Лишь когда все монстры вернулись на корабли, Чжао Хай отвёл взгляд и повернулся к Лун Тяньлиню:
— Передай приказ: без моего слова никто не покидает горный город. Выходить можно только после того, как их флот окончательно уйдёт и мы убедимся, что опасность миновала. Понял?
Лун Тяньлинь откликнулся и тут же отправился распоряжаться. Спустя немалое время он вернулся и сказал:
— Ваше Величество, всё передано. Люди не выйдут, не беспокойтесь.
Чжао Хай кивнул и серьёзно произнёс:
— Думаю, они скоро уйдут. Смотри, эти монстры всё-таки слушаются серебряных посланников. Похоже, в стане масок демона серебряных посланников и вправду немало. Прежде мы недооценивали силы масок демона.
Говоря это, он указал на боевые корабли масок демона.
В этот миг вернувшиеся на корабли монстры о чём-то говорили с серебряными посланниками. Наконец посланники велели монстрам вернуться в трюмы. Затем серебряные посланники собрались вместе и о чём-то совещались. Через мгновение они разошлись по кораблям, и те медленно покинули морские воды континента смешанных духов.
Чжао Хай проследил за уходящим флотом и повернулся к Лун Тяньлиню:
— Выставь дозорных, чтобы эти твари не вернулись неожиданно. И следи за морскими зверями. Пусть все мечевые челны, что несут дозор, включат иллюзорные формации, чтобы звери их не заметили. Заодно смотри, не появится ли подозрительных зверей.
Лун Тяньлинь нахмурился:
— Глава, а как выглядят эти подозрительные звери? Их не так-то просто опознать.
Чжао Хай серьёзно ответил:
— Смотри, не появились ли в этих водах звери, которых здесь раньше не было, а теперь они вдруг плавают тут и словно бы за чем-то наблюдают.
Лун Тяньлинь горько усмехнулся:
— Это будет непросто.
Чжао Хай сказал:
— Не так уж и сложно. Зверей без разума они не пошлют. Пошлют только разумных. У таких зверей живой взгляд, больше эмоций в глазах, богаче мимика. Обрати на это внимание. И запомни: обязательно включайте иллюзорные формации, чтобы звери их не обнаружили.
Лун Тяньлинь откликнулся и пошёл распоряжаться. Он знал, что это дело нужно поручить лучшим — обычные солдаты не справятся.
Когда Лун Тяньлинь ушёл, Чжао Хай ещё некоторое время смотрел на изображение. Убедившись, что те действительно возвращаются на континент Острого Металла, он вернулся в свою комнату и вошёл в пространство.
В пространственной вилле Лаура и остальные были заняты.
Перед каждой стоял оптический компьютер, и они что-то на них вычисляли, погружённые в работу, так что даже не заметили появления Чжао Хая.
Чжао Хай взглянул на них и увидел, что они проектируют боевой корабль, способный действовать в море. В будущем он должен был стать одним из стандартных кораблей Империи Мимунь.
Было видно, что новый корабль рассчитан на небольшое число людей. Но линии его были очень плавными, а формаций на борту — множество. Причём многие формации предназначались не для атаки или защиты, а для придания кораблю большей подвижности.
Чжао Хай некоторое время наблюдал за ними, не отвлекая, затем сел в гостиной с чашкой чая и включил экран, стал смотреть на изображение.
На экране были люди в масках демона. Они всё ещё плыли по морю в сторону континента Острого Металла. Чжао Хай хотел убедиться, что они не вернутся.
Спустя какое-то время на его плечи легли чьи-то руки. Раздался голос Лауры:
— Хай-гэ, когда ты вернулся? Почему не позвал нас?
Чжао Хай обернулся, взглянул на них и улыбнулся:
— Ничего, зачем вас звать. Занимайтесь.
Лаура улыбнулась:
— Мы тоже хотим отдохнуть. Мэг уже пошла готовить еду. Хай-гэ, что тут интересного? Разве для слежки нужно так смотреть?
Чжао Хай улыбнулся:
— Ничего, просто смотрю на них.
Лаура кивнула и села рядом.
Чжао Хай взглянул на неё и слегка улыбнулся:
— Как продвигается проектирование корабля?
Лаура улыбнулась:
— Почти готово. Если этот корабль получится, это будет революция в истории магических инструментов. А каким он будет, я пока не скажу.
Чжао Хай рассмеялся.
Тут Мэг принесла фрукты. Все собрались вокруг и ели фрукты. Чжао Хай переключил экран на поле боя на континенте Духов Деревьев. Глядя, как монстры сражаются с людьми континента Духов Деревьев, они ели фрукты, и это было даже приятно, словно смотрели кино.
Чжао Хай и остальные, конечно, понимали, что это не кино, а реальность. Каждый раз, когда на континенте Духов Деревьев погибал человек, это означало, что кто-то действительно умер.
Но для Чжао Хая это ничего не значило. Они видели слишком много смертей. Такие сцены для них не были чем-то важным. Они могли есть фрукты и смотреть, как люди убивают друг друга, не испытывая ни малейшего дискомфорта.
Хорошо отдохнув в пространстве, Чжао Хай покинул его и вернулся в свою комнату. Затем позвал Дин Чуньмина, предупредил Лун Тяньлиня и вместе с Дин Чуньмином через телепортационную формацию отправился на континент Толстой Земли.
Оказавшись на горе у берега континента Толстой Земли, Чжао Хай нашёл место и поселился там.
Устроившись, Чжао Хай установил в пещере формацию. Вскоре на ней появилось изображение. Оно было необычным — это был меч Нефритового Золотого Света.
Дин Чуньмин не понял: меч Нефритового Золотого Света плавал в море. А он знал, что Чжао Хай в последнее время вроде бы не помещал меч в море.
Чжао Хай, видя его недоумение, слегка улыбнулся:
— Не удивляйся. Этот меч Нефритового Золотого Света — подделка, я его изготовил. К тому же внутри я поместил двух кукол, загримированных под нас. Враг увидит и не заподозрит.
Хотя у Дин Чуньмина оставалось много вопросов, он не стал допытываться, лишь кивнул и стал смотреть на изображение, ожидая развития событий.
Чжао Хай серьёзно сказал:
— Нам придётся задержаться здесь на некоторое время. Сейчас маски демона только что покинули континент смешанных духов. Они наверняка сначала вернутся на континент Острого Металла, а потом пришлют кого-то на разведку на континент Толстой Земли. Так что спешить не будем. Они придут не скоро. Нам предстоит прожить здесь довольно долго.
Дин Чуньмин кивнул и серьёзно сказал:
— Хорошо. Нам всё равно, где жить. Но, молодой хозяин, а если нас обнаружат люди континента Толстой Земли? И ещё: если маски демона, сражаясь с поддельным мечом Нефритового Золотого Света, увидят, что с континента Толстой Земли никто не помогает, не заподозрят ли они? А если заподозрят, что тогда?
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Ничего. Пусть подозревают. Подозревая, они обратят взор на континент Толстой Земли. Ведь о континенте смешанных духов они уже всё знают. Они, скорее всего, поверят монстрам, потому что те не могут им лгать.
Дин Чуньмин серьёзно спросил:
— Молодой хозяин, а разве вы не можете подчинить этих монстров? Тогда мы сэкономили бы много сил.
Чжао Хай покачал головой:
— Нет. Я не могу их подчинить. Эти монстры не такие, как обычные люди. У обычного человека есть только своя психическая сила, и, подчинив его, я получаю всё. А у монстров своей психической силы нет. Они сами — инструменты, и несут в себе чужую психическую силу.
Он помолчал и продолжил:
— Если я подчиню монстра, мне придётся стереть чужую психическую силу. А как только я это сделаю, думаешь, тот человек не узнает? Непременно узнает. И тогда он сочтёт меня главной угрозой и первым делом нападёт на меня. Мне этого не хочется.
Дин Чуньмин опешил, затем кивнул:
— Тот человек, о котором вы говорите, — это бог-демон масок демона? Выходит, он тоже угроза? Его психическая сила настолько сильна, что он может оставить её сразу во множестве монстров?
Чжао Хай покачал головой:
— Его психическая сила сильна, но не настолько, как ты думаешь. Он использует хитрость. Он создаёт монстров из людей именно потому, что такие монстры обладают высокой самостоятельностью. Ему достаточно оставить в них психическую метку, чтобы они считали его хозяином. Ему не нужно управлять ими напрямую. Так что об этом можешь не беспокоиться.
Дин Чуньмин улыбнулся:
— Я и не беспокоюсь. Я верю, что молодой хозяин одолеет того бога-демона. Обязательно. У меня есть уверенность.
Чжао Хай рассмеялся.
Затем он сказал Дин Чуньмину:
— Чуньмин, я недавно изготовил немного пилюль. Эти пилюли для твоей жены и сына. Когда будет время, отнеси их семье. Они пойдут им на пользу.
С этими словами Чжао Хай достал два нефритовых флакона. Пилюли в них были созданы универсальной машиной в пространстве и считались высшими.
Дин Чуньмин взволнованно принял флаконы. На одном были крупные иероглифы, на другом — мелкие. Что за пилюли, не было написано.
Дин Чуньмин сразу понял: флакон с крупными иероглифами — для жены, с мелкими — для сына.
Он убрал флаконы и, поднявшись, поклонился Чжао Хаю:
— Благодарю, молодой хозяин, что позаботились.
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Это пустяки. Заботься о них.
Дин Чуньмин откликнулся. Во взгляде его, обращённом на Чжао Хая, уважения стало ещё больше, и оно постепенно переходило в благоговение.
(Конец главы)