Можно сказать, что на этот раз Святая академия взяла на себя вину за Чжао Хая и его людей.
Сейчас в Мире Духовного Оружия Чжао Хая плохо знали. Они пытались выяснить его прошлое, но ничего не нашли. Они не знали, что Чжао Хай умеет создавать карманные телепортационные формации, и не знали, что он уже может связываться с Государством Мимунь.
А раз не знали, то никто и не подумал бы заподозрить Государство Мимунь.
В представлении людей Государство Мимунь оставалось тем же нищим краем. Откуда там столько карманных телепортационных формаций?
Это невозможно.
Хотя люди в Государстве Мимунь теперь жили неплохо, но, кроме восстановления телепортационных формаций в городах, они, казалось, ничего не делали. Разве что владыка города выделял деньги на улучшение жизни людей.
Потому тем людям казалось, что Государство Мимунь неспособно напасть на род Чэ.
А Святая академия, хоть и взяла на себя эту вину, сама об этом не знала.
Прежнее противостояние Чжао Хая со Святой академией не только сильно подорвало её престиж. Точно так же её влияние в городах-государствах подверглось сильному давлению. Это ещё больше затруднило для академии получение сведений из городов-государств.
Прежде академия, поскольку города-государства не смели ей перечить, действовала нагло. Силы, которые она растила в городах-государствах, ничуть не скрывались.
Иными словами, все эти силы были на виду.
Возможно, люди академии считали: раз города-государства всё равно не смеют с ними связываться, то даже если узнают, что эти силы выращены академией, ничего не скажут. Потому и скрывать не нужно.
Но люди академии и подумать не могли, что Чжао Хай вдруг бросит ей вызов. И, главное, Чжао Хай победит.
В таких обстоятельствах города-государства разом вышли из-под контроля академии. Все силы, выращенные академией, подверглись давлению.
Это разом сильно ослабило академию.
Восстановить прежний контроль над городами-государствами академия уже не могла. А чтобы снова растить силы в городах-государствах, ей приходилось уходить из открытого в тень.
Но это было делом не одного дня.
Особенно сейчас, когда все города-государства зорко следили за академией. Если бы академия в такое время снова взялась за города-государства, это вызвало бы крайне бурную отдачу.
Потому сейчас академия не могла засылать в те города свои колышки. А прежние её силы были подавлены.
Так что узнать, что происходит в городах-государствах, ей стало крайне трудно.
Именно потому, что сейчас академия не могла знать положения в городах-государствах, она совершенно не подозревала, что о ней думают великие рода в Ялуне.
Тем более она не знала, что незаметно для себя уже взяла на себя вину за Чжао Хая.
Потому академия приняла ещё одно ошибочное решение: отправила людей связаться с Ялунским государством, желая вмешаться в расследование уничтожения рода Чэ.
Великие рода Ялунского государства уже начали подозревать академию. А услышав такое требование, они почти уверились: это дело рук Святой академии.
На взгляд тех великих родов, желание академии расследовать дело рода Чэ было не чем иным, как попыткой замести следы.
Впрочем, те великие рода не отказали академии, а согласились, чтобы она прислала людей расследовать убийство рода Чэ.
Академия вскоре прислала людей.
Но на этот раз Чжао Хай и его люди действовали слишком чисто. К тому же прошло уже немало времени, и место в усадьбе Чэ было частично разрушено.
Прибывшие из академии, разумеется, ничего не нашли.
Потому люди академии в конце концов сообщили великим родам Ялунского государства, что ничего не обнаружили.
И тогда великие рода Ялунского государства окончательно уверились.
Это дело рук Святой академии.
Иначе академия ничего бы не нашла.
Хотя сами они тоже ничего не нашли. Но то, что академия ничего не нашла, великие рода не приняли.
Напротив, они решили: академия пришла подчистить концы.
Люди иногда такие. Стоит заподозрить что-то — и что бы другая сторона ни делала, всё будет казаться направленным против тебя.
Так было и с великими родами Ялунского государства.
Они заподозрили, что академия — главный виновник. И теперь что бы академия ни делала, всё казалось им заметанием следов.
А академия об этом не знала.
На этот раз она и вправду хотела расследовать уничтожение рода Чэ. И вправду ничего не нашла.
Жаль только, что она не знала: вышло наоборот. Вина на ней закрепилась ещё крепче.
А Чжао Хай был только рад, что академия взяла на себя эту вину.
На этот раз Чжао Хай решил разобраться с родом Чэ ради людских сердец.
Он стал главой для Вэнь Вэньхая и остальных благодаря своим способностям. Но такие, как Чэ Сяогуан, хоть и признали его главой, но насколько искренне — сказать трудно.
Но на этот раз, решив ради Чэ Сяогуана разобраться со всем родом Чэ и даже не побоявшись раскрыть себя, он разом завоевал сердца всех.
Людские сердца сложны.
Даже если человек признаёт твои способности, это не значит, что он будет тебе верен. Даже если способностей недостаёт, но ты к нему добр, он может стать безгранично предан.
Таким был Чэ Сяогуан.
На этот раз Чжао Хай хотел через историю Чэ Сяогуана показать всем: он искренне желает всем добра. Ради них он готов отказаться от своих планов. Он и вправду считает всех братьями.
План Чжао Хая удался.
Теперь Вэнь Вэньхай и остальные испытывали к нему безграничное уважение.
Именно этого Чжао Хай и хотел. Его цель была достигнута.
Чжао Хай делал это не для того, чтобы использовать Вэнь Вэньхая и остальных в дурных делах. Он лишь хотел, чтобы те слушались его. Чтобы в будущем, когда что-то случится, не возникло неподчинения приказам — это было бы куда хуже.
А то, что на этот раз Святая академия взяла на себя вину, Чжао Хай счёл ещё одной возможностью.
Возможностью крайне важной.
Он мог воспользоваться ею, чтобы сильнее ударить по академии. Сделать отношения между городами-государствами и академией ещё хуже, довести до непоправимого.
Потому сейчас Чжао Хай велел Юй Мо и остальным всеми силами изучать Ялунское государство.
Выяснить, какие силы в Ялунском государстве близки к Святой академии, а какие с ней враждуют.
Он готовился взяться за Ялунское государство.
Ялунское государство — крупнейшее в Мире Духовного Оружия. Но за эти годы, из-за внутренних и внешних бед, оно давно утратило былое величие.
Хотя земли остались, влияние сильно упало.
Но так или иначе, Ялунское государство по-прежнему оставалось крупнейшим в Мире Духовного Оружия.
Сейчас владыка Ялунского государства был слаб, но великие рода прекрасно понимали: пока государство существует, они получают выгоду.
Если Ялунское государство однажды падёт, этим великим родам тоже несдобровать.
Потому те великие рода не допустят гибели Ялунского государства.
А Чжао Хай как раз хотел его уничтожить.
В этом для Чжао Хая была двойная выгода.
Первое: Ялунское государство — всё же первое по величине в Мире Духовного Оружия, сила его велика. Если оно не падёт, то в будущем у Государства Мимунь с ним будут столкновения. Для Чжао Хая это не благо.
Второе: Чжао Хай хотел свалить уничтожение Ялунского государства на Святую академию. Если получится, это разожжёт ненависть всех городов-государств Мира Духовного Оружия к академии. Между академией и городами-государствами не останется пути к примирению.
Ялунское государство — первое в Мире Духовного Оружия.
Если другие города-государства увидят, что Ялунское государство — первое в Мире Духовного Оружия — пало из-за козней Святой академии…
Что они тогда о ней подумают?
Тогда они, пожалуй, не просто перестанут её слушать. Они станут считать её врагом.
А для Чжао Хая это безусловное благо.
Но добиться этого было непросто.
Сейчас академия тоже ощущала враждебность городов-государств. Потому на давление, которому подверглись выращенные ею силы, почти не реагировала.
Это было проявлением слабости.
Академия хотела, чтобы города-государства думали, будто она не желает с ними враждовать. Тогда они не станут слишком усердствовать.
А академия могла использовать это время, чтобы восстановить силы. Одновременно расставить в городах-государствах тайные фигуры. А затем вернуть Мир Духовного Оружия к прежнему состоянию.
Именно из-за этой слабости академия в последнее время вела себя тихо. И не получила сведений, которые должна была получить в первую очередь.
Но была в этом и выгода.
Бдительность городов-государств к академии сильно снизилась.
А для Чжао Хая это не добрая весть.
Чжао Хай хотел уничтожить Ялунское государство и свалить это на Святую академию. Лучший способ — заставить силы в Ялунском государстве, контролируемые академией, свергнуть его и привести к гибели.
Тогда люди, разумеется, решат, что это дело рук академии.
Но сейчас академия держалась тихо и разыгрывала слабость.
И наверняка уже уведомила те контролируемые силы, как действовать.
Так что Чжао Хаю будет ещё труднее подбить тех людей свергнуть Ялунское государство.
Чего доброго, те ещё изобразят верность и патриотизм.
А это ещё хуже.
Потому сейчас Чжао Хай думал именно об этом.
Он хотел понять, каким способом вынудить силы, контролируемые академией, свергнуть Ялунское государство.
Только так ему будет выгоднее.
Но сейчас у Чжао Хая не было никакого способа.
Он ведь слишком недолго пробыл в Мире Духовного Оружия. И Государство Мимунь существует слишком мало.
Хотя он и расставил в городах-государствах лазутчиков, но их положение было невысоким — недостаточно, чтобы подбивать силы, контролируемые академией.
Чуть что не так — и лазутчики раскроются, и академия узнает, кто за всем этим стоит.
Потому сейчас Чжао Хай мог лишь собирать побольше сведений о Ялунском государстве. А затем постепенно искать способ.
(Конец главы)