Дао Байсюн тоже увидел Чжао Хая, и на его лице внезапно всплыла безумная улыбка. Он заорал:
— Тянь Хэцао, ты видишь? Всё это создал ты — ты!
Чжао Хай стоял на Корабле Короля Призраков и холодно смотрел на него, не проронив ни слова.
Видя, что тот не отвечает, Дао Байсюн обезумел ещё сильнее и, впившись в Чжао Хая взглядом, заговорил:
— Трон Государства Души Сабли по праву должен был принадлежать мне, но в итоге его отняли ты и Дао Байин! Но ничего — я помог младшему брату вернуть трон. Этот трон не должен достаться Дао Байину! А те люди, они хотели захватить Государство Души Сабли? Не бывать этому! Государство Души Сабли принадлежит только нашему роду Дао, никто его не отнимет! А теперь явился ты, Чжао Хай. Зачем ты появился? Государство Души Сабли стало таким из-за тебя — из-за тебя!
Чжао Хай взглянул на людей, стоявших рядом с Дао Байсюном. Все они с безумным видом смотрели на него.
Чжао Хай посмотрел на них и произнёс:
— Бесполезно. Вы знаете, из-за чего всё это. Дао Байсюн, на самом деле ты давно проиграл, просто не хочешь это признать. Ты безумствуешь сейчас, творишь всё это только потому, что боишься — боишься проиграть, боишься, что Государство Души Сабли погибнет по твоей вине. Но ты не подумал: чем больше ты это делаешь, тем глубже толкаешь Государство Души Сабли в пропасть. Ты давно проиграл.
— Нет! Я не мог проиграть! Я не мог проиграть! Я обязательно добьюсь успеха! Я стану величайшим государем Государства Души Сабли! Даже если не величайшим государем, то величайшим князем крови! Я не проиграю — нет!
Чжао Хай взглянул на Дао Байсюна и холодно усмехнулся:
— Сейчас все эти слова бесполезны. Величайший ты или нет — решаешь не ты. Величие определяют другие.
Дао Байсюн безумно завопил:
— Нет! Я величайший! Я и есть величайший! Никто меня не остановит! Убей — убей его!
С его криком те, кто после кровавого жертвоприношения стал невероятно сильным, тоже безумно ринулись к Чжао Хаю.
Но Чжао Хай не обращал на них внимания. Он открыл золотую книгу, сел на землю и начал читать:
Бодхисаттва, обретя неразрушимое сознание, практикует все благие деяния, потому может радовать Будду. Мудрый этим посвящает заслуги, подносит бесчисленным буддам, творит даяние, соблюдает обеты, укрощает чувства, желая принести пользу всем существам, дабы всё стало чистым...
Он читал гатху бодхисаттвы Ваджрадхваджи из «Аватамсака-сутры». С чтением над кораблём появилась огромная статуя Будды. Едва Будда явился, как кровь в городе стала медленно превращаться в чистую воду; раны на трупах постепенно исчезали, и они становились безмятежными, словно спящие. Те, кого кровь превратила в чудовищ, с воплями медленно возвращались к человеческому облику — но одновременно умирали.
Дао Байсюн, видя всё это из дворца, стал пепельно-серым. Он пробормотал:
— Нет, этого не может быть... Призрачные клинки-солдаты непобедимы, предок не мог меня обмануть... Призрачные клинки-солдаты непобедимы, непобедимы!
Он поднял голову, взглянул на Чжао Хая, и глаза его налились кровью:
— Нет, я не дам тебе всё разрушить! Не дам!
С этими словами он выхватил длинный меч и взмахнул им. Несколько человек из рода Дао, стоявших рядом, были зарублены. Затем Дао Байсюн поднял голову, посмотрел на Чжао Хая и безумно расхохотался:
— Ты меня не остановишь! Отправимся вместе в ад!
С этими словами он обратил меч на себя и одним ударом покончил с собой.
Его кровь и кровь нескольких людей рода Дао вытекла. Крови было немного, но она собралась вместе, медленно вытекла из дворца и добралась до улиц. Кровь на улицах почти превратилась в чистую воду, но, коснувшись этой крови, снова стала кровью. Затем вся кровь в Хэндао словно вскипела, пошли кровавые пузыри. Все трупы, которых коснулась эта кровь, мгновенно растворялись; те, кто уже вернулся к человеческому облику, тоже медленно сливались с кровавой водой.
Чжао Хай, увидев это, невольно изменился в лице и пробормотал:
— Кровавый демон... Не думал, что по воле случая Дао Байсюн станет кровавым демоном. Это уже морока.
Кровавый демон — это демоническое существо, рождённое из человеческой обиды. Но не всякая обида порождает кровавого демона — человек с обидой должен занимать высокое положение; к тому же нужно убить достаточно людей для кровавого жертвоприношения. Только так рождается кровавый демон. Можно сказать, каждый кровавый демон при жизни был государем, владыкой.
Впрочем, новорождённый кровавый демон обычно обладает лишь одним инстинктом — той обидой, что была в его сердце при рождении. Он действует по этой обиде, и лишь став достаточно сильным, обретает разум и постепенно возвращает память.
Но и новорождённый, и разумный кровавый демон одинаково страшны. Они могут атаковать кровь, управлять кровью и почти обладают бессмертным телом — потому что могут существовать во всей крови. Даже если сбежит одна капля, они возродятся.
Лучший способ справиться с кровавым демоном — уничтожить душу в его теле. Только уничтожив душу, можно по-настоящему убить кровавого демона.
Но у кровавого демона есть и польза. Для культиватора он хоть и морока, но даёт огромное преимущество — его можно влить в своё тело и превратить в двойника кровавого демона.
Этот двойник может действовать отдельно, помогая в бою; может скрываться в теле, давая силу крови. Даже в бою с врагом можно внезапно использовать двойника, чтобы обратить кровь врага вспять и остановить его атаку, а затем убить.
Помимо этого, двойник кровавого демона может поглощать кровь врагов. Конечно, кровь внутри врага поглотить нельзя, только если враг уже мёртв или ранен и кровь выступила. Поглотив кровь врага, ты становишься сильнее, тело крепче, а главное — раны заживают быстрее. Можно даже вложить в двойника свой духовный отпечаток, и тогда ты почти обретёшь бессмертное тело.
Но поскольку условия для рождения кровавого демона крайне суровы, а сам он очень силён и его труднее всего уничтожить, мало кто из культиваторов, зная о его преимуществах, получал такого двойника.
Раньше Чжао Хаю двойник кровавого демона был не нужен — его прежнее тело почти достигло возрождения из капли крови, как у кровавого демона. Но теперь всё иначе. Сейчас он лишь в Мире Душ. Когда он вознесётся, враги будут сильны. Как бы ни был хорош его большой магический инструмент, в Мире Мечевого Духа большие магические инструменты не самая грозная сила. Настоящая сила — духовные инструменты и сокровища. Когда они действуют, рушатся небеса и земля. Потому боевая мощь Чжао Хая в Мире Мечевого Духа ещё не позволит ему властвовать.
Но с двойником кровавого демона всё иначе. Если влить его в тело, Чжао Хай станет ещё сильнее. Тогда и в высшем мире у него будет защита.
Потому, хоть Чжао Хай и сказал, что появился кровавый демон, он не досадовал. Напротив, он счёл это возможностью — если удастся влить двойника в тело, это будет прекрасно.
С этой мыслью Чжао Хай мысленно убрал Корабль Короля Призраков в пространство. Затем он посмотрел на появившегося внизу кровавого демона.
Это был новорождённый кровавый демон, огромный, словно кровавое озеро. В нём проступали бесчисленные демонические личины из крови, но лишь одна была человеческой формы.
Тот человекообразный кровавый демон ещё не умел говорить, но смотрел на Чжао Хая взглядом, полным ненависти.
Рёв —!
Кровавый демон разинул рот и издал громкий рёв. Затем всё кровавое озеро ринулось к Чжао Хаю.
Чжао Хай, увидев это, вздохнул. Затем он сел в воздухе, скрестив ноги, медленно закрыл глаза, сложил руки в знак и положил их на живот. Весь его облик стал величественным, как у погружённого в медитацию монаха.
Тут кровавое озеро накрыло Чжао Хая. И он почувствовал, что вся кровь в его теле словно вскипела, будто готова вырваться наружу.
Но Чжао Хай не удивился. Он знал, что это способность кровавого демона атаковать кровь. У слабого человека при проходе кровавого демона кровь прорывает кожу и вливается в него. У сильного же почти нет влияния — если только не оказаться, как сейчас, полностью накрытым. Но и тогда можно сопротивляться. Только убить кровавого демона очень трудно.
Вэньхай и остальные всё это время наблюдали за Хэндао издалека. Они видели, как Чжао Хай вызвал большого Будду, как гиганты падали один за другим. Они думали, что бой выигран, но не ожидали, что Чжао Хай вдруг уберёт Корабль Короля Призраков, сядет, и его накроет кровавое море. Они знали, что оно опасно, но ничего не могли сделать — Чжао Хай приказал не приближаться к Хэндао без его команды.
Вэньхай волновался, но верил в Чжао Хая. Ху Юйлун тоже забеспокоился и, не удержавшись, посмотрел на Шичуя и Вэньхая:
— Вэньхай, Шичуй, что делать? Сяо Хай, кажется, в опасности?
Вэньхай покачал головой и промолчал.
Шичуй же произнёс:
— Не волнуйтесь, с молодым хозяином всё в порядке.
Шичуй был жизненным оружием Чжао Хая. Если бы с Чжао Хаем что-то случилось, он почувствовал бы первым — потому и говорил так уверенно.
(Конец главы)