Искусство проклятий Чжао Хай всегда считал одним из самых опасных.
И не без причины — это было одно из немногих искусств, способных напрямую воздействовать на душу. Его действие коварно, следы неуловимы, и защититься от него почти невозможно.
Взять хотя бы нынешний случай: будь это обычное заклинание, Чжао Хай с его чутьём давно бы его заметил. Но это было именно проклятие — беззвучное, бесплотное, незримое, — потому люди из группы в масках демонов и сумели дважды застать их врасплох.
К счастью, проклятие оказалось не слишком изощрённым — всего лишь низкоуровневым заклинанием. Именно из-за его простоты его и было труднее заметить. Но Чжао Хая настораживало не само проклятие, а то, что кто-то вообще владел искусством проклятий.
Он прошёл через множество миров, но лишь в немногих из них были мастера проклятий. Прежде он сталкивался с ними только в одном мире, а теперь искусство проклятий объявилось и в Мире Пяти Духов — это поистине оказалось для него неожиданностью.
Искусство проклятий, как следует из названия, тяготеет к тёмному. А заклинания Мира Пяти Духов всегда основывались на пяти стихиях — прямые, открытые, светлые. Подобные тёмные искусства здесь были бы неуместны. В душе Чжао Хая зародилось множество сомнений, но он понимал, что сейчас не время для глубоких размышлений.
Он собрался с духом и принялся снимать проклятия с себя и с Панцзы. Он разбирался в искусстве проклятий достаточно глубоко, потому, разумеется, владел и способами их снятия. Вскоре наложенные на них проклятия были полностью сняты.
Чжао Хай с облегчением вздохнул и обернулся к Панцзы:
— Всё, проклятия сняты, можешь больше не тревожиться.
Панцзы тоже перевёл дух и спросил:
— А когда мы их подхватили? И что вообще такое искусство проклятий? Я слышал только слово «проклятие», а об искусстве проклятий ничего не знаю. Это очень опасно?
Чжао Хай кивнул:
— Опасно. Но я и сам знаю об искусстве проклятий немного — только то, что это крайне тёмное искусство, и снять его очень трудно.
Панцзы нахмурился:
— Тогда как же мы его подхватили? И что теперь делать? Идём дальше? О группе в масках демонов можно больше не беспокоиться?
Чжао Хай подумал и слегка усмехнулся:
— Не беспокойся и не спеши. Панцзы, разве это не удача? Люди из группы в масках демонов знают, что на нас было проклятие, и непременно пойдут по следу. А раз проклятие исчезло здесь, они придут сюда. Так почему бы нам не подождать — может, они сами явятся.
Он помолчал и продолжил:
— А когда мы его подхватили… Думаю, тогда, когда убивали их людей, — от них и заразились.
Панцзы кивнул, но всё ещё выглядел встревоженным:
— И что нам делать? Просто ждать здесь?
Чжао Хай огляделся, и взгляд его упал на огромное дерево неподалёку. Он улыбнулся:
— Да, подождём здесь несколько дней. Всё равно у нас нет срочных дел.
С этими словами он направился к дереву, Панцзы поспешил за ним.
Подойдя, Чжао Хай поднял голову, посмотрел и кивнул:
— Хорошее место. Панцзы, давай несколько дней поживём на дереве.
Он взмахнул рукой, и толстая ветвь вдруг опустилась. Чжао Хай и Панцзы встали на неё, и ветвь медленно поднялась. Когда они оказались на середине ствола, Чжао Хай остановил её и снова взмахнул рукой. В тот же миг ветви и листья бешено выросли, переплелись, и вскоре под ногами у них образовалась площадка, а над головой листва сомкнулась в купол. Со всех сторон их окутали слои листьев, и получился небольшой древесный дом — целиком из ветвей и листьев.
Панцзы остолбенел. Лишь через какое-то время он пришёл в себя и с завистью произнёс:
— Ну ты даёшь! С таким умением в дикой природе и палатка не нужна. Слушай, старина Чжао, ты что, нарочно? Каждый день заставлял нас ставить палатку, а мог бы жить в древесном доме?
Чжао Хай странно взглянул на него и усмехнулся:
— Панцзы, ты серьёзно? С твоей комплекцией, чтобы построить древесный дом, нужно найти дерево побольше. Иначе оно тебя не выдержит. К тому же разве плохо побольше двигаться? Хотя бы похудеешь.
— Пошёл ты! Не буду худеть, меня моя комплекция устраивает. — Панцзы тут же возмутился.
Чжао Хай усмехнулся:
— Вообще-то жить на дереве неудобно. Во-первых, там нельзя развести огонь, готовить приходится с помощью формаций. Во-вторых, листва густая, ни ветер, ни дождь не проходят, но со временем становится душно. И кроме такого большого дерева, как это, обычное дерево с древесным домом сразу заметят. Так что у древесного дома много неудобств. Но то, что авантюристу в дикой природе не нужна палатка, — правда. И всё же, по-моему, в палатке удобнее.
Панцзы кивнул:
— Как скажешь, так и сделаем. Мы что, несколько дней здесь проживём?
Чжао Хай кивнул:
— Да. Если ничего не случится, вниз не спускаемся. Еды у нас много, так что можем задержаться. Хочу посмотреть, придут ли люди из группы в масках демонов. Если придут — будет ещё интереснее.
В глазах Панцзы сверкнул холод:
— Раньше они нас здорово гоняли, пора и нам ответить. Если явятся — сами в руки приплывут.
Чжао Хай взглянул на него и усмехнулся:
— Договорились. Эти дни без нужды с дерева не спускайся, чтобы не оставлять следов. За деревом есть отхожее место, после будешь закапывать земляным заклинанием. Еды у нас вдоволь, воду добудем водным заклинанием. Несколько дней вниз не спускаемся. Это тоже обязательный урок для авантюриста — хочу посмотреть, выдержишь ли ты.
Панцзы опешил, потом усмехнулся:
— Старина Чжао, не волнуйся. Не забывай, откуда я родом — из императорского дворца. Там нельзя свободно входить и выходить, нельзя свободно ходить. Нас там как в загоне держат, только после испытания можно выйти и получить собственный дом. А до того — сидеть во дворце. Здесь, как ни скучно, всё равно скучнее, чем во дворце. К тому же ты рядом. Можно пить вино, играть в шахматы — разве плохо?
Чжао Хай горько усмехнулся:
— Верно, я и забыл о твоём происхождении. И вправду, императорский дворец — место мучительное. Не выпускают — какая скука.
Панцзы вздохнул и пробормотал:
— Если бы только скука. Ещё приходится остерегаться, как бы тебя не убили. Такой жизни я больше не хочу. Не будь этого, я бы и не отказывался возвращаться.
Чжао Хай не стал отвечать. На самом деле о дворцовых делах он знал немало. Хотя он и был правителем государства, но во дворце бывал редко, и в Империи Мимунь не было столько правил.
Сейчас он по-прежнему поддерживал связь с Империей Мимунь, и там всё шло своим чередом. Вэньхай и остальные управляли умело, Тан Мин на континенте Ледяного Океана тоже справлялся хорошо. Вся Империя Мимунь работала слаженно.
Чжао Хай по-прежнему пользовался телепортационными формациями для некоторых дел, но, поскольку Панцзы постоянно был рядом, он обрабатывал их психической силой в своём пространстве, потому Панцзы ничего не замечал.
Чжао Хая вполне устраивала нынешняя жизнь, но он знал, что через год с небольшим ему придётся вернуться в Империю Мимунь. Потому что тогда придёт Ся Юй, и он должен вернуться, чтобы встретиться с ним. Помимо личной встречи, он хотел расспросить о Мире Духа Заклинаний.
Мир Мечевого Духа — мир, где жили Ся Юй и его люди, — был высшим миром Империи Мимунь. А высший мир Мира Пяти Духов — Мир Духа Заклинаний. Мир Духа Заклинаний, Мир Мечевого Духа — разница в одно слово. Уже по названию видно: один делает упор на чары, другой — на боевые искусства. Чжао Хай хотел узнать, есть ли между этими мирами какая-то связь.
Эта мысль была не беспочвенной. Он повидал слишком много связанных миров, и порой миры одного уровня враждовали. Потому он должен был выяснить, есть ли связь между Миром Мечевого Духа и Миром Духа Заклинаний, и враждуют ли они.
Разумеется, об этом нельзя было говорить Панцзы. Потому, построив древесный дом, он сказал:
— Панцзы, давай эти дни как следует позанимаемся. В последнее время было много боев, наверняка есть что обдумать. Не подвести ли итоги?
Панцзы подумал и кивнул:
— Хорошо, стоит подвести итоги. Хотя я сам не участвовал в боях, но, глядя на твои схватки, многое понял. Итоги подвести не помешает.
Чжао Хай кивнул:
— Тогда сначала отдохнём, а потом уединимся для совершенствования. Не волнуйся, я уже расставил вокруг предупреждающие деревья — если что-то случится, сразу узнаю.
Панцзы кивнул:
— Хорошо, если всё готово. Давай сначала поедим.
Чжао Хай с усмешкой выбранил его:
— Настоящий обжора.
Панцзы не обиделся.
(Конец главы)