Чжао Хай покончил с последним человеком из группы в масках демонов и обернулся взглянуть на бой Панцзы с их главарём.
Они сражались в типичном для Мира Пяти Духов стиле: у обоих вокруг тела был защитный барьер, и они непрерывно двигались. Хотя в их посохах были выгравированы формации, они не применяли их напрямую, а сперва читали заклинания, и лишь затем наносили удар. Так дрались почти все заклинатели Мира Пяти Духов.
Разумеется, они не ограничивались одними чарами — в ход шли и магические инструменты. Но инструменты у них были любопытные: в основном с формациями атакующих чар, и лишь немногие — защитные.
Бой получился красивым. Земляные шипы, каменные люди, ледяные шипы, ледяные клинки, ледяные стрелы — вспышки чар всех стихий взлетали, словно фейерверк.
Но ни один из них не имел возможности применить чары высокого уровня — скорость атак у обоих была слишком велика, а сила ударов слишком огромна.
Впрочем, для Мира Пяти Духов это нормально. Здешние заклинатели в поединках редко используют крупные чары.
Во-первых, крупные чары требуют слишком долгой подготовки. Затянешь — и противник воспользуется моментом, атакует и прервёт чтение.
Во-вторых, крупные чары сильно истощают психическую силу. Если одним ударом не убьёшь врага, а сам уже растерял силы — конец.
В-третьих, крупные чары обычно предназначены для массового поражения. Против толпы они хороши и мощны; но против одного человека — всё равно что палить из пушки по комару, результат будет неважным.
По этим трём причинам заклинатели Мира Пяти Духов в схватках между собой используют в основном низкоуровневые чары. Они быстры, а с ростом силы растёт и их мощь — именно это лучше всего подходит заклинателям.
Чжао Хай также заметил, что главарь в маске демона был немного сильнее Панцзы. Если бы они сражались только чарами, Панцзы наверняка бы уступил. Но у Панцзы было ещё одно преимущество — он был принцем. У него имелось множество магических инструментов, к тому же за это время он раздобыл немало хорошего: инструменты от Чёрного Яньвана, от Ли Цина — всё это было неплохо. С таким арсеналом бой с главарём пошёл совсем иначе — Панцзы не только не уступал, но и понемногу брал верх.
Впрочем, Чжао Хай видел: у главаря наверняка остался козырь. Сейчас Панцзы брал верх, но убить его будет нелегко.
Чжао Хай не собирался помогать Панцзы. На самом деле у него был свой план — и если тот человек убежит, это будет ему только на руку. Потому он просто наблюдал со стороны.
А главарь в маске демона чувствовал себя неважно. Хоть он и уступал, силы у него ещё оставались, потому он видел, что происходит вокруг. Увидев, как Чжао Хай одного за другим уничтожил его людей, он понял, что в опасности. Если Чжао Хай и Панцзы нападут вместе, неизвестно, удастся ли ему уйти.
Но теперь он видел, что Чжао Хай стоит в стороне, словно не обращая на них внимания, — будто задумался. Это его ободрило. Он решил, что это его шанс. Если сейчас не уйти, потом будет поздно.
С этой мыслью он тут же пришёл в движение. Он достал два талисмана, которые всё время берёг, и швырнул их в сторону Панцзы и Чжао Хая, а затем выхватил третий и разорвал его.
Те два талисмана обратились в две толстые молнии и ударили в Чжао Хая и Панцзы. Панцзы хоть и вздрогнул, но был готов — он тут же поднял защитный инструмент и отразил молнию.
Но он не ожидал, что мощь молнии окажется настолько велика. Он выставил земляной защитный инструмент — небольшой колокольчик. Молния ударила в колокольчик и разбила его вдребезги, а затем пробила и защитный барьер Панцзы. Остался ещё небольшой разряд, от которого у Панцзы волосы встали дыбом, а всё тело затряслось, словно в припадке.
А молния, летевшая в Чжао Хая, не причинила особого вреда. Едва она приблизилась, как перед Чжао Хаем возник каменный человек. Тот ударил кулаком по молнии — бах! — рука каменного человека исчезла, а затем и сам он развалился, но и молния пропала.
Но когда молния исчезла, исчез и главарь в маске демона.
Увидев это, Панцзы с досадой воскликнул:
— Проклятье! Этот тип сбежал! Не думал, что у него припасены громовые талисманы.
Громовой талисман — талисман, использующий громовые чары. Такие талисманы в Мире Пяти Духов встречаются редко. Громовые чары быстры и мощны, а изготовить талисман трудно, потому в Мире Пяти Духов, если у кого-то есть громовой талисман, обычно его берегут. Ведь стоит его применить — и врагу остаётся лишь обороняться, а то и быть раненым. Потому громовой талисман — это козырь.
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Ничего, убежал и убежал. Но, Панцзы, будь я тобой, я бы сейчас беспокоился не о нём, а о своей причёске. Ха-ха-ха, твой вздыбленный хохолок и вправду забавен.
Услышав это, Панцзы опешил. Затем ощупал голову — и точно: волосы стояли торчком, словно на макушке вырос стог сена.
Панцзы взвыл и тут же сотворил огонь, поливая себе на голову. Лишь через какое-то время волосы удалось пригладить.
Чжао Хай, глядя на него, слегка улыбнулся. Затем повернулся и принялся обыскивать тела убийц. У них тоже нашлось немало хорошего. Чжао Хай забрал всё, что ему пригодится, а остальное закопал вместе с телами.
На самом деле Чжао Хай вовсе не задумался. Он давно заметил, что главарь собирается бежать, но не собирался его задерживать — он нарочно дал ему уйти.
Причина была в том, что Чжао Хай наложил на того человека проклятие — притом одно из самых коварных. Все, кто с ним контактировал, тоже подхватывали это проклятие. И Чжао Хай был уверен: обнаружить его будет очень трудно, а снять — ещё труднее.
Это проклятие не действовало сразу. Но все, кто его подхватил, постепенно слабели, начинали кашлять кровью и в конце концов умирали от болезни. И никто не понимал, что это проклятие, — все думали, что человек просто заболел.
Разумеется, не все контактировавшие подхватывали проклятие — иначе оно вскоре распространилось бы по всему Миру Пяти Духов.
Чжао Хай ещё от Лэн Бина знал: люди из группы в масках демонов при встрече обмениваются условным паролем. Пароль фиксированный, и кроме них его почти никто не знает. Проклятие Чжао Хая было связано именно с этим паролем: стоило человеку обменяться паролем, как собеседник подхватывал проклятие.
Звучит сложно, но на деле просто. В этом и коварство проклятий: для наложения нужна среда, но её можно скопировать на другого — достаточно одного приказа. А приказ задаёт сам заклинатель.
Как у людей из группы в масках демонов: они накладывают проклятие на своих убийц, и приказ — смерть этого убийцы. Стоит убийце умереть, приказ срабатывает, и проклятие переходит на того, кто его убил.
А у Чжао Хая приказом был пароль. Стоило беглецу обменяться паролем с другим человеком из группы, как тот подхватывал проклятие; тот, в свою очередь, передавал его дальше — и так бесконечно, пока пароль не сменится или проклятие не снимут. Разумеется, если все носители погибнут, проклятие исчезнет само.
Чжао Хай не рассчитывал, что одно проклятие уничтожит всю группу убийц в масках демонов — это невозможно. Но если они не заметят, это нанесёт им серьёзный урон.
Главное же — впредь группа убийц в масках демонов не сможет охотиться на него и Панцзы. Ведь чтобы отдать приказ, им придётся использовать пароль. А тогда проклятие сработает беззвучно. И хотя другие не заметят его, сам Чжао Хай, как заклинатель, увидит носителей. Тогда люди из группы в масках демонов будут для него как светлячки в ночи, и замышлять против него станет невозможно.
Но Панцзы он об этом не сказал. Ведь раньше говорил, что плохо разбирается в проклятиях. Если бы вдруг оказалось, что он умеет их накладывать, это вызвало бы подозрения.
Когда Чжао Хай покончил с телами убийц, Панцзы наконец привёл свои волосы в порядок.
Чжао Хай подошёл к нему с добычей и бросил всё перед ним:
— Смотри, на этот раз немало хорошего. Забирай. Что пригодится — оставь, остальное, когда выйдем из гор Мандан, продадим и потратим на путешествие. Как тебе?
Панцзы слегка улыбнулся:
— Хорошо, тогда не буду церемониться, всё заберу.
С этими словами он убрал всё в своё пространственное снаряжение.
(Конец главы)