Мир Духовного Оружия, вершина главного пика гор Святой академии.
Небесный свод высок и далёк, горный ветер свистит. Чжао Хай стоял плечом к плечу со всеми, и все взгляды были устремлены на висящую в воздухе человеческую фигуру — Ху Юаня.
Сегодня был день вознесения Ху Юаня.
Он хотел вознестись в Мире Душ, но в Мире Душ ещё не было вознёсшихся, а вознесение непременно производит оглушительный шум — в Мире Душ это привлекло бы слишком многих, потому так поступать было нельзя. Чжао Хай изначально намеревался позволить Ху Юаню вознестись в заповедных землях, но, поразмыслив, счёл это неподходящим — о существовании заповедных земель теперь знала лишь Ся Юй. Если Ху Юань вознесётся в заповедных землях и люди высшего мира сумеют каким-то образом их ощутить, у них будут большие неприятности. Потому в конце концов Чжао Хай решил выбрать местом вознесения Мир Духовного Оружия. Всё равно Врата Злых Призраков о нём знают, и вряд ли Врата Злых Призраков могли подумать, что именно здесь кто-то вознесётся.
Ху Юань тоже согласился с решением Чжао Хая. Он прекрасно понимал, что заповедные земли для Чжао Хая и остальных жизненно важны, и если там и вправду что-то случится, потери будут слишком велики.
Все неотрывно смотрели на Ху Юаня. Ху Юань стоял там, полностью высвободив свою силу. А над его головой из ниоткуда вдруг появились тучи, и в них то и дело вспыхивали змеи молний, словно накапливая силу, готовясь нанести громовой удар.
Лицо Чжао Хая было спокойным. Он не знал, удастся ли Ху Юаню вознесение на сей раз, но полагал, что шансов по меньшей мере восемьдесят процентов. Потому что карма на Ху Юане была не тяжела.
Так называемая карма — это, по сути, проявление причин и следствий. Если человек в низшем мире творил слишком много зла, на нём возникает карма, и закон Пути Неба узнаёт об этом. Когда придёт время вознесения, закон Пути Неба покарает тебя, причём куда жёстче, чем других. А Ху Юань хоть и убивал, но никогда не творил зла. Тем более его исследования в области растений принесли людям огромную пользу — те, кто воспользовался его исследованиями, испытывали к нему благодарность, а это и есть сила желания. Эта сила желания может уравновесить карму и даже уменьшить энергию громовой кары, что обрушится на Ху Юаня, помогая ему пройти небесную кару благополучнее.
Именно потому Чжао Хай и считал, что у Ху Юаня по меньшей мере восемьдесят-девяносто процентов шансов пройти небесную кару. Оставшиеся десять процентов — случайность.
Ху Юань смотрел на грозовые тучи в небе, но ничуть не тревожился. Он был уже немолод и прекрасно понимал: не попади он в заповедные земли, ему, возможно, никогда бы не вознестись, и даже срок жизни у него оставался всего ничего. В таком положении сама возможность вознесения была для него нежданной радостью. Сейчас душа его полностью успокоилась, и даже если он умрёт, ему было всё равно.
И тут в небе внезапно грянул гром —
Бум!
Затем молния ударила прямо в Ху Юаня. Ху Юань тихо вскрикнул, и на нём вдруг появилась лоза с цветком, похожим на призрака, на верхушке — это было его оружие, Призрачная Лоза.
Призрачная Лоза, словно дух-змея, метнулась от Ху Юаня навстречу молнии. Раздался грохот, Призрачная Лоза столкнулась с молнией, блеск молнии исчез, а Призрачная Лоза, лишь содрогнувшись и отпрянув назад, не проявила ничего иного.
Призрачная Лоза по-прежнему плясала в небе, как огромный питон, готовый вознестись и обратиться в дракона. Тут с неба ударила вторая молния — и на сей раз Призрачная Лоза вновь ринулась навстречу и отбила её. Но затем упала третья молния, и Призрачную Лозу отбросило вниз, а с неё осыпалось множество листьев.
Однако на этом дело не кончилось. Затем ударила ещё одна молния. Увидев это, Ху Юань холодно фыркнул, и по его мысленному приказу в тело Призрачной Лозы хлынуло множество зелёной энергии. Лоза словно воспрянула духом и вновь ринулась навстречу молнии.
Затем одна за другой падали всё новые громовые кары, и Ху Юань непрерывно направлял в Призрачную Лозу энергию. Когда ударила девятая громовая кара, энергия в теле Ху Юаня уже иссякла, а Призрачная Лоза обуглилась дочерна. На сей раз лоза не ринулась вверх, а сжалась в комок, словно большой щит, заслонив Ху Юаня.
Бум!
Молния тяжело ударила в лозу-щит, и большая часть Призрачной Лозы разлетелась пеплом, но Ху Юаня она не задела. И всё же Ху Юань выплюнул полный рот крови — ведь он был связан с Призрачной Лозой душой, и, раз лоза пострадала, он тоже получил ранение.
Впрочем, Ху Юань лишь покачнулся, но выстоял.
И тут тучи в небе внезапно обратились в семицветные благоприятные облака. Затем по всему небу заплясали цветные лучи, повеяло необычайными ароматами, зазвучала небесная музыка. Затем повреждённая Призрачная Лоза в один миг восстановилась до наилучшего состояния, а раны Ху Юаня полностью зажили. Под ногами Ху Юаня появилось семицветное благоприятное облако, и Ху Юань, стоя на нём, казался небожителем.
Затем цветные лучи с семицветного облака медленно опустились на Ху Юаня. Ху Юань обвёл всех взглядом, слегка улыбнулся и мрачно произнёс:
— Хэцао, я буду ждать тебя наверху.
С этими словами семицветное облако опустилось и окутало Ху Юаня. Затем семицветное облако исчезло, и Ху Юань тоже исчез с этого места.
Чжао Хай и остальные смотрели на опустевшее небо и невольно вздохнули. У Ху Юйлуна и остальных покраснели глаза, и они поклонились в ту сторону, где исчез Ху Юань.
Чжао Хай обернулся к Ху Юйлуну:
— Восьмой дядя, возвращайся. Усердно совершенствуйся и как можно скорее отправляйся в высший мир, чтобы увидеться с дедушкой.
Ху Юйлун и остальные кивнули. Они тоже хотели поскорее увидеться с Ху Юанем и понимали — это хорошее дело. Ху Юань вознёсся, а не умер, и им следовало радоваться за него.
Чжао Хай обвёл взглядом остальных и мрачно произнёс:
— Хорошо, всем нужно лишь усердно совершенствоваться, и рано или поздно вы тоже сможете вознестись в высший мир. А теперь идите готовиться — завтра истекает пятилетний срок, и, возможно, завтра придут люди из Врат Злых Призраков. Нам нужно быть осторожнее.
Все дружно отозвались и разошлись. А тем временем магические формации в горах Святой академии вновь поднялись.
Чжао Хай вернулся в свою комнату на главном пике. Шичуй, Вэньхай и остальные уже собрались, включая Лун Тяньлиня и прочих владык городов и глав областей.
Чжао Хай взглянул на этих гражданских и военных и мрачно произнёс:
— Завтра истекает пятилетний срок Врат Злых Призраков. Неизвестно, появятся ли они на сей раз. К счастью, каждый раз, когда они появляются, небо затягивают чёрные облака, так что можно подготовиться заранее. Но всё же нужно быть осторожными. Давайте так: если завтра чёрные облака не появятся, то девять горных городов Мира Духовного Оружия переходят с первого уровня боевой готовности на второй. А если чёрные облака появятся — значит, они явятся, и тогда готовьтесь к бою.
Услышав это, все кивнули.
Первый уровень боевой готовности, о котором говорил Чжао Хай, — это как сейчас: можно в любой момент начать войну, всем в городах запрещено выходить наружу. А второй уровень боевой готовности — иначе: жители городов могут выходить, но должны подать заявку и получить одобрение. Разумеется, это «выходить» означает отправляться по делам в Мир Духовного Оружия, например за продовольствием, а не в заповедные земли или Мир Душ — туда ограничений не было.
Чжао Хай обвёл всех взглядом и мрачно произнёс:
— Хорошо, все возвращайтесь, готовьтесь. Всё решится завтра.
Все отозвались и разошлись готовиться. В это время у Империи Мимунь не было других дел — все силы были направлены на противостояние Вратам Злых Призраков.
День пролетел незаметно. Но в этот день в небе не появилось чёрных облаков. Все прождали весь день, но ничего не обнаружили, и в конце концов пришлось перейти на второй уровень боевой готовности.
Хоть это многих и успокоило, Чжао Хай вовсе не радовался. Он прекрасно понимал, что радоваться нечему — пятилетний срок уже прошёл, и люди Врат Злых Призраков могли явиться в любой момент. Для них это не было чем-то хорошим.
Впрочем, сейчас Чжао Хай ничего не мог поделать. Ся Юй хоть и был из Мира Мечевого Духа, но происходил из рода Ся, и положение его в роде Ся было невысоким — он никак не мог разузнать о действиях Врат Злых Призраков. Потому сейчас им оставалось лишь пассивно обороняться.
Но Чжао Хай всегда помнил одну поговорку: «Тысячу дней можно быть вором, но тысячу дней караулить вора — нельзя». А им сейчас приходилось караулить тысячу дней, и ничего другого они придумать не могли.
Изначально Чжао Хай готовился начать военные действия против континента Души Оружия, но теперь этот план пришлось отложить — им приходилось уделять больше сил защите от Врат Злых Призраков.
И тут Чжао Хай почувствовал, что коммуникационная формация Ся Юя излучает белый свет. Он опешил, а затем у него загорелись глаза — Ся Юй написал ему в такое время, должно быть, по делу Ху Юаня. Чжао Хай тотчас подключился к сообщению Ся Юя.
Едва он подключился, как Ся Юй тихо рассмеялся:
— Господин Чжао Хай, старца Ху Юаня я уже встретил и устроил. Я вывез его с горы Линчи — там слишком беспокойно, а он только прибыл, ему не место в таком месте. Я нашёл в Южном море остров, куда могут свободно попадать странствующие культиваторы, и поместил его туда. Там очень безопасно, не тревожьтесь. Кстати, старец сейчас рядом со мной, хотите с ним поговорить?
Чжао Хай поспешно ответил:
— Да, благодарю вас, господин Ся Юй.
Ся Юй тихо усмехнулся и негромко произнёс:
— Не стоит.
С этими словами он передал формацию Ху Юаню. Затем пришла психическая сила Ху Юаня:
— Хэцао, не тревожься обо мне, здесь мне хорошо. Господин Ся всё устроил прекрасно. Ты не только обучил меня некоторым техникам, но и дал кое-какую здешнюю валюту — оказалось, что здесь в ходу камни. С этими вещами я смогу прожить здесь долго. К тому же на этом острове можно работать и самому зарабатывать себе на жизнь, так что не тревожься обо мне.
Чжао Хай кивнул:
— Хорошо, тогда я спокоен. Дедушка, если будет возможность, попроси господина Ся сделать тебе такую же формацию, тогда мы сможем переговариваться. Береги себя там, а если возникнут трудности, можешь попросить помощи у господина Ся — мы с ним в отношениях сотрудничества, думаю, он не откажет.
Ху Юань отозвался. Но его психическая сила по сравнению с людьми высшего мира была слишком слаба, потому он прервал разговор.
(Конец главы)