Этой ночью они проговорили долго.
В костре остались лишь тлеющие угли, изредка вспыхивала искра, и ночной ветер тут же уносил её прочь. Вино почти закончилось, и лишь тогда Чжао Хай и Панцзы забрались в палатку. Палатка была большой, вмещала десять человек, а теперь в ней лежали только двое, и потому казалась просторной. В лесу изредка слышался шорох крыльев ночной птицы, где-то вдали низко прокатывался неведомый звериный рык и вскоре стихал.
Наутро они проснулись, перекусили чем попало, убрали все большие повозки в пространственное снаряжение, затем взяли лошадей под уздцы и продолжили путь.
Без обоза дело пошло куда быстрее. Не прошло и полудня, как они добрались до небольшого городка. Чжао Хай и Панцзы сразу направились на конный рынок и продали всех привезённых лошадей. Кони были добрые, упитанные, а поскольку они не гнались за наживой, а хотели поскорее избавиться от лишнего, продажа пошла быстро. Из тридцати с лишним лошадей они оставили лишь двух для езды, остальных обменяли на золото. Хоть денег и выручили немало, для них это ничего не значило.
Затем Чжао Хай посоветовался с Панцзы и решил тут же сбыть и товары вместе с повозками.
Жители городка, конечно, понимали, что груз вряд ли имеет чистое происхождение. Но какое им дело? Главное — товар дешёвый, до того дешёвый, что руки сами тянулись. Потому всё распродали быстро.
Они прожили в городке два дня, дождались, пока всё будет улажено, и лишь тогда уехали верхом.
Они по-прежнему собирались в Хайчжоу.
Вот только от кого Гуань Юньфэй принял груз и кому должен был его доставить, они не знали. А раз не знали, то и не могли выполнить за него задание. Потому весь товар попросту продали.
Чжао Хай понимал: их двоих Гуань Юньфэй обманом завлёк в отряд. Кроме тех авантюристов в баре «Убийца драконов», вряд ли кто знал, что они взяли это задание. Даже если кто-то начнёт расследование, на них оно не выйдет.
А зачем всё-таки ехать в Хайчжоу? Причина проста. Хайчжоу — большой город, там немало интересного и много древних достопримечательностей. Они и так вышли погулять, потому не спешили.
И вот они ехали верхом, не торопя коней, понемногу продвигаясь вперёд. Если попадались красивые виды — останавливались посмотреть; если встречалось живописное место у воды — спешивались и отдыхали. Небо высокое, облака лёгкие, дорога дальняя, кони идут шагом — благодать.
Однажды они остановились перекусить в харчевне небольшой деревушки.
Поев, Чжао Хай расплатился, подозвал слугу и с улыбкой спросил:
— Друг, смотрю, у вас тут много народу. Нет ли поблизости каких-нибудь интересных мест?
Он спросил так потому, что в харчевне и вправду было слишком много людей. И все они были одеты как авантюристы: с посохами в руках, с котомками за спиной — сразу видно, люди, привыкшие к дальним дорогам.
Слуга услышал и с улыбкой ответил:
— Господин, вы, видно, не знаете. Народу у нас вдруг прибавилось из-за того, что неподалёку обнаружили Святую усыпальницу.
Чжао Хай и Панцзы разом опешили.
Они переглянулись, и в глазах обоих застыло изумление.
Святая усыпальница.
Это было нечто, существовавшее лишь в легендах.
Строго говоря, Святая усыпальница — не могила, а пещерная обитель, место, где при жизни жил и совершенствовался заклинатель. «Святой» её называли потому, что тот заклинатель был необычайно силён — куда сильнее, чем мастера духа в Мире Пяти Духов. Он достиг святости, а достичь святости означало вознестись.
Место, оставшееся после вознёсшегося заклинателя, и называлось Святой усыпальницей.
В Мире Пяти Духов находили немного таких усыпальниц. Но каждое появление Святой усыпальницы было для здешних людей огромным событием. Ведь в ней могли остаться все знания, накопленные заклинателем за всю жизнь.
А знания вознёсшегося заклинателя — вещь далеко не обычная.
Многие авантюристы происходили из простых семей, техники культивации у них были самые ходовые, доступные каждому, и сила их была заурядной — до высоких пределов так не подняться. А у больших семей были свои особые техники, мощные, позволявшие достичь куда более высоких ступеней и даже, возможно, вознестись. Разумеется, эти техники строго хранились в тайне. Искусство ледяной яшмы рода Юй было как раз такой техникой.
А вознёсшийся заклинатель вполне мог оставить в Святой усыпальнице всё, чему научился за жизнь.
Для обычных авантюристов это слишком важно. С этим они словно узнали бы, куда им идти дальше, и, может быть, обрели бы надежду на вознесение.
К тому же в Святой усыпальнице наверняка не только техники. Там могли быть пилюли, магические инструменты, посохи и даже бер. Каждая Святая усыпальница — огромное богатство.
Чжао Хай сразу заинтересовался.
На самом деле для культиватора разорение могил — дело нередкое. Ещё в мире культивации могущественные культиваторы, умирая, уносили с собой в могилу все свои богатства. Стоило могиле обнаружиться, как туда устремлялись толпы — ради того, что внутри.
Чжао Хай не ожидал, что и здесь доведётся с таким столкнуться.
Впрочем, для него это был совершенно новый опыт.
Он тут же спросил слугу:
— Друг, а ты знаешь, где эта Святая усыпальница?
Слуга улыбнулся:
— Господин, сейчас никто точно не знает, где она. Говорят только, что она может быть в горах Мандан.
— Горах Мандан?
— Да. Гора Мандан — это те большие горы позади. Места там страшные: неведомо сколько демонических зверей, повсюду ловушки. Заклинатели не смеют летать над горами — их атакуют огромные орлы. Приходится идти через лес. А в лесу тоже опасно: говорят, там не только разные демонические звери, но и дикари.
Чжао Хай не понял:
— Дикари?
— Да, дикари. — Слуга понизил голос. — Говорят, в горах Мандан живут дикари. Ростом больше чжана, силой невероятной, могут голыми руками разорвать демонического зверя. Страшные.
Чжао Хай кивнул и взглянул на тех заклинателей в харчевне:
— Они все пришли, узнав эту новость?
Слуга кивнул:
— Да. Говорят, уже многие вошли в горы Мандан. Неизвестно, сколько из них выберется живыми.
Чжао Хай кивнул, махнул рукой, отпуская слугу.
Затем он обернулся к Панцзы:
— Панцзы, что думаешь? Как по-твоему, в горах Мандан и вправду есть Святая усыпальница?
Панцзы нахмурился:
— Трудно сказать. Обычно заклинатель, достигнув святого уровня, находит место, о котором никто не знает, уединяется там и возносится. Потому место его затворничества обычно окружено множеством формаций, защита очень сильна. И возносится он там же. Говорят, при небесной каре снаружи ничего не видно. Потому после вознесения и остаются Святые усыпальницы.
Он помолчал и продолжил:
— Насколько мне известно, в Мире Пяти Духов сейчас известно более ста Святых усыпальниц. А сколько ещё неизвестных — кто знает.
Чжао Хай нахмурился:
— Разве заклинатели не могут вознестись в своём роду? Тогда бы никаких усыпальниц не оставалось.
Панцзы покачал головой:
— Невозможно. Говорят, при вознесении обрушивается страшная небесная кара. Она убивает всех, кто не достиг святого уровня. Когда-то в Мире Пяти Духов один святой из большого рода возносился в своём доме. После его вознесения все родичи погибли. Потому никто больше не возносится дома.
Чжао Хай нахмурился:
— Разве они не могли сообщить родным, где будут возноситься? После вознесения родные могли бы прийти туда.
Панцзы покачал головой:
— Обычно так не делают. Боятся, что место станет известно. Если о нём узнают и помешают при вознесении — всё пропало, смерть. Потому место не открывают даже самым близким.
Он вздохнул и добавил:
— Есть и другая причина. Если станет известно, что человек собирается вознестись, могут схватить его родных и выпытать место. Тогда родные окажутся в ещё большей опасности. Потому возносящиеся святые обычно не сообщают родным. Это тоже способ защитить семью.
Чжао Хай кивнул:
— Выходит, те, кто мог достичь святого уровня, после затворничества могли так и не вознестись, а просто умереть от старости в месте уединения? Потому и называют усыпальницей.
Панцзы кивнул:
— Да, так и есть. К тому же Святые усыпальницы обычно строят в местах с особым рельефом. Внутри нужны большие формации, а их нельзя вечно питать берами. Потому нужны места с обилием энергии — вода, вулканы или что-то подобное. Только там и строят усыпальницы.
Чжао Хай кивнул:
— То есть в горах Мандан и вправду может быть Святая усыпальница?
Панцзы произнёс:
— Конечно, может. О горах Мандан я слышал ещё на континенте Ледяного Океана. Говорят, на континенте Толстой Земли многие заклинатели уходят в горы Мандан совершенствоваться, потому что там изобилие духовной энергии. Но горы Мандан славятся опасностями. Те, кто там совершенствуется, очень не любят чужаков. Они могут быть друзьями между собой, но стоит войти постороннему — непременно нападут.
Чжао Хай кивнул:
— А дикари? Ты слышал о дикарях гор Мандан?
Панцзы кивнул:
— Слышал. Кажется, это разновидность сильных обезьян. Впрочем, в горах Мандан не только обезьяны, там много демонических зверей. И звери там куда сильнее, чем снаружи. Возможно, из-за среды. Там даже есть такие, каких снаружи не встретишь.
Чжао Хай кивнул:
— Может, сходим в горы Мандан? Всё равно мы вышли погулять, какая разница куда? Давай сходим, посмотрим, вдруг найдём Святую усыпальницу. Даже если не найдём, увидим дикарей, сразимся с местными мастерами — тоже неплохо. Как думаешь?
Панцзы кивнул:
— Хорошо, конечно. Как ты и сказал: найдём усыпальницу — отлично; не найдём — хотя бы дикарей увидим. И с местными культиваторами можно будет схлестнуться.
Чжао Хай улыбнулся:
— Тогда идём. До гор Мандан ещё далеко, сегодня можем и не добраться до подножия. Выступаем сейчас.
Панцзы кивнул:
— Идём.
Они поднялись, вышли, взяли лошадей и направились в сторону гор Мандан.
В харчевне многие заметили их движение. Когда они пошли в сторону гор Мандан, реакция была разной. Кто-то презрительно усмехнулся и остался есть; кто-то проводил их взглядом, словно запоминая; кто-то встревожился и, расплатившись, тоже ушёл. Ясно, что они собирались последовать за ними.
Чжао Хай и Панцзы не обратили на это внимания.
Они просто поддались настроению и решили заглянуть в горы Мандан. Главной цели найти Святую усыпальницу у них не было. Денег и техник у них хватало, потому необходимости искать усыпальницу не было. Но горы Мандан их заинтересовали, и они хотели посмотреть.
«За горой гнаться — коня загонишь» — эта поговорка верна.
Из той деревни горы Мандан уже виднелись. Но дойти до их подножия оказалось не так-то просто. За полдня они не успели. Лишь к полудню следующего дня они добрались до подножия.
Но, к их удивлению, у подножия гор Мандан оказался городок. И немаленький.
Сейчас в городке было много народу. Большинство — в одежде авантюристов. Одни собирались группами, другие держались поодиночке. Большая часть спешила, некоторые прогуливались.
Чжао Хай долго ходил по городку, но не нашёл ни одной гостиницы. Все несколько гостиниц были заняты. Даже если бы захотели, остановиться было негде.
Чжао Хай нахмурился:
— Плохо дело. Нет свободных мест. Панцзы, что будем делать?
Панцзы нахмурился, оглядел авантюристов в городке и вдруг просиял:
— По-моему, всё просто. Найдём лавку, оставим лошадей под присмотр, заплатим достаточно. А сами пойдём за город и поставим палатку. Палатка у нас есть. Как тебе?
Чжао Хай кивнул:
— Хорошо, так и сделаем!
(Конец главы)