Ночь в лесу отступила, но свет дня всё ещё был изрезан на куски многослойной листвой. Лишь изредка сквозь листья пробивался тонкий луч солнца и, упав на землю, застывал в толще опавшей листвы, словно узкий золотой клинок, косо воткнутый в неё. Вокруг стояла тишина, лишь изредка где-то вдали перекликались неведомые птицы, и их голоса тотчас тонули в лесной глубине.
Чжао Хай сидел, скрестив ноги, на обнажённых корнях старого дерева, глаза его были полуприкрыты, дыхание ровным. На ладони он держал Глаз Короля зверей — на его металлической оболочке струился тусклый, смутный блеск. Чжао Хай безмолвно внимал едва уловимому колебанию, исходившему от ладони, но на душе у него было неспокойно.
Этот Глаз Короля зверей и вправду был бесценной вещью.
Хотя он ещё не выплавил его по-настоящему, но уже от краткого соприкосновения с силой мысли успел разглядеть в нём немало чудесного. Нынешнее его тело было уже не тем, что прежде, — не закалённым в тысячах битв и послушным каждому движению. Многие боевые приёмы, что когда-то давались легко, теперь из-за ограничений плоти не удавалось применить. Но если выплавить Глаз Короля зверей и вобрать его в себя, это будет всё равно что заронить в собственное тело семя, способное непрерывно расти и питать его. Не только в Мире Пяти Духов он пригодится — и после вознесения от него будет немалая польза.
К тому же у него было смутное предчувствие: происхождение этой вещи отнюдь не просто.
Чжао Хай глубоко вздохнул и больше не колебался.
Способ выплавить он уже узнал из самого Глаза Короля зверей. Сказать по правде, он был не сложен, но для других — труднее некуда. Первый шаг — нужна кровь ста зверей. Взять кровь ста разных зверей, дать Глазу Короля зверей впитать её, активировать, а затем выплавить собственной психической силой. Когда плавка завершится, Глаз Короля зверей сам войдёт в лоб и станет частью тела.
Для обычного человека собрать кровь ста зверей — дело почти невыполнимое. Но для Чжао Хая это не составляло труда.
В его пространстве было не то что сто — куда больше зверей.
Чжао Хай мысленно двинулся — и вошёл в то необъятное пространство. Он взял по чуть-чуть крови от каждого зверя. Кровь была так мала, что почти ничего не значила, и зверям не вредила. Затем он смешал эти капли в тёмно-красный сгусток и опустил в него Глаз Короля зверей.
Едва Глаз попал в сгусток, как начались перемены.
Поверхность глазного яблока, прежде похожая на металлический шар, внезапно извергла ослепительные золотые лучи. Они, словно нити, просачивались изнутри, мало-помалу разъедая и растворяя металлическую оболочку. Затем из глубины глаза грянул глухой, далёкий звериный рык — будто в древнем хаосе некое исполинское существо открыло глаза после долгого сна.
В этом рыке была невыразимая аура давления.
Все звери в пространстве Чжао Хая — свирепые и кроткие, огромные и малые — в тот миг замерли. Они пали на землю, поджав лапы, опустив головы, издавая тихое поскуливание, словно склоняясь перед неким высочайшим существом.
Кровяной сгусток быстро исчезал, жадно поглощаемый глазом. Металлическая оболочка сошла окончательно, явив глаз размером с кулак. Он ещё слегка вращался, и в глубине зрачка мерцали бесчисленные мелкие руны — с одного взгляда казалось, что это живое существо.
Чжао Хай больше не медлил, и психическая сила хлынула к глазу, как прилив.
Едва коснувшись глаза, она тотчас была втянута. Сначала медленно, но чем ярче становилось золотое сияние на поверхности, тем сильнее делалась тяга. Чжао Хай чувствовал, как его психическая сила, словно прорвавшая плотину вода, неудержимо утекает. Даже при его мощи он уже начал ощущать, что не выдерживает.
Впитав психическую силу, глаз принялся бешено пожирать энергию из тела Чжао Хая. Его энергии было невероятно много, но тут он потерял почти десятую часть.
Десятую часть!
Чжао Хай внутренне изумился. Что же за происхождение у этого Глаза Короля зверей, если у него такой чудовищный аппетит?
Но размышлять было некогда: насытившись психической силой и энергией, глаз вылетел из пространства и медленно вошёл в межбровье Чжао Хая. Ощущение было странным: будто тёплая жидкость просочилась под кожу, будто семя залегло в плоть.
Едва глаз вошёл, как кровь Чжао Хая словно переменилась. Некоторые сосуды сами вытянулись, изогнулись и соединились с глазом. В месте их соединения прошла волна покалывания, а затем огромная психическая сила хлынула обратно, наполняя всё тело. Окружающая энергия неба и земли тоже устремилась внутрь, потекла по крови.
Что удивило его ещё больше — сила, заключённая в той крови, вошла в резонанс с кровавым демоном в его теле. Кровавый демон тихо взревел и был полностью слит с этой силой.
Когда всё улеглось, Чжао Хай медленно открыл глаза.
Он чувствовал, что его психическая сила стала по меньшей мере вдвое сильнее, а энергия в теле резко возросла. А в необъятной природной энергии появилась тончайшая струйка величия — аура давления, принадлежащая Королю зверей.
Едва открыв глаза, Чжао Хай замер.
Прямо перед ним, почти вплотную, висела толстая круглая физиономия, а в глазах застыла тревога. Это был Панцзы.
— Панцзы, что ты делаешь? — спросил Чжао Хай.
Панцзы шумно выдохнул и рявкнул:
— Что я делаю? Старина Чжао, ты что, с ума сошёл? Ты посмотри, где мы! Это же горы Мандан! А ты тут взялся совершенствоваться! Да ещё целый день! Ты рехнулся?
Чжао Хай сразу понял, в чём дело, и поспешно сказал:
— Прости, Панцзы, это вышло случайно. Помнишь тот металлический шар, что я вчера забрал? Оказалось, это удивительный магический инструмент, притом сделанный из частей демонического зверя. Такие инструменты можно выплавить в тело. Я раньше не знал, вот и попробовал. А он возьми и войди в меня — я даже остановиться не мог.
Панцзы опешил и чуть смягчился:
— Вот оно что. А я думаю. Но в следующий раз, если вздумаешь такое, предупреди меня. А если бы в этот момент кто-то напал? Ты же был совершенно беззащитен, я бы и помочь не успел.
Чжао Хай кивнул:
— Не волнуйся, больше не повторится. Собирайся, идём.
Панцзы кивнул и пошёл собирать вещи. Собирая, он сказал:
— Везучий ты, однако. Нашёл такой инструмент. В Мире Пяти Духов нечасто встречаются инструменты, сделанные прямо из частей демонических зверей. Ты сумел найти — впечатляет. Расскажи, что это за вещь?
Чжао Хай усмехнулся:
— Не знаю, чей это глаз. Пользы от него немного: ускоряет применение чар, да ещё рассеивает злые чары — и всё.
Панцзы закатил глаза:
— Скажешь тоже — «и всё». А чего ты ещё хочешь? Это же всё равно что вставить в себя посох, да ещё такой, который никто не отнимет.
Чжао Хай усмехнулся:
— Примерно так. И этот посох — всестихийный.
Панцзы произнёс:
— Хорошая вещь. Но об этом никто не должен знать, иначе будут ещё большие неприятности.
Чжао Хай усмехнулся:
— А если узнают? Я не боюсь. Кто посмеет меня тронуть — уничтожу.
Панцзы расхохотался.
Вскоре они собрались и двинулись в глубь гор Мандан.
Панцзы на ходу спросил:
— Слушай, старина Чжао, а что с теми жуками, которых ты вчера добыл? Уже можно использовать?
Чжао Хай рассмеялся:
— Можно, конечно. Знаешь, почему Чёрный Яньван мог управлять жуками? Из-за того глаза. Теперь он у меня, значит, и жуками я управлять могу.
Панцзы тут же сказал:
— Тогда выпусти того большого жука, хочу посмотреть, что он собой представляет.
Чжао Хай кивнул, хлопнул себя по поясу, и перед ним появился большой чёрный жук. Панцзы показалось — или нет? — что жук стал крупнее, чем вчера, а на голове у него прибавилось маленьких шипов.
Впрочем, Панцзы не придал этому значения — вчера он не разглядывал жука как следует, так что перемены всё равно не заметил бы.
Он внимательно оглядел жука по имени Яньван и кивнул:
— Неплохо, на вид грозен. Говорят, в бою он силён. Ума не приложу, как его вчера удержали какие-то травинки.
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Всё просто. Я удержал его травами до того, как он успел приложить силу. Этот жук не как мы: мы бьём чарами, а он — силой. Вот, например, ты, Панцзы, ударь меня кулаком.
Панцзы не понял, но занёс руку, отвёл плечо назад, собираясь ударить. Но не успел он отвести тело, как Чжао Хай шагнул вперёд, оказался у самого его кулака и упёрся в него. Кулак Панцзы был остановлен, и размах пропал.
Панцзы недоумённо посмотрел на него.
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Вот теперь ты не можешь меня ударить. Ты ещё не вложил силу, а я уже остановил тебя. Так же я справился и с жуком: прежде чем он успел нанести удар, я велел травам опутать его. Он не смог приложить силу — и не смог мне ничего сделать.
Панцзы кивнул:
— Вот оно что. Но, старина Чжао, разве это не то, чем занимаются только обладатели смешанных душ? Откуда ты это умеешь?
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Конечно, умею. Думаешь, авантюристы всегда честно бьются чарами? У многих посохи металлические, да ещё с острым концом. В нужный момент таким по голове — и убьёт.
Панцзы кивнул:
— Понятно. Выходит, с авантюристами надо держать ухо востро, иначе легко попасться.
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Верно. С авантюристами всегда остерегайся. Я раньше не замечал? У убийц из группы в масках демонов при себе сумки со скрытым оружием. Вещь обычная для авантюристов, но у них там сплошь метательное оружие. Значит, они учились им пользоваться. В бою вдруг метнут — и убьют. И ещё я заметил: их скрытое оружие чаще всего отравлено.
Панцзы опешил, затем кивнул:
— Вот оно что. А я гадал, зачем они столько таскают. Оказывается, для этого. И вправду убийцы.
Чжао Хай произнёс:
— Именно. Они убийцы, и им всё равно, каким способом. Им важно одно — как убить.
Пока они шли, Чжао Хай вдруг замер. Обернулся к Панцзы и произнёс:
— Панцзы, не двигайся. Дай мне как следует посмотреть.
Панцзы не понял, чего он хочет.
Чжао Хай всмотрелся в него и лишь через какое-то время тяжело вздохнул:
— Вот почему эти типы из группы в масках демонов всегда нас находят. Вот в чём дело.
Панцзы опешил:
— Что? Ты понял, как они нас находят?
Чжао Хай кивнул:
— Понял. Я раньше не догадывался. Только что присмотрелся к тебе и заметил неладное. У тебя на лице чёрная аура — скверна. Иначе говоря, на тебе проклятие. Чёрт, надо было раньше сообразить. Эти твари только таким и промышляют.
Панцзы не понял:
— Что это значит? О проклятиях я слышал, но, судя по моему состоянию, меня вроде не проклинали?
Чжао Хай покачал головой:
— Это проклятие не для того, чтобы приносить неудачи. Оно очень слабое, ты его не чувствуешь, но через него люди из группы в масках демонов могут тебя находить. Понимаешь?
Панцзы кивнул:
— Понял. Они находят меня через это проклятие, так?
Чжао Хай кивнул:
— Да, через него они нас и находят. Думаю, не только на тебе — на мне тоже. Просто я раньше не заметил. Теперь, получив Глаз Короля зверей, я увидел неладное на твоём лице. Связал одно с другим — и догадался.
Панцзы произнёс:
— И что делать? Можно снять проклятие? Если оно останется, они всегда смогут нас найти. В горах Мандан это особенно опасно.
Чжао Хай улыбнулся:
— Конечно, можно снять. Любое проклятие можно снять. Раньше мы его не замечали, потому и не могли снять. Теперь заметили — снимем. Тем более оно такое слабое, это будет просто. Погоди, я придумаю, как его снять.
Панцзы кивнул и промолчал.
Хоть Чжао Хай говорил легко, сам он придавал этому большое значение. Он прекрасно понимал, что любое проклятие — дело хлопотное. Он и сам владел проклятиями, потому знал, в чём их сложность. Оттого и относился серьёзно.
Размышляя, Чжао Хай взглянул и на себя. И верно — на нём тоже была едва заметная чёрная аура, значит, и он был проклят. Просто это проклятие держалось снаружи, не влияя ни на тело, ни на жизнь, потому он раньше и не замечал.
Но теперь, вобрав в себя Глаз Короля зверей, он обрёл способность распознавать любую скверну, потому и заметил чёрную ауру на лице Панцзы. В лагере он не увидел её лишь потому, что там было темно, лица и без того казались смуглыми. А здесь сквозь листву пробился луч солнца и упал на лицо Панцзы — так Чжао Хай и заметил.
(Конец главы)