Голос Лун Юня разносился по залу, и все на время умолкли.
— Мы всё время следили за людьми из союза семей, — Лун Юнь немного помолчал и продолжил. — Но потом Нянь Ицзю стал главой союза. Нянь Ицзю был очень близок с людьми из союза семей, и мы не смели с ним связываться, могли общаться только с главой союза Чжао Хаем. Глава союза Чжао Хай велел нам и дальше следить за союзом семей, но не вступать в контакт с людьми из союза против Святой академии. Что бы в союзе ни случилось, мы не должны вмешиваться. Мы так и поступали.
Он обвёл взглядом владык городов-государств и продолжил:
— То, что было дальше, вы, полагаю, знаете. Союз против Святой академии выступил объединёнными силами, а затем вы застряли у врат Наньхуа. Нянь Ицзю счёл себя умным и оставил продовольствие в тыловых городах. В этом не было ошибки. Но он не знал, что люди из союза семей давно сговорились со Святой академией. Он оставил продовольствие в тылу, а Святая академия всё время вывозила его. К моменту, когда продовольствие было сожжено, в тех городах оставалась едва десятая часть. Так что на самом деле сгорело не так уж много.
Услышав это, владыки городов-государств заскрежетали зубами от злости. Только теперь они поняли, что их прошлое поражение было полностью спланировано другими. Ненавистно, как ненавистно.
Лун Юнь посмотрел на всех и продолжил:
— Сейчас в Ялунском государстве говорят, что союз семей противостоит Святой академии, но на самом деле между ними было лишь несколько символических стычек, настоящего боя не было ни разу. Так что просьбы главы рода Чжэ о помощи — сплошная ложь. Он просто хочет, чтобы вы послали войска на поддержку. Думаю, тогда он велит людям Святой академии напасть и тем самым истощить силы городов-государств.
Тут Лун Юнь остановился. Он взглянул на владык городов-государств и низким голосом произнёс:
— Вот что известно нашему роду Лун. Сегодня я сказал всё, что должен был.
С этими словами он сложил руки, поклонившись всем, отошёл в сторону и сел на стул. Но все ещё обсуждали сказанное Лун Юнем.
И тут один человек спросил:
— Господин Лун Юнь, вы не замечали, чтобы Нянь Ицзю вступал в контакт с людьми Святой академии?
Лун Юнь покачал головой:
— Нет. Нянь Ицзю с нами общался мало. Находясь в Ялунском государстве, он действительно не связывался со Святой академией. Но с союзом семей он общался довольно часто. Впрочем, они, похоже, не были союзниками. Каковы на самом деле их отношения, я не знаю.
Бах!
Один владыка города с силой ударил по столу и низким голосом произнёс:
— Правильно убили! Глава союза правильно сделал! Нянь Ицзю заслуживал смерти! Сговорился он со Святой академией или нет — он заслуживал смерти!
Эти слова получили поддержку многих владык городов-государств.
Чжао Хай взглянул на всех и махнул рукой:
— Ладно, не будем так говорить. Сейчас лучше обсудим, как быть с союзом семей. На сей раз я потребовал от союза семей продовольствие именно для того, чтобы они вытребовали его у Святой академии и этим продовольствием поддержали нас. Люди из союза семей всегда считали достояние Ялунского государства своим. Потому они не станут по-настоящему вывозить продовольствие из Ялунского государства, а непременно потребуют его у Святой академии. А Святая академия, чтобы добиться больших результатов, непременно даст союзу семей продовольствие, чтобы те могли и дальше пользоваться нашим доверием. Так что их продовольствие не стесняйтесь — берите.
Все кивнули. Они хотели было усмехнуться, но, вспомнив, как союз семей и Святая академия вместе их провели, настроения смеяться не было.
Чжао Хай оглядел всех и низким голосом произнёс:
— А что до отправки войск на поддержку передовой в Ялунском государстве, какие у вас мнения?
Владыки городов-государств опешили. Затем один из них тотчас сказал:
— Не идти! Конечно, не идти! Глава союза, если мы пошлём войска, люди из союза семей непременно велят Святой академии напасть на нас. Потери будут огромными. Потому, я считаю, нельзя посылать войска. Сначала потянем союз семей, а когда тянуть станет невозможно, тогда и решим.
Все кивнули.
Но Чжао Хай покачал головой:
— Нет. Я, напротив, считаю, что войска послать нужно. Мало того — нужно полностью взять под контроль оборону передовой и вступить в бой со Святой академией.
Владыки с недоумением посмотрели на Чжао Хая, не понимая, что он имеет в виду.
Чжао Хай оглядел их и низким голосом произнёс:
— Вы удивляетесь, зачем я лезу в ловушку, зная, что это ловушка? Хе-хе, а я считаю, что это возможность. Представьте: если мы не пошлём людей взять под контроль оборону передовой, и однажды мы по-настоящему рассоримся с союзом семей, они прямо впустят войска Святой академии в Ялунское государство. Что тогда? Смотреть, как Ялунское государство падёт? Даже если род Лун будет держаться, нам придётся спешно посылать подкрепление. Для нас это тоже крайне невыгодно. Потому оборона передовой должна быть в наших руках. С этой линией обороны мы сможем сдержать натиск Святой академии, а затем разобраться с союзом семей.
Тут Чжао Хай остановился и низким голосом произнёс:
— Союз семей не так-то просто одолеть. За эти годы он хорошо укрепился в Ялунском государстве. Хотя у нас есть помощь рода Лун, справиться с союзом семей непросто. К тому же мы должны ударить наверняка, не дать им возможности ответить. Ведь у союза семей есть могущественный союзник — Святая академия. Потому я и говорю: нужно поддержать передовую, и послать туда больше людей. Во-первых, взять под контроль оборону, во-вторых, устроить засаду в Ялунском государстве. А когда придёт время, ударить всем вместе, при поддержке рода Лун, и одним ударом уничтожить союз семей. Господа, в обычное время, если бы мы послали войска в Ялунское государство, союз семей тотчас бы бросился на нас. Но сейчас иначе. Сейчас союз семей сам нас приглашает. Как мы можем упустить такую возможность? Стоит уничтожить союз семей, и наш союз против Святой академии станет поистине монолитным. И тогда мы сможем по-настоящему сразиться со Святой академией.
Все, услышав это, закивали. Теперь они действительно восхищались Чжао Хаем. Всё, что он говорил, было продумано до мелочей, им оставалось лишь следовать. Не то что Нянь Ицзю, у которого не было никакого чёткого плана. В сравнении с Чжао Хаем он был куда слабее.
Чжао Хай посмотрел на всех и низким голосом произнёс:
— Господа, сейчас об этом знают немногие. Прошу вас никому не говорить, даже вашим командующим. Потому что если слух просочится, нам придётся иметь дело и с союзом семей, и со Святой академией. Понимаете?
Все внутренне напряглись. Они понимали, что дело нешуточное. Если что-то случится, последствия будут непредсказуемы. Они не хотели снова пережить поражение. Потому все с трепетом приняли приказ.
Чжао Хай, увидев, что все согласны, произнёс:
— Хорошо, раз все согласны, это лучше всего. Теперь возвращайтесь и готовьтесь. Я сказал, что мы, несколько городов-государств, выделим продовольствие в помощь всем. Не беспокойтесь, через пару дней продовольствие прибудет. Готовьте свои войска, и можете выступать.
Все отозвались. На самом деле решение продовольственной проблемы было для них важнее всего. По сравнению с войной со Святой академией это было куда важнее. Ведь Святая академия ещё далеко, а если продовольствия будет недостаточно, в их городах начнётся смута. А это уже беда.
Чжао Хай поднялся, посмотрел на всех и громко рассмеялся:
— Господа, дела почти улажены, теперь поговорим о приятном. Я велел старине Лу приготовить вино и закуски. Окажите честь, выпьем до дна.
Все рассмеялись. Затем перешли в трапезную. Там действительно всё было готово. Все пировали, и отношения между ними словно стали ближе.
Они пировали с полудня до глубокой ночи, а затем разошлись. Наутро все попрощались с Чжао Хаем и уехали. На сей раз они по-настоящему признали Чжао Хая главой союза.
.....
Вернувшись в Ялунское государство, глава рода Чжэ и его люди хоть и злились, но, как и сказал Чжао Хай, тотчас потребовали продовольствие у Святой академии.
Как и говорил Чжао Хай, глава рода Чжэ и его люди давно считали достояние Ялунского государства своей собственностью. Сейчас они служили Святой академии — как они могли отдать своё ради её дел? Потому, едва Чжао Хай потребовал продовольствие, глава рода Чжэ первым делом подумал потребовать его у Святой академии. По его мнению, в прошлый раз большую часть продовольствия союзного войска забрала Святая академия. Теперь она должна вернуть часть.
Святая академия, получив письмо от главы рода Чжэ, тоже разгневалась. Им уже опротивела жадность союза семей. Но сейчас союз семей был нужен, и ссориться с ним было нельзя. По их мнению, союз семей ещё не раскрыт в союзе против Святой академии. Они почти ничего не могли с ним сделать. Даже если бы они пустили слух, что союз семей — их люди, кто бы поверил? Люди из союза против Святой академии могли бы решить, что это нарочно сказано, чтобы убрать союз семей. Это могло дать обратный эффект и действительно толкнуть союз семей к союзу против Святой академии. Потому так поступать нельзя. Им пришлось скрепя сердце согласиться и отдать продовольствие союзу семей.
Конечно, они не остались в убытке. Продовольствие, которое они дали союзу семей, было тем самым, что в прошлый раз украдено у союзного войска. Просто теперь оно вернулось к союзу против Святой академии. Убытка не было, но на душе было гадко. С таким трудом украденное продовольствие теперь приходилось возвращать. Это было поистине унизительно.
А глава рода Чжэ и его люди так не считали. Увидев, что Святая академия прислала продовольствие, они вздохнули с облегчением. Заодно они поняли, что в глазах людей Святой академии занимают высокое положение. Этого было достаточно!
(Конец главы)