Ли Цун и Ли Юньбай молча сидели в комнате.
За окном уже смеркалось, но от Бай Минъюэ так и не пришло никаких вестей. Иными словами, он им не ответил. От этого на душе у обоих стало невыносимо тяжело.
Ли Юньбай взглянул на отца:
— Отец, что теперь делать?
Ли Цун произнёс:
— Подождём ещё. Если Бай Минъюэ так и не ответит, то сегодня у нас, боюсь, останется лишь один путь — сдаться.
Он прекрасно понимал: своими силами им Чжао Хая не одолеть.
В этот момент снаружи послышались шаги. Затем раздался голос:
— Глава, владыка города прибыл.
Ли Цун вздрогнул, резко поднялся и произнёс:
— Понял. Быстро, сообщите всем, идём встречать!
С этими словами он направился к выходу, Ли Юньбай последовал за ним.
Они вышли из комнаты и направились к воротам ледяного города. Остальные управляющие «Ледяного Меча» тоже вышли, с недоумением глядя на Ли Цуна. Но ему было не до объяснений — он просто вёл всех к выходу.
У ворот стояла повозка Бай Минъюэ. Сам он и Бай Эркуй стояли рядом.
Ли Цун поспешил вперёд и поклонился:
— Имею честь видеть владыку города.
Люди из «Ледяного Меча» хоть и знали, что с этим владыкой они не в ладах, но сейчас не смели перечить и тоже поклонились:
— Имеем честь видеть владыку города.
Бай Минъюэ кивнул и произнёс:
— Ладно, не церемоньтесь. Пойдёмте внутрь. Глава Ли, боюсь, на этот раз вас ждёт разочарование: дома сказали, что прислать людей сейчас не могут. Придётся нам самим справляться.
Услышав это, Ли Цун не мог скрыть разочарования. Но всё же произнёс:
— Уже то, что владыка прибыл, для меня большая радость. Прошу, владыка.
Бай Минъюэ кивнул, и все вошли в крепость «Ледяного Меча».
Затем Ли Цун пригласил всех управляющих в зал совещаний. Когда Бай Минъюэ сел, Ли Цун рассказал собравшимся о том, что завтра должен появиться Чжао Хай, и о том, что сегодня произошло с «Белым Медведем».
О судьбе «Белого Медведя» все знали. Но они не подозревали, что за этим стоит ещё и такое — что это был «подарок» Чжао Хая. Тут же все всполошились.
Ли Цун обвёл их взглядом:
— Тише, все тише.
Его положение в «Ледяном Мече» было высоким, и постепенно все успокоились.
Ли Цун произнёс:
— Владыка прибыл, чтобы нас поддержать. Тот человек смеет убивать членов нашей группы, но на владыку он не посмеет поднять руку. Посмотрим, осмелится ли он тронуть нас.
— Хе-хе, все собрались. Отлично, избавлю себя от лишних хлопот. Разом решу.
Голос раздался внезапно.
В зале совещаний мгновенно воцарилась тишина. Затем все увидели, как в комнате появился человек. Он словно возник из воздуха, и это всех напрягло. Тут же все схватились за посохи.
Чжао Хай обвёл всех взглядом и остановился на Ли Цуне и Ли Юньбае. Он слегка улыбнулся:
— Я думал, вы можете оказать сопротивление. Но не ожидал, что вы выберете такой способ. Хе-хе, забавно. Ты и есть владыка Города Белой Лисы? Я хотел сперва разобраться с «Ледяным Мечом», а потом уже за тобой. Теперь ты сам пришёл — избавил меня от многих хлопот.
Бай Минъюэ взглянул на Чжао Хая:
— Кто ты такой? Что тебе нужно? Не забывай, я владыка Города Белой Лисы. Посмеешь тронуть меня — империя тебя не пощадит.
— Империя Бинъюй, род Бай, хе-хе. — Чжао Хай невозмутимо смотрел на Бай Минъюэ. — Империя не пощадит меня — и что с того? Если они не узнают, что произошло, они и не станут меня искать, верно?
Хотя Чжао Хай и дал Ли Цуну день, он вовсе не собирался оставлять его без присмотра. Ли Цун всё время был под наблюдением. Чжао Хай лишь не ожидал, что после увиденного с «Белым Медведем» Ли Цун осмелится искать другую опору. В этом человеке была дерзость. Только вот люди «Белого Медведя» погибли напрасно.
Бай Минъюэ взглянул на Чжао Хая:
— Чего же ты хочешь? Мы не покоримся.
— Это уже не вам решать.
Чжао Хай изначально не хотел обращать их в рабов. Но раз Ли Цун поступил так, придётся. Причинно-следственные связи — что ж, пусть будут. Он, Чжао Хай, никогда их не боялся.
Бай Минъюэ и остальные хотели сопротивляться, но обнаружили, что не могут использовать психическую силу. Без неё они были что тигр без зубов — всего лишь большая кошка.
Чжао Хай взглянул на них и остановился на Ли Цуне с сыном. Он вдруг слегка улыбнулся:
— Ли Цун, честно говоря, я не ожидал от тебя такой дерзости. Хе-хе, думал, что, выставив Бай Минъюэ, ты меня напугаешь? Слишком наивен. Но и хорошо — в тебе есть чувство меры, ты можешь действовать самостоятельно.
Лица Ли Цуна и Ли Юньбая помрачнели. Они не ожидали, что Чжао Хай придёт так рано. Они думали, он станет действовать после наступления темноты. А он пришёл ещё засветло.
Когда они совещались, Ли Цун велел остальным держаться подальше. Теперь выходило, что он сам себя загнал в ловушку.
Чжао Хай обернулся к Бай Минъюэ и остальным:
— Ладно, не буду тратить слова.
Он взмахнул рукой, и в каждого вошла рабская формация.
Эти люди, разумеется, не собирались покоряться Чжао Хаю, даже мысли такой не было. Потому боль была невыносимой — они катались по полу. Вскоре все потеряли сознание.
Если бы они могли использовать психическую силу, справиться с ними было бы трудно. Но, к сожалению, психическая сила у них была заблокирована формацией Чжао Хая.
Это была их оплошность.
На самом деле в «Ледяном Мече» тоже были защитные формации. Активируй они их — Чжао Хаю было бы куда труднее применить сковывающую формацию. Но Ли Цун побоялся, что раннее включение защиты выдаст их, и решил активировать её после совещания — чем и воспользовался Чжао Хай.
Вскоре рабские формации растворились в их телах. Но боль не утихла — они теряли сознание и приходили в себя несколько раз. Лишь через какое-то время всё улеглось.
Очнувшись, все разом поклонились Чжао Хаю:
— Имеем честь видеть хозяина.
Чжао Хай махнул рукой:
— Садитесь. Впредь зовите меня молодым господином.
Все отозвались и сели.
Чжао Хай оглядел их и остановился на Бай Минъюэ:
— Минъюэ, рынок по-прежнему остаётся за «Ледяным Мечом» Ли Цуна. Понял?
Бай Минъюэ отозвался:
— Да, молодой господин, понял. Но, молодой господин, род Бай требует от меня немалую долю. Если доходов с рынка не будет, могут возникнуть проблемы.
Чжао Хай покачал головой:
— О деньгах не беспокойся. Об этом я скажу тебе после. Ли Цун, «Ледяной Меч» остаётся как есть. Но впредь уделяйте больше внимания рынку. Мне не нужны деньги с рынка — мне нужны сведения. Там бывают самые разные люди, авантюристы из всех городов приезжают торговать. Сведений там много, собирайте их.
Ли Цун поспешно ответил:
— Да, молодой господин, будьте спокойны.
Чжао Хай кивнул и обвёл остальных взглядом:
— Ли Цун с сыном и Минъюэ останьтесь, остальные свободны.
Все отозвались и вышли.
Когда они ушли, Чжао Хай обернулся к Бай Минъюэ:
— Минъюэ, у меня есть большие запасы зерна и овощей. Вам нужно как можно скорее наладить эту торговлю. Что скажешь? Проблемы будут?
У Бай Минъюэ загорелись глаза:
— Нет проблем! Будьте спокойны, молодой господин. На континенте Ледяного Океана этого добра не хватает больше всего. Такой бизнес пойдёт лучше некуда.
Чжао Хай кивнул:
— Этим можешь заняться. Доход отдавай роду Бай в качестве доли, чтобы они не заметили ничего необычного. Я хочу, чтобы ты надолго остался владыкой Города Белой Лисы. Не бойся тратить деньги — они мне не нужны. Понимаешь?
Бай Минъюэ, конечно, понял:
— Да, молодой господин, не беспокойтесь, я всё сделаю. С родом Бай проблем не будет. Лишь бы доля была выплачена, моё место неколебимо. Кстати, род Бай сейчас готовится к большой войне с другими семьями — нужны деньги на набор людей и военные припасы. Так что моё место сейчас особенно важно.
Чжао Хай опешил:
— Что? С кем род Бай собирается воевать?
Бай Минъюэ произнёс:
— Кажется, с родом Сян. Род Сян — тоже большая семья в городе Бинъюй. Но в последнее время дела у них пошли плохо, внутренние и внешние неурядицы. Прежде у рода Бай с родом Сян была вражда, вот они и хотят воспользоваться случаем и разом покончить с ними. Готовятся давно.
Чжао Хай кивнул:
— Вот оно что. А империя Бинъюй не пошатнётся? Если начнётся смута, что тогда?
Бай Минъюэ произнёс:
— Вряд ли. В империи Бинъюй таких столкновений было немало, но до большой смуты не доходило. Императорский род хоть и даёт местным большую свободу, но крепко держит две вещи — налоги и армию. Их они не выпускают из рук, а в остальное почти не вмешиваются.
Он помолчал и продолжил:
— Именно поэтому в империи Бинъюй никогда не было крупных войн. Пока налоги и армия под контролем, никакие семьи не смогут устроить смуту.
(Конец главы)