Месяц — срок не длинный и не короткий — пролетел, словно песок сквозь пальцы.
За этот месяц Чжао Хай, казалось, не совершил ничего грандиозного, но всё государство Лун уже крепко лежало в его ладони. Проведённые им реформы, словно весенний дождь, увлажняющий землю, тихо и незаметно, но вершок за вершком проникали в сердца жителей Лун. Теперь они уже не тосковали по прежнему государю. В их сердцах Чжао Хай и был их государем — государем навеки. Ведь он относился к ним поистине хорошо.
И это было именно то, чего добивался Чжао Хай.
Столь поспешно он проводил реформы в государстве Лун прежде всего потому, что здесь почти не осталось великих родов. Реформы шли с минимальным сопротивлением, словно нож резал тофу — чисто и легко.
Вторжение государства И обратило в прах многие рода Лун. Те, у кого были силы и связи, давно бежали из государства. А по обычаям континента Иномирцев, после покорения страны все земли внутри неё отходили государству и перераспределялись заново. Простые люди порой и вовсе лишались земли.
Государство И поступило именно так.
Потому земли Лун теперь полностью принадлежали казне. Реформы Чжао Хая шли почти без препятствий. Сейчас они уже вступили в стадию перераспределения земли. Чжао Хай вовсе не собирался раздавать всю землю Лун простым людям и, разумеется, не собирался делать государство Лун точной копией Империи Мимунь. Одной Империи Мимунь было вполне достаточно.
Месяц пролетел незаметно.
В этот день Чжао Хай разбирал бумаги во дворце. Государство Лун только что перешло под его руку, дел было множество — они громоздились на столе, словно спутанный клубок, и ему приходилось выкраивать время, чтобы разобраться с ними.
Пока он просматривал бумаги, из-за двери донёсся голос Лайси:
— Ваше Величество, посланник государства И И Фэй просит аудиенции.
Чжао Хай слегка улыбнулся и отложил кисть:
— Наконец-то. Пусть войдёт.
Лайси отозвался и громко объявил:
— И Фэй приглашается на аудиенцию!
Голос разнёсся вдаль, подхваченный эхом, словно круги по воде, и раскатился по дворцовым стенам.
Вскоре И Фэй подошёл к кабинету Чжао Хая и произнёс:
— Посланник государства И И Фэй просит аудиенции у Вашего Величества!
Чжао Хай произнёс:
— Входи.
Лайси открыл дверь, и И Фэй вошёл.
Едва войдя, И Фэй тут же опустился на колени и отвесил глубокий поклон:
— И Фэй приветствует Ваше Величество. Да будет благословенно Ваше Величество.
На континенте Иномирцев земной поклон был великой церемонией.
Чжао Хай кивнул:
— Встань. Говори, с чем пришёл? Надеюсь, не снова просить времени? И Фэй, моё терпение небеспредельно. Надеюсь, на этот раз ты принёс добрые вести.
И Фэй поблагодарил, поднялся и, услышав это, тут же сказал:
— Ваше Величество, малый чиновник прибыл именно с докладом — государство И полностью готово и ждёт, когда Ваше Величество прибудет принять капитуляцию.
Чжао Хай взглянул на И Фэя:
— Вот как? Это к лучшему. Но — раз государство И уже сдаётся, почему оно не пришло сдаваться прямо в наше государство Лун, а требует, чтобы я явился в государство И?
И Фэй тут же сказал:
— Ваше Величество, государство И хоть и сдаётся, но великие роды внутри него всё ещё опасаются. Они боятся, что, прибыв в государство Лун, Ваше Величество с ними расправится. Государь нашего государства тоже не в силах ничего поделать — ведь большая часть армии государства И в руках тех великих родов. Если они поднимут смуту, будет большая морока. Потому государь и был вынужден просить Ваше Величество прибыть принять капитуляцию.
Чжао Хай кивнул и произнёс:
— Вот оно что. Хорошо, я согласен. Послезавтра выступлю. Можешь идти.
И Фэй отозвался, снова поклонился Чжао Хаю и удалился.
Когда И Фэй ушёл, Чжао Хай произнёс:
— Позовите Вэньхая и остальных.
Лайси за дверью отозвался и поспешил за людьми.
Вскоре Вэньхай и остальные прибыли в кабинет Чжао Хая. Когда все сели, Вэньхай тут же сказал:
— Главарь, эти люди из государства И готовятся действовать? Я видел донесения от Шичуя — надо же, говорят, больше десяти тысяч мастеров, и среди них почти пятьсот уровня разрыва реки! И все они собрались во дворце государства И. Вот это размах! Главарь, на этот раз ты не можешь не дать нам действовать.
Чжао Хай улыбнулся:
— Не волнуйся, дам вам действовать. На этот раз вы будете ждать снаружи, и как только я подам сигнал, сразу ударите. Запомните: кроме нескольких человек, которые будут присматривать за Кораблём Короля Призраков, все остальные должны вступить в бой. Большими магическими инструментами не пользоваться — от них слишком много разрушений, могут пострадать невинные.
Вэньхай и остальные поняли Чжао Хая и кивнули.
Затем Вэньхай посмотрел на Чжао Хая:
— Но, главарь, если мы уничтожим государство И, а его жители всё равно будут против нас? Что тогда?
Чжао Хай посмотрел на них. Этот вопрос Вэньхай задал не только за себя — за всех.
Чжао Хай хорошо относился к простым людям, и это знали все в Империи Мимунь. Потому все чиновники Империи тоже хорошо относились к простым людям. Это стало обычаем.
Но не стоит забывать: здесь не Империя Мимунь, не Мир Духовного Оружия и не заповедные земли, а континент Иномирцев. Если местные простые люди восстанут против них, это создаст немало проблем и может привести к большим потерям среди обычных солдат. А опаснее всего — для чиновников. Именно поэтому Вэньхай и спросил — они хотели знать, как Чжао Хай относится к простым людям государства И.
Чжао Хай посмотрел на Вэньхая и остальных и произнёс:
— Запомните: мы из Империи Мимунь. Прежде всего — интересы Империи Мимунь.
Он помолчал, и взгляд его похолодел.
— Эти простые люди, если они не нападают на нас, остаются простыми людьми. Если нападут — они уже не простые люди, а враги.
— Как поступать с врагами — нужно вам объяснять?
Вэньхай и остальные, услышав это, похолодели. Они поднялись и, сложив руки в поклоне, сказали:
— Да, мы поняли.
Чжао Хай махнул рукой:
— Хорошо, идите готовиться. Послезавтра выступаем. Возьмём с собой тысячу боевых кораблей, остальные останутся здесь.
Вэньхай и остальные отозвались и удалились.
Глядя им вслед, Чжао Хай вздохнул и пробормотал:
— Я просто не хочу убивать, а не не смею. Неужели вы и впрямь думаете, что я добряк?
С этими словами он снова обратил взгляд к бумагам на столе.
Незаметно прошло два дня.
В этот день Чжао Хай должен был отправиться в государство И принимать капитуляцию. Дела государства Лун он уже давно уладил. Замещать его осталась Фэн Лихуа — она и прежде этим занималась, так что ничего страшного. К тому же теперь она решала не одна — при Чжао Хае уже был совет, помогавший управлять делами. Потому ежедневных забот у него было не так много.
Чжао Хай стоял на Корабле Короля Призраков. Позади него стояли Вэньхай, Хунхуа и Лайси. А рядом с Чжао Хаем был ещё один человек — И Фэй.
И Фэй стоял подле Чжао Хая и смотрел, как впереди стремительно отступают облака. В его взгляде прибавилось тревоги. Но И Фэй был человеком скрытным, потому на лице ничего не отражалось.
Тут Чжао Хай заговорил:
— И Фэй, знаешь, зачем я разбираюсь с государством И и даже заставляю его сдаться?
И Фэй опешил. Он не понял, что имел в виду Чжао Хай.
Зачем заставлять государство И сдаться? Да ясно же — потому что ты хочешь властвовать над континентом Иномирцев. Какая ещё причина? Но сказать так он, разумеется, не мог и произнёс:
— Поднебесной должен править тот, кто обладает добродетелью. Ваше Величество сильны и добродетельны, потому и должны получить Поднебесную. Государство И, сдавшись Вашему Величеству, последовало воле небес.
— Ха-ха-ха-ха, И Фэй, ты мастер говорить, — рассмеялся Чжао Хай. — Но одну вещь ты сказал верно: Поднебесной должен править тот, кто обладает добродетелью.
Он помолчал, глядя вдаль.
— Ты до сих пор не понимаешь, в чём сила нашей Империи Мимунь. Таких армий, как эта, мы можем собрать ещё вдвое.
— А наша Империя Мимунь вовсе не воинственна. Жители Империи живут очень хорошо, лучше, чем здесь, на континенте Иномирцев.
— О том, что произошло в государстве Лун, ты знаешь. Наши люди живут ещё лучше, чем нынешние жители Лун.
— Хе-хе… Потому я и думаю: если Поднебесной буду управлять я, это будет лучше, чем у них.
И Фэй молчал, но на лице его отразилась задумчивость.
О переменах в государстве Лун он знал. И тоже не понимал, почему Чжао Хай так добр к простым людям. Теперь, услышав его слова, он удивился ещё больше — он не понимал, к чему Чжао Хай клонит.
Чжао Хай сделал долгий выдох:
— Мир Душ бесчисленное множество раз воевал с Разрушителями. И каждый раз отбить их удавалось лишь ценой бесчисленных жертв. Почему?
И Фэй снова опешил. Он не понял, почему Чжао Хай вдруг перевёл разговор на Разрушителей. Какое отношение Разрушители имеют к его походу на континент Иномирцев?
Чжао Хай сам ответил на свой вопрос:
— Потому что Мир Душ отстал. Здесь нет формаций — я и слова такого прежде не слышал. Здесь нет больших магических инструментов. Потому, когда приходят Разрушители, жителям Мира Душ остаётся лишь бросать свои жизни против них.
— После каждой великой битвы с Разрушителями в Мире Душ гибнут бесчисленные мастера, исчезают бесчисленные техники. Весь Мир Душ словно отбрасывает на несколько сотен лет назад.
— Я вышел из Мира Душ. И, конечно, не хочу, чтобы так продолжалось. Я должен что-то сделать, чтобы всё изменить.
Тут Чжао Хай сделал долгий выдох и произнёс:
— Когда я покидал континент Души Оружия, там уже появились Разрушители. Потом я отправился на континент Письменности — там тоже появились Разрушители.
— А на континенте Иномирцев? Есть ли здесь Разрушители? Появление столь многих Разрушителей — не предзнаменование ли? Не значит ли это, что их станет ещё больше?
— Если Разрушители появятся и сейчас, сможет ли Мир Душ их сдержать? И как?
Взгляд его потяжелел, и голос понизился.
— От этих мыслей мне ещё сильнее хочется всё изменить.
(Конец главы)