Лю Кайдэ взглянул на письмо в руке и невольно вздохнул с облегчением. Академия наконец решила прислать ему теневые пушки.
Он отложил письмо и тотчас поспешил к городской телепортационной формации. Едва он встал на место, как на формации сверкнул белый свет, и в ней появилась огромная махина. Она была около двух метров высотой; внизу — квадратное основание, сверху — нечто вроде диска. В центре диска вертикально торчал железный стержень длиной более метра, похожий на приёмник сигнала с неба.
Увидев эту громадину, Лю Кайдэ глубоко выдохнул и, повернувшись к одному из командующих, произнёс:
— Немедленно организуй людей, пусть доставят её на стену. Запомни: железный стержень должен быть направлен на лагерь Чжао Хая.
Тот командующий с недоумением посмотрел на махину и спросил:
— Генерал, что это за вещь?
Лю Кайдэ низким голосом произнёс:
— Это оружие, изготовленное Святой академией по записям, оставшимся от империи Небесного меча. Его мощь очень велика, куда больше, чем у баллисты. Иди, найди людей и поставь его на стену.
Тот командующий тотчас отозвался и велел людям доставить махину на городскую стену.
А этот момент вскоре увидел Лю Хун, постоянно следивший за городом. Он тотчас сообщил обо всём Чжао Хаю.
Едва услышав это, Чжао Хай сразу вышел за лагерь и взглянул на стену Наньюй. К этому времени теневую пушку уже доставили на стену.
Чжао Хай взглянул на неё, и в душе у него что-то дрогнуло. Эта вещь напоминала формационную пушку, которую он когда-то изготовлял. К тому же сейчас шла великая война, и люди Святой академии не стали бы выставлять на стену бесполезную вещь. Похоже, эта штука должна была сослужить большую службу.
Чжао Хай подумал и тотчас вернулся в лагерь, созвав всех командующих в центральный шатёр. Когда все собрались, Чжао Хай заговорил:
— Вы все знаете, что Святая академия привезла что-то неизвестное и поставила на стену. Я только что ходил взглянуть. Весьма вероятно, что это тоже магический инструмент, причём дальнобойный. Полагаю, мощь его немала — возможно, это наследие империи Небесного меча. Потому завтра при наступлении будьте осторожны. Всем отрядам, у которых есть барьерные формации, немедленно включить их. Отряд с электросветовыми формациями пусть пока не выступает. Дождёмся, когда узнаем, для чего эта вещь, и тогда пустим его в дело.
Все дружно отозвались. Они тоже понимали: то, что осталось от империи Небесного меча, — всё хорошие вещи, и мощь у них большая. Если Святая академия выставила именно такое наследие, мощь его немала. Если они опрометчиво пойдут в атаку, последствия могут быть ужасны.
Чжао Хай взглянул на всех:
— Хорошо, завтра, кроме отряда с электросветовыми формациями, все остальные наступают по прежнему плану. Идите готовиться.
Все отозвались и вышли.
Чжао Хай остался сидеть в шатре, мысленно возвращаясь к теневой пушке. Хотя он пока не знал её названия, он примерно догадывался, что это такое — потому что сам использовал нечто подобное. Так что предположить было нетрудно.
Однако Чжао Хай не знал, какова мощь этой теневой пушки. Потому завтрашнее наступление должно было стать прежде всего проверкой — посмотреть, какова её сила.
.....
На следующее утро, позавтракав, они вновь начали штурм.
Чжао Хай и его люди действовали по заведённому порядку. Баллисты, камнемётные машины, осадные башни, передвижные осадные башни — всё, что нужно для штурма, было подготовлено. Затем наступающие войска покатили баллисты вперёд. Дойдя до позиции, баллисты открыли огонь.
Лю Кайдэ в это время стоял на городской стене. Он взглянул на баллистные батареи Чжао Хая. Они сильно отличались от их собственных. Их баллисты обычно были стационарными, и передвигать их было крайне хлопотно. А у Чжао Хая — нет: их баллисты стояли на повозках. Потому при наступлении достаточно было подкатить баллистные повозки к нужному месту. Это было куда удобнее, чем таскать их на руках.
Разумеется, при штурме города это удобство не так бросалось в глаза. Зато в походе — очень даже. Баллисты одной стороны были крайне громоздкими, в походе их приходилось грузить на большие телеги, да ещё и разбирать, чтобы погрузить, — настоящее бремя для армии.
А баллистные повозки Чжао Хая — совсем другое. Их можно было запрячь лошадьми и просто везти. Это было куда удобнее.
Увидев это, Лю Кайдэ невольно вздохнул. Уже по одним баллистам видно: то, что делают Чжао Хай и его люди, действительно сильнее Святой академии. Пока армия Святой академии всё ещё использует неуклюжие баллисты, Чжао Хай уже применяет эти лёгкие баллистные повозки. Святая академия начала отставать.
Отставать? Если бы кто-то из Святой академии услышал это слово, он бы рассмеялся. Когда это их Святая академия отставала? Она всегда опережала весь Мир Духовного Оружия — потому что у неё были обширные материалы, оставшиеся от империи Небесного меча. Как она могла отстать?
Но Лю Кайдэ сейчас действительно чувствовал, что они отстали — намного отстали от Чжао Хая. Баллисты, барьерные формации, электросветовые формации — всё это Чжао Хай и его люди могли производить массово. А у них не было ничего, что можно было бы противопоставить. Теневая пушка хоть и хороша, но слишком громоздка, передвигать её неудобно. Для обороны города ещё годится, а для наступления такое таскать с собой — обуза.
Стрелы баллист Чжао Хая сыпались, словно тучи, заслоняя небо. Но Лю Кайдэ ничуть не тревожился. Стрелы, достигшие предельной дальности, не могли причинить ему вреда. Если бы он не мог отбить даже такие стрелы, то напрасно жил бы на свете.
Стоявший рядом командующий тоже не обращал внимания на стрелы и заговорил:
— Генерал, это лишь первая волна атаки Чжао Хая. После того как они подавят нас, они подтянут камнемётные машины и начнут обстрел. Затем в дело вступит их оружие, испускающее белый свет. И лишь потом они пойдут на стену.
Лю Кайдэ кивнул и низким голосом произнёс:
— Хорошо, передай приказ. Все теневые пушки готовы, нацелены на баллистные батареи врага. Первый залп — залпом. Вчерашние наставления по использованию все запомнили?
Тот командующий тотчас ответил:
— Все запомнили, прошу генерала не беспокоиться.
Лю Кайдэ кивнул и махнул рукой. Тот командующий сложил руки перед Лю Кайдэ и, повернувшись, громко произнёс:
— Все теневые пушки, готовность, корректировка угла!
Теневые пушки тоже можно было наводить. Но диапазон наводки был очень мал — только небольшое вертикальное смещение. В процессе наводки они даже уступали баллистам Чжао Хая.
Впрочем, сейчас теневые пушки обслуживали те, кто отлично владел баллистами. Хотя они впервые использовали теневые пушки, надо признать, что они оказались куда проще в обращении, чем баллисты, и легко осваивались.
Когда угол был выставлен, тот командующий низким голосом произнёс:
— Хорошо, готовность, огонь!
С его приказом один из расчётов тотчас подал энергию в теневую пушку. Как только энергия поступила, из пушки медленно начал сочиться чёрный свет. В конце концов этот свет сосредоточился на железном стержне. Затем чёрный сгусток света вырвался из стержня.
В отличие от баллистных болтов, которые летели по параболе, чёрный сгусток летел по прямой и с огромной скоростью.
В тот момент, когда теневая пушка выстрелила, Чжао Хай стоял на высоком помосте у лагерных ворот и наблюдал за Наньюй. Он знал, что противник непременно применит это оружие. Ему лишь хотелось узнать, какова его мощь.
Едва увидев выстрел, Чжао Хай сверкнул глазами. Чёрный свет мелькнул — и уже оказался перед баллистными батареями. Затем, в нескольких десятках метров от батарей, с грохотом взорвался.
После взрыва Чжао Хай почувствовал, что барьер, созданный их барьерными формациями, лопнул. Затем чёрный свет ударил в передние ряды солдат, обслуживавших баллисты. Те солдаты, в которых попал чёрный свет, даже не успели вскрикнуть — сразу упали на землю. Чжао Хаю не нужно было смотреть, чтобы понять: они мертвы.
Чжао Хай обнаружил, что энергия, выпущенная этой формационной пушкой врага, обладает тёмной природой. А такая энергия воздействует напрямую на душу человека. Конечно, не на изначальную силу души-оружия, но даже так этого достаточно, чтобы легко убить человека.
К тому же эта энергия была очень сильна. Чжао Хай прикинул: эта энергия намного мощнее электросветовой формации. Если энергию электросветовой формации принять за единицу, то энергия этой формационной пушки — примерно семь-восемь. Разница почти в десять раз.
Чжао Хай глубоко выдохнул и низким голосом произнёс:
— Сигнал к отступлению. Отводить войска.
Гонец рядом с ним тотчас передал приказ. Вскоре в строю зазвучали сигналы к отступлению. Наступавшие солдаты медленно отошли в лагерь, не дав Лю Кайдэ и его людям возможности выстрелить второй раз.
Лю Кайдэ и его люди не выстрелили второй раз главным образом потому, что перезарядка теневой пушки была слишком медленной. Нужно было сначала извлечь использованную костяную жемчужину, затем вставить новую и лишь потом стрелять. К тому же место для закладки жемчужины было спроектировано крайне неудачно — внизу основания. Заряжать было очень трудно.
Лю Кайдэ также заметил, что барьерные формации в войске Чжао Хая, похоже, перестали действовать. Он прекрасно понимал: выстрели они ещё раз сейчас — и потери Чжао Хая были бы огромны. Но из-за проблем с перезарядкой им оставалось лишь беспомощно смотреть, как войска Чжао Хая отходят в лагерь, упуская прекрасную возможность развить успех.
От этого Лю Кайдэ в ярости пнул зубец стены перед собой так, что тот отлетел, и, повернувшись, ушёл в свою комнату.
(Конец главы)