Когда все расселись в доме, Дао Байин взглянул на командира Фэна и его людей и негромко произнёс:
— Командир Фэн, спасибо вам. Если бы не вы, на этот раз нам и вправду грозила бы беда.
Командир Фэн покачал головой:
— Ваше высочество, что вы, не стоит. Это наш долг, тут не за что благодарить.
Дао Байин вздохнул, устремив взгляд за дверь, и произнёс:
— Если бы не вы, я бы на этот раз точно погиб здесь. Так что благодарность моя искренняя. Без ваших действий в степи войско Волка не отступило бы так легко.
Командир Фэн и остальные ничего не сказали. Они видели, что Дао Байин просто даёт волю чувствам.
Они уже слышали от Чжао Хая, каково было тогда в Хуанфэнчэне. Можно сказать, что если бы не появление Чжао Хая и не их действия в степи, вынудившие Волка отступить, Дао Байину пришёл бы конец.
Командира Фэна и его людей очень удивляло другое: почему, когда Дао Байин оказался в такой опасности, из страны не прислали подмогу? Это было в высшей степени странно. А теперь в Хуанфэнчэне вовсю шло строительство — без поддержки из страны такое было невозможно. Что же всё это значило?
Дао Байин, очевидно, не хотел об этом говорить. Он перевёл разговор на поход командира Фэна в степь, подробно расспросил о том, что они там делали, и о том, что делали в Великой пустыне.
Когда командир Фэн закончил, Дао Байин взглянул на него и спросил:
— Командир Фэн, вы хотите, чтобы из страны послали человека в Великую пустыню — возглавить шайку Шаху?
Командир Фэн кивнул:
— Да, ваше высочество. Сейчас шайка Шаху обладает немалой силой. Если мы сможем её контролировать, то в будущем, когда придётся иметь дело с Волком, нам будет куда легче. К тому же, чтобы десять крупнейших шаек пустыни помогли нам в этом походе, я обещал им, что они смогут продавать награбленное в нашем Государстве Души Сабли. Прошу вашего соизволения.
Дао Байин кивнул:
— Соизволяю. Конечно, это следует разрешить. Хоть они и разбойники, прямой угрозы для Сабли они не представляют. Напротив, поддерживая с ними добрые отношения, мы можем при необходимости получить от них помощь. Почему бы и нет?
Услышав согласие Дао Байина, командир Фэн перевёл дух.
Хотя Дао Байин всё ещё оставался принцем, он контролировал крепость Хуанфэн. А попасть в Саблю из степи или из пустыни можно было лишь двумя путями. Первый — прямо через Хуанфэн. Если бы Дао Байин не согласился, товары песчаных разбойников не попали бы в Саблю.
Второй путь был куда сложнее — пришлось бы идти через другие страны. Но у разбойников со всеми странами отношения были плохие. Вздумай они войти в чужую страну, их могли бы схватить и не пустить в Саблю.
Так что без согласия Дао Байина обещание командира Фэна осталось бы пустым звуком. И тогда они не только не подружились бы с разбойниками, но и нажили бы врагов. А это грозило бы Огненному Фениксу и остальным.
Дао Байин нахмурился:
— Что до человека, который возглавит шайку, тут есть некоторые трудности.
Командир Фэн произнёс:
— Не скрою от вашего высочества: поначалу я хотел послать Хэцао. Но это дело затрагивает слишком много сторон, и посылать Хэцао, пожалуй, неудобно.
Командир Фэн и вправду хотел отправить Чжао Хая в пустыню и считал его подходящей кандидатурой.
Но, поразмыслив о его происхождении, понял, что это вряд ли удастся. Ведь Чжао Хай — из семьи Ху. Если послать его в пустыню, он и вправду сможет управлять шайкой Шаху. Но тогда шайка Шаху окажется под контролем семьи Ху.
Согласится ли король отдать такую силу в несколько десятков тысяч человек в руки одного великого рода? Вряд ли. Потому командир Фэн и сказал, что по многим причинам Чжао Хай не подходит.
Дао Байин, Чжао Хай и остальные, услышав это, опешили.
О таких мыслях командир Фэн никогда не говорил ни Чжао Хаю, ни кому-либо ещё. Потому Чжао Хай тоже был немало удивлён.
А Дао Байин и вовсе не ожидал, что командир Фэн захочет отдать шайку Шаху Чжао Хаю. Честно говоря, сейчас Дао Байин уже не мог обойтись без Чжао Хая. Ведь тот показал себя в Хуанфэнчэне с наилучшей стороны.
Дао Байин не был глупцом. Он понял, что имеет в виду командир Фэн. Потому лишь кивнул:
— Разумно. Для этой роли Хэцао, пожалуй, и вправду не подходит. Но это дело, думаю, стоит предоставить решить отцу-императору. Ни моё, ни ваше слово тут не решающее. Стол уже накрыт, пойдёмте выпьем, я угощаю в честь вашего возвращения.
С этими словами он с улыбкой поднялся и повёл всех во внутренний двор.
Во дворе уже стоял длинный стол, а возле него — два ряда стульев. Дао Байин пригласил всех сесть, и тут же слуги принялись разливать вино.
А из всех людей Чжао Хая самым взволнованным был, пожалуй, Панмао.
Прежде Панмао был всего лишь разбойником. Да и до того, как стать разбойником, он был всего лишь посыльным в маленьком торговом караване. Где уж ему было сидеть за одним столом с принцем? Но теперь он стал слугой Чжао Хая. А Чжао Хай не собирался относиться к Панмао как к чужому. С того мгновения, как Панмао решил идти с ним в атаку на племя Абахай, Чжао Хай признал его.
Все беседовали и пили вино. Командир Фэн и его люди наконец расслабились.
Честно говоря, это задание было самым опасным из всех, что они выполняли. Если бы не Чжао Хай, они, пожалуй, все погибли бы в степи и, чего доброго, навлекли бы на Государство Души Сабли огромную беду.
Теперь задание было выполнено с честью, и они могли позволить себе расслабиться. Потому пили немало и все выглядели довольными.
Когда все наелись и напились, несколько человек уже захмелели. Дао Байин распорядился отвести их отдохнуть.
Когда все разошлись, Дао Байин позвал Чжао Хая в комнату, и они втроём с Лан Шипином уселись пить чай.
Выпив чашку чая, Дао Байин взглянул на Чжао Хая:
— Хэцао, ты ведь всё удивлялся, почему, когда Хуанфэнчэн был на краю гибели, из страны не пришло подкрепление? Теперь я могу сказать тебе: мой четвёртый брат, Дао Байсюн, замыслил мятеж и перекрыл вести из Хуанфэнчэна, желая моей смерти. Но в итоге победил я. Он больше не мог скрывать вести и решил убить отца-императора, а затем взойти на престол. Но у него ничего не вышло, и теперь он под стражей.
Он сделал паузу, взглянул на Чжао Хая и произнёс:
— Что ты об этом думаешь?
Чжао Хай нахмурился:
— Очень странно. Если четвёртый принц мог скрыть от государя то, что происходило в Хуанфэнчэне, то его замысел против государя удался бы. Хуанфэнчэн — это судьба всей империи. Четвёртый принц не мог обладать силой, достаточной, чтобы перекрыть такие вести. Будь у него такая сила, ему не нужно было бы покушаться на государя — он мог бы открыто убить его, и ничего бы ему за это не было. Потому это и странно.
Дао Байин кивнул и горько усмехнулся:
— Вот именно, странно. Это и меня мучает. Если отец-император с самого начала знал о замысле четвёртого брата, почему он не прислал подмогу? Неужели он не понимал, что будет с империей, если Хуанфэнчэн падёт?
Чжао Хай взглянул на Дао Байина и произнёс:
— Государь осмелился на это, значит, у него была причина. Брат Дао, ты не получал других вестей? За Хуанфэнчэном нет других войск? Может, они стоят не так далеко, но так и не пришли на помощь? А причина, скорее всего, в том, что они не получили приказа?
Дао Байин и Лан Шипин опешили. Затем лица их переменились. Переглянувшись, Дао Байин взглянул на Чжао Хая:
— Хэцао, как ты догадался? Верно. За Хуанфэнчэном стоят ещё две армии. Они не так далеко. Но это всего лишь два местных войска. Людей немало, но боевая мощь невелика. Если бы Хуанфэнчэн пал, они не сдержали бы конницу Волка. Они даже не посмели прийти на помощь. Какая от таких войск польза? А после они ещё оправдывались, что не получили приказа отца-императора и потому не могли прийти. Их командиров наказали, но такие войска вообще не должны существовать!
Дао Байин и вправду был в ярости. Под конец он говорил всё громче, почти кричал.
Выслушав его, Чжао Хай рассмеялся.
От этого смеха Дао Байин и Лан Шипин опешили. Оба с недоумением смотрели на Чжао Хая, не понимая, чему он смеётся.
Чжао Хай взглянул на них и с улыбкой произнёс:
— Брат Дао, я должен тебя поздравить. Похоже, следующий государь нашего Государства Души Сабли уже определён.
Услышав это, Дао Байин и Лан Шипин опешили. Затем лица их переменились. Дао Байин взглянул на Чжао Хая:
— Хэцао, не болтай. О таких вещах нельзя говорить попусту, понимаешь?
Чжао Хай взглянул на него и чуть улыбнулся:
— Я не болтаю попусту, брат Дао. Я говорю это, потому что считаю тебя другом. Мне всё это казалось странным, а теперь я наконец понял: всё это — испытание государя, испытание для тебя!
Он сделал паузу, взглянул на Дао Байина и продолжил:
— Брат Дао, то, что тебя послали в Хуанфэнчэн, уже было испытанием государя. Но тогда государь, возможно, не ожидал, что четвёртый принц начнёт действовать, и так же не ожидал, что твой дядя погибнет. Возможно, когда твой дядя пал, государь уже собирался послать сюда подмогу. Но в этот момент он обнаружил замысел четвёртого принца. А заодно увидел, что ты принял командование. И тогда государь решил воспользоваться случаем и подвергнуть тебя испытанию.
Он глубоко вздохнул и продолжил:
— Государь понимает, что империя должна перейти в руки способного человека. Потому испытание необходимо. Переодеть два отборных войска в форму местных войск для государя — дело нехитрое. Эти две армии стоят близко к Хуанфэнчэну и в любой миг могли прийти на помощь. Но государь не позволил им. Потому что хотел увидеть, на что ты способен!
(Конец главы)