Услышав такие слова Нянь Ицзю, все тотчас принялись наперебой говорить «не смеем».
Нянь Ицзю махнул рукой, и только тогда все постепенно затихли. Он обвёл зал взглядом, и улыбка на его лице стала ещё шире — очевидно, ему это было весьма по душе. Скользнув глазами по собравшимся, он откашлялся и громко произнёс:
— На этом великом собрании мы прежде всего должны приветствовать глав родов, прибывших из Ялунского государства! Они впервые участвуют в великом собрании нашего союза против Святой академии. Поприветствуем их!
С этими словами он первым принялся хлопать.
Все, разумеется, захлопали следом. Аплодисменты прокатились по залу, не слишком горячие, но и не жидкие.
Глава рода Чжэ и остальные поднялись и поклонились собравшимся. Лишь затем снова сели. Аплодисменты тоже смолкли.
Нянь Ицзю продолжил:
— Прибытие глав родов Ялунского государства делает наш союз против Святой академии ещё сильнее. Теперь у нас больше уверенности в борьбе со Святой академией. Так ведь, господа?
Собравшиеся, проявляя любезность, хором ответили:
— Так!
Лу Цзиньянь, глядя на исполненного самодовольства главу рода Чжэ на возвышении, мысленно холодно усмехнулся. Когда собрание вёл Чжао Хай, никогда не было всей этой суеты. Обычно он коротко обрисовывал обстановку и сразу переходил к делу. А у этого Нянь Ицзю дел-то и впрямь немало.
Нянь Ицзю обвёл всех взглядом и продолжил:
— Хорошо, теперь перейдём к делу. Это собрание созвано, чтобы обсудить, как нам противостоять Святой академии. У кого есть мысли — говорите прямо.
Собравшиеся и впрямь не ожидали, что Нянь Ицзю так скоро перейдёт к делу.
Но на этот раз все умолкли.
Хотя в прошлый раз Чжао Хай и одолел Святую академию, никто и впрямь не считал, что с Академией можно легко справиться. По крайней мере, сейчас в Мире Духовного Оружия ещё немало городов-государств, преданных Святой академии и готовых ей служить.
Со Святой академией не так-то просто сладить.
Не говоря о прочем, одна лишь гора Святой академии — место, которое легко оборонять и трудно штурмовать. Академия укреплялась там много лет, и можно сказать, что её твердыня несокрушима. Разве так легко её взять?
Именно потому, что со Святой академией трудно справиться, все и умолкли.
В прошлый раз Чжао Хай победил Святую академию потому, что та сама пошла в атаку. А теперь, чтобы воевать с Академией, им пришлось бы наступать самим. И ни у кого не было уверенности.
Нянь Ицзю обвёл всех взглядом и мысленно усмехнулся. Он заранее подготовился. Раз все молчат, пусть он и заговорит.
Потому Нянь Ицзю произнёс:
— Раз все молчат, позвольте мне начать. Я брошу камень, чтобы привлечь яшму, а затем вы выскажетесь свободно.
Он обвёл всех взглядом и неспешно произнёс:
— Всем известно: гора Святой академии — место, которое легко оборонять и трудно штурмовать. Напасть на Святую академию — дело нелёгкое. Если мы пойдём на гору Академии, скорее всего, ничего хорошего из этого не выйдет.
Он помолчал и продолжил:
— Если пошлём только мастеров — у Святой академии мастеров никогда не переводилось. К тому же они владеют выгодой местности. Взять Академию нам почти невозможно. Если двинем наземные войска — это ещё нереальнее. От нас до горы Святой академии придётся пройти через несколько городов-государств. А эти города — все сторонники Святой академии. Они не пропустят нас. Чтобы пройти, придётся воевать всю дорогу. А это тоже невозможно. Так что прямой удар по Святой академии — путь тупиковый.
Все кивнули.
Им показалось, что слова Нянь Ицзю весьма разумны.
Со Святой академией и впрямь не так просто сладить.
Если города-государства пошлют мастеров в атаку, сколько же нужно послать? Пошлёшь слишком много — оборона городов ослабнет. А у Святой академии есть карманные телепортационные формации. Если их мастера через эти формации внезапно ворвутся в города-государства, тем, чего доброго, придут конец.
Если двинуть наземные войска, придётся идти через земли других городов-государств. Это ещё невозможнее. Как и сказал Нянь Ицзю, те города — сторонники Святой академии. Пройти по их землям они не позволят. Остаётся воевать. А Святая академия не станет смотреть, как нападают на её города. Она непременно поддержит те города. И тогда обе стороны увязнут в затяжной войне. А Святая академия и те города владеют выгодой местности — им, пожалуй, не получить ни малейшей выгоды.
Судя по этим двум доводам, прямой удар по Святой академии почти невозможен.
Нянь Ицзю, видя, что все согласны, мысленно возликовал. Это был план, придуманный им вместе с несколькими приглашёнными советниками Государства Гигантского слона. Сейчас он лишь начал его излагать.
Он откашлялся и продолжил:
— Прямой удар по Святой академии невозможен. Но мы можем сначала напасть на другие города-государства.
От этих слов все опешили.
Нянь Ицзю обвёл всех взглядом и неспешно произнёс:
— Те города-государства, что преданы Святой академии, те, что не желают вступать в союз против Святой академии, — мы можем напасть на них. Заставить их стать членами нашего союза. Если они не согласятся, значит, они убеждённые сторонники Святой академии. И мы можем их уничтожить.
Едва Нянь Ицзю это произнёс, как все опешили.
Они и впрямь не ожидали, что Нянь Ицзю захочет напасть на другие города-государства.
Но затем у владык других городов-государств загорелись глаза.
Они прекрасно понимали: напади они напрямую на Святую академию — не получат выгоды, а лишь бесчисленные потери. А вот разобраться с другими городами-государствами — другое дело. Против других городов они могли бы действовать в полную силу. Уничтожить тот город — и, разумеется, выгод будет немало.
Лу Цзиньянь нахмурился, но ничего не сказал.
Он счёл предложение Нянь Ицзю неплохим. Если они хотят справиться со Святой академией, нужно сперва обрубить её крылья. Очевидно, предложение Нянь Ицзю преследовало именно эту цель.
Ши Потянь в этот момент тихо произнёс:
— Не думал, что этот Нянь Ицзю кое-что умеет. Предложение у него неплохое. Старина Лу, как считаешь?
Ху Шэнвэй и остальные тоже смотрели на Лу Цзиньяня. Им тоже показалось, что предложение хорошее.
Лу Цзиньянь взглянул на них и серьёзно произнёс:
— Предложение неплохое. Я тоже считаю, что для борьбы со Святой академией этот шаг необходим. Но не забывайте — здесь сидят люди из союза семей.
Лу Цзиньяню не нужно было говорить больше.
Едва он это произнёс, как Ши Потянь и остальные вздрогнули.
Они слишком хорошо понимали, что означают его слова.
Здесь сидят люди из союза семей. А люди из союза семей, весьма вероятно, люди Святой академии. Если союз семей и впрямь люди Святой академии, то всё, что обсуждается на этом собрании, тотчас станет известно Академии. Более того, в будущем и то, как они двинут войска, куда пойдут в атаку, каким маршрутом, — всё станет известно Святой академии. В таких обстоятельствах их наступление почти не имеет шансов на успех.
Лу Цзиньянь взглянул на них и снова заговорил:
— И это ещё не всё. Подумайте, господа: сейчас нападать на те города-государства, что преданы Святой академии, тоже, может, и не благо. Ведь среди тех городов есть и колеблющиеся. Они не обязательно и впрямь хотят перейти к Святой академии. В такой момент нам скорее следует сначала послать людей их уговорить. Если удастся склонить их на свою сторону — тем лучше. Если нет — тогда и двинем войска, не раньше. Всё равно, стоит нам начать, Святая академия непременно узнает. Рано или поздно — всё одно.
Ши Потянь кивнул:
— И впрямь так. Если без войны удастся склонить те города на свою сторону — тем лучше. Но, по-моему, владыка города Нянь не этого хочет? Как так?
Лу Июань взглянул на других владык городов и серьёзно произнёс:
— Посмотрите, как у остальных глаза горят, — и поймёте, что на уме у владыки города Няня. Они на этот раз вовсе не хотят разобраться со Святой академией. По-моему, они хотят под предлогом борьбы со Святой академией объединить все города-государства, а затем двинуть войска против тех, кто не вступил в союз против Святой академии. Разбить те города и поделить добычу. Борьба со Святой академией — лишь вывеска.
Услышав слова Лу Июаня, Ши Потянь и остальные опешили.
Затем они взглянули на владык других городов. И увидели, что те с горящими глазами смотрят на Нянь Ицзю. Тотчас поняли: Лу Июань прав.
Ши Потянь фыркнул:
— Чего они хотят? Разве не знают, что война — это смерти? Они что, обезумели?
Лу Цзиньянь серьёзно произнёс:
— Думаю, это и есть та выгода, что Нянь Ицзю им посулил. Без войны чем Нянь Ицзю станет их одаривать? Поглядим, дальше и будет самое главное. Воевать без единого командования нельзя.
Сказав это, Лу Цзиньянь уставился на Нянь Ицзю.
Нянь Ицзю тоже смотрел на собравшихся. Он не замечал Лу Цзиньяня и остальных. Ведь внизу все перешёптывались. Ему и впрямь было не до Лу Цзиньяня.
Глава рода Чжэ и его люди тоже переговаривались.
Они не говорили о другом, а с важным видом обсуждали осуществимость плана Нянь Ицзю. Но взгляды их беспрестанно перекликались. И в этих взглядах сквозило воодушевление.
Ведь полученные ими сведения были поистине важны. Если Святая академия узнает, что союз против Святой академии собирается напасть на её города-сторонников, неизвестно, как Академия поступит. Во всяком случае, заслуга им обеспечена.
Нянь Ицзю почувствовал, что время подходит, откашлялся и серьёзно произнёс:
— Прошу тишины, дослушайте меня.
В зале постепенно стихло.
Нянь Ицзю продолжил:
— Я предложил разобраться с теми городами, что преданы Святой академии, чтобы обрубить ей крылья. Тогда в будущем справиться с Академией будет легче. Не знаю, есть ли у кого возражения против моего предложения? Если есть — говорите прямо.
Тут один владыка города заговорил:
— Владыка города Нянь, ваше предложение прекрасно. Раз сейчас мы не можем справиться со Святой академией, давайте сперва обрубим ей крылья. Думаю, все с этим согласны. Но у меня есть вопрос: раз мы собираемся воевать с теми городами-государствами, то как именно воевать? И, как говорится, без головы змея не ползёт. Чтобы воевать с теми городами, нужно единое командование. Как владыка города Нянь намерен это уладить?
«Вот и главное блюдо!»
Едва тот владыка города это произнёс, как Лу Цзиньянь и остальные почти одновременно подумали про себя эту фразу.
Затем они переглянулись, и на лицах у всех появились улыбки.
Они были уверены: тот владыка города, что заговорил, — наверняка подставное лицо Нянь Ицзю. Он нарочно задал этот вопрос в нужный момент. Чтобы подыграть Нянь Ицзю и подвести дело к выборам главы союза.
Это было наверняка подстроено заранее.
(Конец главы)