— Вторая работа — отправиться к военным ремесленникам и изготавливать магические инструменты. Каждый месяц можно получать пятьдесят золотых монет, а твоей семье предоставят жильё. Правда, жене работы не дадут. Ребёнок тоже сможет учиться, но плата за обучение не будет отменена. На сегодняшний день эти две работы подходят тебе больше всего, — сказал Цюй Чанкун Дин Чуньмину.
Дин Чуньмин взглянул на Цюй Чанкуна и с некоторым недоумением спросил:
— Вы хотите сказать, что я могу вступить в армию империи? Я и вправду могу?
Цюй Чанкун улыбнулся:
— Можешь, конечно, можешь. Сила у тебя пока невелика, зато потенциал огромен. Если станешь имперским воином, получишь наилучшее обучение, и ребёнок твой тоже. К тому же в нашей империи методы обучения отличаются от прочих. Другие, обучая людей, смотрят лишь на силу и потенциал человека, а империя — иначе. Империя наблюдает за многими сторонами: например, талант к алхимии, талант к кузнечному делу, талант к формациям и так далее. Причём не только к детям — даже взрослых империя регулярно подвергает испытаниям. Если у человека есть талант в какой-то области, его будут особенно развивать.
Дин Чуньмин взволнованно произнёс:
— Неужели и вправду можно всего этого добиться? Империи, наверное, нелегко это даётся?
Дин Чуньмин был с континента смешанных духов и прекрасно понимал, что любой силе непросто прокормить всех своих людей, не говоря уже об остальном. А то, что делала Империя Мимунь, требовало поистине огромного количества ресурсов.
Цюй Чанкун кивнул:
— Разумеется, можно. Нашей империи не о чем беспокоиться — никаких ресурсов не жалко. Все занимаются тем, что им по душе. Конечно, империя придерживается правила: чем больше твой вклад, тем больше ты получаешь. Чем бы ты ни занимался, если вклад твой велик, ты получишь больше. Так что не о чем беспокоиться. Даже если талант у тебя невелик и потенциал слаб, пока ты готов работать, семья твоя будет жить хорошо.
Дин Чуньмин закивал.
Цюй Чанкун взглянул на него и серьёзно сказал:
— И ещё одно я должен тебе сказать прямо: став имперским воином, ты подвергнешься опасности. Ведь воины воюют, а война — это опасность. Хочу, чтобы ты это понимал. Но могу и сказать: если ты и вправду погибнешь за империю, твоя семья получит те же условия, что и при твоей жизни. Сколько тебе причиталось бы каждый месяц, столько и будут выдавать семье, до последней монеты. Ребёнок твой получит наилучшее образование. Всё это — чтобы воины не тревожились о тыле, и это касается не только тебя.
Дин Чуньмин ничуть не смутился и серьёзно ответил:
— Что в этом такого? Я могу ответить вам прямо сейчас: я хочу стать воином, хочу вступить в армию.
Цюй Чанкун взглянул на него с недоумением:
— Ты не хочешь подумать? Служба ведь опасна.
Дин Чуньмин покачал головой и с улыбкой сказал:
— Господин Цюй, вы, может, не знаете, какова жизнь на континенте смешанных духов. Там нам приходится снаружи отражать нападения остальных пяти континентов, а внутри — сражаться с демоническими зверями. Можно сказать, что на континенте смешанных духов каждый взрослый — воин. Так что всё, о чём вы говорите, для нас вовсе не проблема. Спросите любого жителя континента смешанных духов — каждый согласится.
Жена Дин Чуньмина тоже кивнула, явно соглашаясь с этими словами.
Цюй Чанкун на миг опешил, а затем улыбнулся:
— Хорошо. Если ты и вправду согласен вступить в армию, остальное я беру на себя. Проведу вас через регистрацию, потом предоставлю жильё. Завтра отведу тебя в особый отряд. Работу для твоей жены решим в течение трёх дней, школу для ребёнка — тоже в течение трёх дней. Ты и вправду решил? Знай, армия — не обычное место, нельзя войти, когда захочется, и выйти, когда вздумается.
— Я решил, я вступаю в армию, — не раздумывая ответил Дин Чуньмин.
Цюй Чанкун с улыбкой кивнул:
— Хорошо, тогда идём. Сначала оформим регистрацию, а потом подыщем вам жильё.
С этими словами Цюй Чанкун поднялся и проводил Дин Чуньмина к стойке, где зарегистрировал его.
Когда Дин Чуньмин закончил с регистрацией, Цюй Чанкун вывел его из комнаты. По дороге он говорил:
— Господин Дин, поздравляю вас с этим решением. Возможно, в следующий раз, когда мы встретимся, ваше положение будет выше моего. Знайте, в нашей Империи Мимунь к воинам относятся с большим уважением. Если вы проявите себя, вам воздадут должное.
Дин Чуньмин кивнул.
Цюй Чанкун проводил его к стоявшему неподалёку мечевому челну. На челне стоял воин в доспехах с большим мечом за спиной. Цюй Чанкун поклонился ему:
— Приветствую, командир Ли. Это господин Дин Чуньмин, он только что прибыл с континента смешанных духов. Мы провели испытание, потенциал у него отличный. Вот результаты. Он выбрал службу в армии и хочет вступить в особый отряд.
С этими словами он протянул Ли лист бумаги.
Ли взял бумагу, взглянул на неё и кивнул:
— Потенциал и вправду хорош. Поднимайтесь, мы отправляемся.
Дин Чуньмин кивнул и вместе с женой и ребёнком поднялся на мечевой челн.
Когда все трое были на борту, Ли сразу активировал челн. Челн взмыл в воздух. Ли направил его вдаль.
По пути Ли говорил Дин Чуньмину:
— Дин Чуньмин, результаты твоего испытания хороши. Вступив в особый отряд, ты сможешь стать полноправным воином, даже если не добьёшься большего прогресса. Но должен сказать тебе: армия — не то же самое, что другие места. Армия защищает родину и делает нашу Империю Мимунь сильнее. Потому подготовка в армии будет очень тяжёлой. Мы выжмем из тебя весь твой потенциал. Готовься к трудностям.
Он помолчал и добавил:
— Его Величество говорил: солдат, который не хочет стать генералом, — плохой солдат. Этими словами он не призывает тебя к честолюбию или интригам. Он хочет сказать: вступив в армию, думай о движении вперёд, всегда вперёд. Ты не должен останавливаться. Если однажды ты захочешь остановиться, не захочешь больше двигаться вперёд — значит, день твоего ухода из армии близок.
Дин Чуньмин с некоторой робостью смотрел на командира Ли — тот был поистине суров. На душе у него было тревожно, но он всё же кивнул.
Ли взглянул на него и серьёзно сказал:
— Я знаю, жизнь на континенте смешанных духов тяжела. Но когда ты вступишь в армию, жизнь твоя переменится. Ты больше не будешь тревожиться о пропитании, не будешь тревожиться о своей семье. В такой момент человек может перемениться. Одни становятся лучше: они считают, что империя оказала им великую милость, и хотят отплатить ей. Некоторые даже желают лучших условий, потому начинают усердно тренироваться, чтобы стать лучше. Таких мы приветствуем. Но есть и другие — их мысли меняются. Они становятся довольны, считают, что живут уже неплохо, и не хотят двигаться дальше. Такой человек может остаться в армии, но он больше не сможет расти и, возможно, даже будет отчислен. Я надеюсь, ты станешь лучше. Хочешь ли ты отплатить за милость или просто улучшить свою жизнь — я хочу, чтобы ты старался. Запомни мои слова.
Дин Чуньмин кивнул:
— Да, будьте покойны, командир Ли, я непременно буду стараться.
Ли кивнул.
Тем временем его мечевой челн уже вылетел за пределы растительного города и приблизился к горе за его стенами. Эта гора и была огромным военным лагерем. Здесь стояло множество боевых кораблей, множество воинов занималось своими делами — кто-то тренировался, кто-то был занят другим. Весь лагерь походил на огромную машину, которая безостановочно работала, чётко и слаженно.
Едва челн Ли поднялся над лагерем, как навстречу вылетели два мечевых челна. Ли остановил свой. Люди на тех двух челнах поклонились Ли:
— Предъявите пропуск.
Ли кивнул, ничего не сказал и протянул железную табличку. Один из людей на челнах достал формацию, посветил ею на табличку Ли и кивнул:
— Проходите.
С этими словами оба челна удалились. Ли повёл челн в глубь лагеря.
Вскоре они остановились в одном из кварталов лагеря. Ли опустил челн и приземлился. Затем он вывел всех троих с челна.
Дин Чуньмин, взглянув на лагерь, сразу заметил его отличие от других воинских частей. По сравнению с другими местами он больше походил на обычный жилой квартал. Многие здесь были без военной формы, шли по улицам, переговаривались и смеялись, кто-то занимался своими делами — совсем как в обычном небольшом городе.
Ли вёл Дин Чуньмина вперёд и говорил:
— Здесь и будет твой будущий дом. А живут здесь в основном семьи военных. У каждого из них кто-то служит в армии. Они тоже работают на армию. Твоя жена тоже — её определят на одну из военных фабрик. Здесь есть и школа, где твой ребёнок получит наилучшее образование. Конечно, если позже ты решишь, что здесь нехорошо, можешь переселить жену в город. Там тоже есть школы, ребёнок сможет учиться в городе. Все расходы возьмёт на себя армия. А поселили твою семью здесь лишь для того, чтобы тебе было удобнее возвращаться домой. Хотя каждый день ты домой попадать не сможешь — лишь несколько раз в месяц, — но отсюда близко, и возвращаться будет легче.
Дин Чуньмин поспешно сказал:
— Здесь очень хорошо, очень хорошо.
Ли кивнул и серьёзно сказал:
— Идём.
Вскоре они подошли к небольшому двухэтажному домику. Домик был целиком сплетён из лиан и выглядел очень красиво. Ли провёл Дин Чуньмина прямо внутрь.
(Конец главы)