Формация была завершена.
На первый взгляд в ней не было ничего особенного. Однако Чжао Хай мгновенно ощутил — природная энергия в этом пространстве разом вернулась к прежнему состоянию и даже стала сильнее. Ведь прежде это была лишь энергия, которую Сердце Природы непроизвольно рассеивало, а теперь её направлял сам Чжао Хай. Разница была очевидна.
Убедившись, что формация работает исправно, Чжао Хай успокоился.
Но на этом дело не закончилось. Чжао Хай мысленно дал приказ, и земля вокруг осела, полностью скрыв формацию. Затем он достал горсть семян и рассыпал их здесь же. В мгновение ока пространство заросло растениями — и те ещё и светились, отчего место становилось ещё прекраснее.
После этого Чжао Хай создал небольшое озеро, которое должно было служить источником воды, стремясь максимально вернуть пространству прежний вид.
Покончив со всем этим, он потратил ещё больше десяти дней, прежде чем покинул пространство и вернулся в заповедные земли.
Оказавшись там, Чжао Хай сразу же принялся за проверку. Ему хотелось узнать, восстановились ли растения заповедных земель. Он вновь отправился к той роще, где проводил испытания, срубил отросшие деревья и полил землю водой, чтобы посмотреть на результат.
Поначалу эффект был не слишком хорош. Деревья хоть и росли куда быстрее, чем в других мирах, но по сравнению с прежними заповедными землями уступали сильно. Однако спустя несколько часов скорость роста полностью восстановилась. Чжао Хай провёл ещё несколько испытаний, и деревья окончательно вернулись к прежнему состоянию.
Увидев это, Чжао Хай с облегчением выдохнул. Как бы то ни было, его замысел удался — значит, и тревожиться больше не о чем.
Уладив здесь всё, Чжао Хай не стал больше никуда отправляться. Ему нужно было вернуться в горный город и заняться большими формациями. Их перестройка требовала времени — за один день такое не делается.
К возвращению Чжао Хая остальные отнеслись спокойно. Хотя эти дни он провёл снаружи, Империя Мимунь работала как обычно. Дела, требовавшие его личного участия, передавались через телепортационную формацию, он их решал и отправлял обратно. Потому о беспорядках в Империи можно было не волноваться.
Вернувшись в растительный город, Чжао Хай сразу запустил план перестройки горных городов. Поскольку изменения были невелики, требовалось немного людей, и работа шла быстро.
Эта перестройка заняла около месяца. Во все двенадцать великих формаций Чжао Хай установил глаза формаций, служившие источниками энергии. Это усилило защитные способности формаций и повысило концентрацию природной энергии в заповедных землях. Причём энергия не утратила живости, лишившись Сердца Природы — она осталась такой же, как прежде. Теперь растения здесь росли ещё быстрее: сруби дерево, полей водой — и оно тут же отрастёт; даже без воды через несколько дней поднимется. К тому же все деревья словно стали крепче.
Узнав об этом, Чжао Хай остался доволен. Перестройка формаций явно удалась — для Империи Мимунь это было благом. Формации стали сильнее, значит, больше энергии получит и Мир Духовного Оружия. Так что даже если Врата Злых Призраков явятся снова, бояться нечего.
Впрочем, Чжао Хай прикинул время: скоро должен был прийти Ся Юй. В последнее время тот почти не связывался с ним — лишь однажды сообщил, что изготовил для Ху Юаня формацию связи и передал ему. Чжао Хай даже поговорил с Ху Юанем через эту формацию — результат оказался хорошим, и он окончательно успокоился. Что до того, когда именно придёт Ся Юй, Чжао Хай не торопил события.
Зато Ся Юй рассказал ему одну вещь: их прошлый эксперимент действительно удался. То растение, которое Чжао Хай нашёл для Ся Юя — почти обретшее разум, — вскоре после прибытия в Мир Мечевого Духа действительно одухотворилось. И оно до сих пор живо и прекрасно себя чувствует. Природная энергия, которую оно испускает, по-прежнему очень живая. Все эти пять лет Ся Юй культивировал, используя эту энергию, и прогрессировал очень быстро — чему был несказанно рад.
Услышав это, Чжао Хай тоже обрадовался. Раз растения заповедных земель полезны для культивации, это открывало большие возможности. В будущем, попав в высший мир, он сможет дать каждому вознёсшемуся из Империи Мимунь по такому растению — и их культивация ускорится. Для его замысла создать собственное влияние это было отличной идеей.
Завершив перестройку формаций, Чжао Хай поинтересовался и делами Мира Душ. Там всё было неплохо, на континенте Иномирцев тоже. Всё больше людей понимали, какими правами они теперь обладают, и потому всё больше сердец склонялось к Империи Мимунь — ведь эти права дала им именно она. Вернись они к прежней жизни — потеряли бы всё. Этого им не хотелось.
Можно сказать, Империя Мимунь принесла с собой новый порядок и силой его утвердила. А затем разными благами заставила простых людей его принять. После этого они уже не могли без него обойтись — у людей есть инерция. Как с едой: если каждый день ешь белый рис, не замечаешь; но если раньше питался грубой пищей, а потом попробовал изысканную — ощущение совсем иное. Привыкнув к хорошему, вернуться к плохому невозможно — сам не выдержишь.
Так и Империя Мимунь: заставила жителей континента Иномирцев, привыкших к «грубой пище», попробовать «изысканную». И теперь вернуться к прежнему они ни за что не согласятся.
На континенте Иномирцев всё было спокойно, на континенте Письменности — тоже. Однако восемь великих академий континента Письменности сделали шаг: они захотели открыть филиалы во всех горных городах Империи Мимунь.
Чжао Хай согласился. Но с условием: академии можно строить, однако они обязаны соблюдать законы Империи Мимунь. И это лишь академия — она не должна участвовать в управлении. К тому же в академии нельзя внушать ученикам, что академия превыше всего. Даже если говорить, то только так: превыше всего — Империя Мимунь. Только при выполнении всех условий академии могли быть открыты.
Чжао Хай не был консерватором, но прекрасно понимал одну вещь — культурную экспансию. Ещё на Земле он усвоил это. Разве мало примеров, когда древняя цивилизация, некогда гордый народ, из-за временного отставания проникался чувством неполноценности? А затем, улучив момент, чужая культура вторгалась, и некоторые начинали считать, что луна на чужбине ярче, что всё чужое лучше, забывая о гордости своего народа.
Именно поэтому Чжао Хай хотел предотвратить это в корне. Он хотел, чтобы Империя Мимунь стала гордостью её жителей.
Континент Письменности, разумеется, согласился на условия Чжао Хая — иначе академии не открыть. Больше того, они пошли на уступки: даже попросили Империю Мимунь прислать людей для управления академиями. Услышав это, Чжао Хай очень обрадовался. Это означало, что восемь великих академий приоткрыли дверь. А через неё можно постепенно проникнуть внутрь и в конце концов полностью взять их под контроль.
Это был лучший способ — бескровно подчинить восемь академий и тем самым получить власть над всем континентом Письменности. Чжао Хай не возражал против такого вхождения академий в Империю Мимунь; более того, если они войдут, он вполне мог сохранить их названия для управления. Форма управления Империи Мимунь не обязательно должна делиться на области или горные города — можно действовать гибко.
Ни одна система не бывает идеальной. И люди, и обычаи везде разные. Навязывать одну систему всем — невозможно. Нельзя управлять пастбищем как фермой; нельзя управлять заповедником как скотным двором. Система должна меняться вместе с условиями. Хороша та система, что лучше всего подходит местным. Можно вносить небольшие изменения, но нельзя сразу ломать всё — это вызовет отторжение, и последствия будут плохими.
Как с Чжао Хаем. Если бы он вздумал управлять континентом Иномирцев так же, как горными городами, — ничего бы не вышло. Жители Иномирцев тут же восстали бы. А если бы он управлял горными городами по обычаям Иномирцев — там воцарился бы хаос.
Так же и с континентом Письменности. Веками его жители привыкли, что всеми делами ведают академии. Они привыкли к их правлению. Если насильно ввести имперскую систему, даже если позволить им выбирать правителя голосованием, они не согласятся. Напротив, сочтут это оскорблением академий. Потому лучше сохранить управление через академии, лишь слегка изменив его, чтобы люди лучше понимали свои права и законы, которым должны подчиняться. Так континент Письменности без потрясений войдёт в Империю Мимунь.
(Конец главы)