Один день пролетел незаметно.
Жители государства Лун обнаружили, что небольшая лодка, зависшая над городом, так и не улетела. Она по-прежнему стояла на прежнем месте, и люди на ней стояли недвижимо. Лишь раз в несколько часов сменялся караул. Новые стражи с живым блеском в глазах взирали на город внизу. Горожане, видя это, понимали: эти люди поддерживают порядок в городе.
День прошёл быстро, но жителям Лун он показался бесконечно долгим.
Им не терпелось узнать: как люди, присланные Чжао Хаем, будут управлять городом?
В эту ночь многие жители Лун не сомкнули глаз. Все тревожились о своём будущем.
На континенте Иномирцев хоть и не было таких постоянных войн, как в прежнем Мире Духовного Оружия, но и спокойствием не отличалось. Здесь то и дело вспыхивали войны. Именно из-за частых войн жители континента Иномирцев не раз переживали смену правителя. Они знали: смена власти означает смену отношения. А какими станут будущие дни — этого никто не мог сказать.
Если Чжао Хай действительно будет к ним добр — это было бы лучше всего. Они не просили многого, лишь хотели, чтобы он относился к ним так же, как прежний государь Лун. Большего они не смели желать.
В тревоге и сомнениях прошла эта ночь.
На следующий день все поднялись рано. Есть никому не хотелось. Люди выходили из домов и переговаривались со знакомыми, пытаясь понять, что их ждёт.
И тут они увидели, как в небе появились несколько фигур. Люди стояли на больших мечах и летели по воздуху. Приблизившись, они окликнули тех, кто был на лодке, и опустились в город, прямо к городскому управлению.
Увидев это, горожане поняли: прибыли новые чиновники.
Они тут же окружили управление, желая узнать, какие приказы те издадут.
Не успели они собраться, как из управления вышел человек. Это был один из тех, кто только что спустился на большом мече. Выйдя, он обвёл взглядом толпу и произнёс:
— Внимание всем! Все, кто прежде работал в управлении, немедленно вернуться в управление. Кто не пришёл — передайте им. Если не явятся до полудня, будут наказаны за неподчинение приказу.
Едва он замолчал, как несколько человек вышли вперёд, поклонились ему и сказали:
— Приветствуем, господин. Мы прежде работали в управлении. Я — письмоводитель, а эти двое — писари.
Тот взглянул на них и произнёс:
— Где городской пристав?
Тут же раздался голос:
— Господин, я здесь.
Из толпы выбежал крепкий мужчина. На вид ему было лет тридцать с лишним, лицо обветренное. Он поклонился и сказал:
— Господин, я прежде был приставом в управлении. Но когда пришли люди государства И, меня уволили. Однако будьте спокойны, я знаю в городе всё и пользуюсь уважением. Если не верите, можете спросить кого угодно.
Тот кивнул:
— Хорошо. Собери всех городских стражников и жди приказа. А вы двое — идите за мной.
С этими словами он повернулся и пошёл в управление. Несколько человек поспешили за ним.
Вскоре пристав выбежал наружу и созвал прежних городских стражников. Затем он повёл их по городу искать всех, кто прежде работал в городских учреждениях.
Разумеется, сейчас во всех учреждениях не осталось чиновников — почти все они были людьми государства И и уже бежали.
Хотя смотреть здесь было не на что, горожане не расходились. Им хотелось увидеть, как новые чиновники будут управлять городом.
И их ожидание не было напрасным.
Около полудня из управления вышли несколько письмоводителей. В руках они держали листы бумаги и прикрепили их к городской доске объявлений.
Досок объявлений в городе обычно было две. Указы городских властей вывешивали у управления. А розыскные листы и прочее — не только на доске объявлений, но и у городских ворот, где всегда людно и стоят стражники, так что легче заметить преступника.
Но на этот раз вывесили указы, потому их прикрепили у управления.
Едва листы появились, как все сбежались смотреть, что там написано.
Увидев содержание, горожане издали радостный крик.
В указе было написано: с сегодняшнего дня в городе восстанавливаются налоги и порядки времён государства Лун. Иными словами, тяжёлым временам пришёл конец.
Во втором указе были указаны цены на все товары в городе, и запрещалось их повышать без причины. Если какой-то торговец осмелится самовольно поднять цены, его накажут.
Этот указ мог показаться бессердечным — разве торговец не может поднять цену, если сам закупил товар дороже? Ответ: не может. Если закупил дороже — иди в управление и подай заявление. Если управление подтвердит, что ты говоришь правду, тогда можешь поднять цену. А если поднимешь самовольно — управление тут же накажет. Не только конфискует товар, но и арестует, и оштрафует.
Этот указ, возможно, и не понравится торговцам, но он позволит в кратчайшие сроки стабилизировать цены в городе.
Ведь государство Лун только что перешло под власть Чжао Хая, и внутри ещё неспокойно. А торговцы — как раз те, кто скорее всего воспользуется случаем, чтобы поднять цены и нажиться. Но с этим указом у них ничего не выйдет.
Далее шли правила о поддержании порядка. С сегодняшнего дня в городе вводился комендантский час. То есть ночью выходить запрещалось. Если осмелишься ночью бродить по улицам — нарушишь закон и будешь наказан.
Несколько указов подряд били в самую точку. Сейчас городу больше всего нужна была стабильность. И эти указы как раз её обеспечивали. Потому никто и не возражал.
А те, кто работал в управлении, сейчас испытывали немало чувств.
Вообще-то, хотя в городе и был высший чиновник, по-настоящему городом управляли мелкие служащие управления. Ведь чиновник, какими бы способностями ни обладал, не мог всё делать сам. Даже если он хотел добра горожанам и придумал хороший план, нужны были люди, чтобы его исполнить.
Потому в управлении и были мелкие служащие. Они выполняли поручения чиновников. Чиновник мог быть приезжим, а мелкие служащие — обычно местными. Некоторые семьи из поколения в поколение служили в управлении и уже стали в городе влиятельной силой.
Потому и говорили: «Будь чиновник чист, как вода, не устоять ему против скользкого, как масло, писца!» Эти слова как раз о том, насколько важны мелкие служащие в управлении. Если чиновник плохо знает дела управления и сталкивается с такими опытными писцами, его быстро оттеснят от власти.
А чиновники, присланные на этот раз Чжао Хаем, долго служили в управлениях Империи Мимунь. В этих делах они разбирались досконально. Потому, прибыв в город, они в кратчайшие сроки разобрались в отношениях и издали указы.
Чжао Хай думал о том, чтобы сразу превратить государство Лун в подобие Империи Мимунь. Но он прекрасно понимал: это невозможно.
Жители Лун давно привыкли к прежним порядкам. Если вдруг начать к ним относиться слишком хорошо, они не только не привыкнут, а напротив — будут робеть и не знать, как себя вести. Потому нужен переходный период. Сначала вернуть прежние порядки государства Лун, а затем постепенно привносить порядки Империи Мимунь, чтобы люди к ним привыкли. Только так можно избежать отторжения.
С изданием нескольких указов настроения в городе постепенно улеглись. К тому же Чжао Хай собирался совершить жертвоприношение небу и почтить память прежних государей Лун. Горожане радовались. Некоторые, кто жил близ императорских усыпальниц, даже хотели завтра пойти посмотреть.
Императорские усыпальницы Лун не были разрушены.
Таков был обычай континента Иномирцев: можно уничтожить род, но нельзя осквернять его усыпальницы. Так поступали, оставляя себе путь к отступлению. Ведь никто не мог поручиться, что его род всегда будет силён. Если однажды род захиреет и погибнет, разве ты захочешь, чтобы осквернили твои усыпальницы?
Нет. Никто не хочет.
Потому все соблюдали этот обычай. Они не только не разрушали усыпальницы враждебных родов, но и охраняли их.
По этой причине усыпальницы Лун и уцелели. Чжао Хай мог спокойно почтить память прежних государей Лун, и никто не стал бы возражать.
На следующий день Чжао Хай сразу прилетел к усыпальницам на Корабле Короля Призраков.
Сначала совершили обряд жертвоприношения небу. Хотя времени на подготовку было немного, всё необходимое приготовили. Жертвы, обряды, церемонии — всё прошло гладко от начала до конца.
Затем Чжао Хай почтил память государей Лун.
И лишь после этого он официально взял в руки императорскую печать государства Лун.
Чжао Хай помнил отчётливо: на континенте Иномирцев эта печать имела огромное значение. Только с ней можно было по-настоящему управлять государством Лун. Только с ней управления и чиновники всех городов могли нормально работать.
Именно поэтому Чжао Хай так торжественно совершил обряд у усыпальниц Лун. Он прекрасно понимал ценность этой вещи. Не сделай он этого — и не получил бы настоящего контроля над государством Лун.
Обычаев на континенте Иномирцев было немного. Потому жертвоприношение небу и поклонение усыпальницам совершили в один день.
Жители Лун не винили Чжао Хая. Они прекрасно понимали: сейчас ещё не всё спокойно, и лишние церемонии можно опустить.
(Конец главы)