
Весть потрясла всё Ялунское государство.
Они и вправду не понимали, что произошло — откуда взялась такая сила, что разом уничтожила род Чэ? Это поистине поражало.
Затем Ялунское государство велело искать убийц по всему городу. Хотя они и понимали, что это бесполезно — убийцы уже уничтожили род Чэ и, разумеется, не оставили следов. Искать было нечего.
Но великие рода Ялунского государства всё равно искали. Потому что испугались. Они были поистине напуганы.
Они думали, что раз они великие рода в Ялунском государстве, то в Мире Духовного Оружия ничто не может им угрожать. Что и владыка Ялунского государства, и Святая академия будут с ними считаться. Более того, сейчас они уже прибрали к рукам владыку города. Он больше не мог им приказывать. Они считали себя в полной безопасности.
Но после этого случая они вдруг ощутили — они не так уж и безопасны. Есть те, кто может с ними справиться, даже уничтожить их.
Это было страшно.
Но когда те рода начали искать, оказалось — искать не с чего.
Яд в роду Чэ — такого они никогда не видели. Воду рода Чэ — у рода Чэ были свои источники, несколько колодцев во дворе. Но колодцы во дворе рода Чэ. Как в них подсыпали яд?
Может, свои?
Но быстро выяснилось, что нет. Весь род Чэ сверху донизу, от слуг до стражников, почти все были дома. Свои отравить не могли.
А чужие пробрались во двор рода Чэ и подсыпали яд? Возможно ли? Усадьба Чэ — не базар, куда любой может войти.
На самом деле этим они были обязаны Повелителю насекомых. Тот управлял насекомыми поистине мастерски. На этот раз именно насекомые Повелителя и подсыпали яд. Разумеется, никто об этом не знал.
А люди Ялунского государства, помимо того что не знали, как отравили род Чэ, не могли определить и сам яд. У отравившихся лица синели, кровь шла из семи отверстий. Но такого яда они никогда не видели.
Ялунское государство привлекло многих знатоков ядов. Все они сказали, что такого не встречали. В конце концов в водяном чане рода Чэ действительно нашли этот яд. Но он был без цвета и запаха, и исследовать его было негде.
Наконец, нападавшие. Вчера ночью кое-кто пытался войти в усадьбу Чэ. Но те, кто вошёл, все погибли. Среди них было немало мастеров уровня танца в пустоте. Но войдя, они больше не вышли.
Именно поэтому ночью больше никто не смел войти в усадьбу Чэ. Иными словами, среди нападавших были мастера. Как минимум уровня танца в пустоте.
А по телам убитых было видно — их убили самыми обычными длинными клинками. Раны одинаковые, и убили их сообща. Значит, мастеров, разбиравшихся с родом Чэ, было немало. Но сколько именно — неизвестно.
И наконец, куда они делись. После того как с родом Чэ случилась беда, усадьбу окружили люди других сил. Но те, кто был внутри, не вышли — они исчезли прямо из усадьбы. А потайной ход рода Чэ нашли и вскрыли. Значит, убийцы могли уйти через него или через карманную телепортационную формацию. Никто не мог их найти.
В городе результат был тот же. Ничего особенного не обнаружили. Хотя в городе видели людей в чёрном, но все они были в чёрной ночной одежде, лица плотно закрыты. Никто не разглядел их лиц. Словом, ни следа, ни зацепки.
Видя, что в городе ничего не найти, Ялунское государство решило искать за городом.
Это «искать за городом» означало не только обыскать окрестности — разумеется, и их тоже. Но главное — проверить врагов рода Чэ, посмотреть, что у них происходит. А также проверить, что происходит в других городах-государствах континента. Может, найдётся след.
Но эта проверка принесла Ялунскому государству ещё больше головной боли.
Потому что врагов у рода Чэ оказалось поистине слишком много.
На самом деле это было нормально. У какого великого рода врагов не больше, чем друзей? Не будь у них столько врагов, они бы не стали таким великим родом.
Но среди этих врагов не было ни одного, кто мог бы нанести такой удар. Потому что всех врагов рода Чэ они почти перебили. Хотя род Чэ и враждовал с некоторыми городами-государствами, но свалить это на них было слишком натянуто. Ведь тем городам пришлось бы выставить почти всю свою элиту. Это почти невозможно.
А проверка других сил Мира Духовного Оружия тоже ни к чему не привела. Потому что не было никаких зацепок. Ни один мастер в городах-государствах не покидал их. Это ещё больше запутывало.
Ялунское государство проверяло и Государство Мимунь. Но оно не было главным подозреваемым. Потому что у Государства Мимунь не было вражды с родом Чэ. Была вражда с родом Чжэ. А с родом Чэ — никаких связей. К тому же все мастера Государства Мимунь сидели в своих городах, никто не уходил, никаких движений. Потому Ялунскому государству не за что было зацепиться.
Эти поиски длились больше месяца. Но в итоге ничего не дали. Более того, за месяц поисков они понесли немалые потери. Потому что для проверки им пришлось задействовать своих тайных агентов в разных городах-государствах. А те, начав действовать, могли себя выдать. В конце концов, потеряв многих агентов, Ялунское государство было вынуждено прекратить поиски.
Никто не знал, что пока люди Ялуна отчаянно искали убийц, у телепортационной формации Ялуна один старик с несколькими ящиками товара съездил в Государство Мимунь. Через несколько дней вернулся, привезя ещё товары.
Поскольку в Государстве Мимунь было всё, и каждый день туда ездило множество торговцев, поступок старика никого не насторожил. И уж тем более никто не знал, что в одном из ящиков с товаром лежал не товар, а человек.
Этим стариком был, разумеется, Юй Мо.
А человеком в ящике — Чэ Сяолян.
Раньше Юй Мо не отправлял Чэ Сяоляна в Государство Мимунь потому, что род Чэ ещё существовал. Он боялся, что род Чэ найдёт Чэ Сяоляна. А если бы нашёл — быть беде.
К тому же Юй Мо заботился о Чэ Сяоляне. У того были перебиты ноги и отравлены глаза. Даже будучи нищим, он часто терпел побои. То, что он не умер от голода и холода, уже была удача. Но даже так его тело было сильно истощено.
Юй Мо, спася Чэ Сяоляна, принялся выхаживать его. За эти дни Чэ Сяолян немного поправился. Но Юй Мо удивило одно — Чэ Сяолян всё время молчал.
В конце концов Юй Мо понял — Чэ Сяоляна отравили, лишив голоса.
Честно говоря, видя состояние Чэ Сяоляна, Юй Мо и сам едва не воспылал желанием убивать.
Род Чэ зашёл слишком далеко.
Чэ Сяолян тоже был из рода Чэ. Разве так с ним можно было поступать?
К тому же Юй Мо знал о вражде между Чэ Сяогуаном и Чэ Сяолэем. Это было просто соперничество из-за чувств. Ты сам уступал Чэ Сяогуану в таланте, а потом, пользуясь положением, отобрал у него место особо отобранного ученика и отправил Чэ Сяогуана в заповедные земли — место, откуда не возвращаются. Ты сам получил выгоду. Это Чэ Сяогуан должен был тебя ненавидеть. А вышло наоборот — ты возненавидел Чэ Сяогуана и обрушил на него такую безумную месть.
Где тут логика?
Это просто бесчеловечно.
Юй Мо решительно не мог понять образ мыслей этих отпрысков великих родов. Свои же, из одного рода, из-за пустого соперничества довести семью до полного разорения. Это слишком.
Хуже того — это сделал человек из твоего же рода.
Это было просто немыслимо. Непостижимо.
(Конец главы)