В смутные времена нужны суровые законы. Эту поговорку в нынешнем Государстве Горного Бога можно было понять и так: жестокими мерами как можно скорее усмирить смуту.
Изначально в Государстве Горного Бога не было особой смуты. Перед лицом Маски Демона всем поневоле приходилось держаться вместе. Но с тех пор как Хуан Синлун взошёл на престол, покой в государстве кончился. У Хуан Шаня оставалось немало преданных сторонников. Они не признавали Хуан Синлуна и видели в нём лишь негодяя, который, опираясь на мощь Империи Мимунь, принудил родного отца. Так в Государстве Горного Бога закипели скрытые течения.
Чжао Хай, однако, не обращал на это внимания и не имел ни малейшего желания заниматься этим. Со всеми, кто замышлял смуту, у него был один способ — убивать. Пусть Хуан Синлун выступит с приказом и казнит. Один смутьян — казнить одного; десять — десять; сто — сто. Словом, казнить, пока никто больше не осмелится смутьянить.
Способ оказался самым действенным. С тех пор как Империя Мимунь начала казни, больше никто не смел буянить — все присмирели. И Хуан Синлун с остальными увидели другую сторону Империи Мимунь: она действительно смеет убивать и действительно умеет убивать.
Так в Государстве Горного Бога вскоре воцарился покой, не осталось ни малейшего шума. Для тех людей рисковать жизнью ради неизвестно куда пропавшего Хуан Шаня не стоило и ломаного гроша. А те, кто искренне хотел за него вступиться, — уже были мертвы.
Когда Государство Горного Бога утихомирилось, армия Империи Мимунь начала стягиваться к фронту, готовясь к схватке с Маской Демона; армия Государства Горного Бога тоже двинулась к фронту — они шли мстить.
Но как раз в это время армия Маски Демона тоже начала сосредотачиваться на фронте. В тех войсках несли множество магических инструментов: те барабаны и другие. Барабаны, которыми пользовалась Маска Демона, уже получили громкое имя — Кровавый барабан десяти тысяч призраков. Говорили, что его обтягивают человеческой кожей. Когда в него бьют в первый раз, он убивает множество людей — всех их звук дробит в кровавую жижу, а та сгущается в каплю очищенной крови и падает на барабан. Когда бьют в следующий раз, звук не только убивает людей, но и капля очищенной крови превращается в Кровавого призрака, который бросается на врага, — поистине безжалостная вещь.
Были и другие магические инструменты, все один к одному зловещие, сразу видно — недоброе. Похоже, на этот раз Маска Демона и вправду бросила в ход свои главные козыри.
Чжао Хай стоял на палубе Корабля Короля Призраков, глядя на армию Маски Демона, и тоже видел те инструменты. Он серьёзно произнёс:
— Шичуй, передай на корабли: на этот раз я не вмешиваюсь. Магические инструменты Маски Демона очень сильны — пусть будут осторожны. Это тренировка. Если они смогут в таких условиях разбить Маску Демона, наш флот станет непобедимым в этом мире. Иди готовь.
Шичуй откликнулся и отправился передавать приказ. Чжао Хай не двинулся с места, лишь продолжал стоять. На самом деле на этот раз ему действительно хотелось вмешаться. Но он знал: флот Империи Мимунь обязан пройти через это. Только пройдя, они по-настоящему возмужают и станут непобедимым флотом.
По приказу Шичуя флот Империи Мимунь медленно двинулся вперёд. Правда, на этот раз Корабль Короля Призраков Чжао Хая остался позади. Он действительно не хотел участвовать в этой битве.
Но флот Империи Мимунь не отказался от наступления. Атака продолжалась, стройно и размеренно. Флот продвигался небыстро, но в ходе движения все корабли открыли защитные барьеры, а энергетические пушки наполнились энергией.
Наступление началось. Первыми ударили не корабли Империи Мимунь, а люди Маски Демона. Среди них Кровавый барабан десяти тысяч призраков могли использовать только истинные представители человеческой расы; монстры, выплавленные Маской Демона, не могли им пользоваться — даже те, что обрели духовный разум.
Атака Кровавого барабана была невероятно сильна. На этот раз Маска Демона подготовила двадцать таких барабанов. Стоило ударить — и из них вылетали бесчисленные кроваво-красные злые духи, устремляясь прямо к флоту Империи Мимунь; одновременно звуковые волны, будто искажавшие пространство, обрушивались на корабли.
Звериные защитные барьеры на кораблях задрожали, но выдержали первый удар. Однако затем бесчисленные Кровавые призраки бросились на корабли. Они непрерывно грызли барьеры — и хоть могли добраться лишь до них, барьеры становились всё тоньше: призраки обладали сильным разъедающим действием.
И тут люди на флоте начали менять энергию для кораблей. На этот раз источником для барьеров стала очень интересная вещь — кристаллы разрушения.
Кристаллы разрушения — это кристаллизованная сила разрушения. Теперь у Империи Мимунь этого добра было немало: много собрали в Мире Духовного Оружия, много вырастили в Мире Душ. Потому кристаллы разрушения стали постоянным источником энергии на кораблях — обычно их использовали в критический момент, либо для энергетических пушек, либо для защитных барьеров.
Стоило заменить источник, как барьеры кораблей ярко вспыхнули. Только что почти истончившиеся звериные барьеры внезапно почернели и стали куда плотнее. Затем Кровавые призраки вдруг окутались чёрным дымом и издали пронзительные вопли, будто от невыносимой боли, но не могли оторваться от барьера — словно он их втягивал. В конце концов призраки один за другим исчезли. Но некоторые не исчезли — их цвет постепенно темнел, пока не стал совершенно чёрным; они перестали атаковать корабли и проникли прямо внутрь, оставив на корпусе отпечаток демонической личины.
Никто не ожидал, что использование кристаллов разрушения против Кровавых призраков приведёт к такому. Это было поразительно, и даже Чжао Хай не предусмотрел этого.
Чжао Хай прекрасно понимал: лучше всего против Кровавых призраков действуют светлые энергии и заклинания — буддийские, ортодоксальные даосские способы изгнания призраков. Сила разрушения и те Кровавые призраки, можно сказать, одного корня — просто сила разрушения чище и выше.
Впрочем, силу разрушения тоже можно использовать против Кровавых призраков: она слишком чиста, и призраки не выдерживают. Это как если ты создашь перед собой реку, думая остановить врага, а враг возьмёт и заморозит её. Лёд — тоже из воды, но тебе от него уже нет пользы, один вред. Так что сила разрушения против Кровавых призраков тоже годится.
Просто Чжао Хай не ожидал, что от силы разрушения Кровавые призраки эволюционируют и даже сольются с кораблём. А для корабля это была хорошая новость. Чжао Хай верил: призраки не просто сливаются с кораблём — от них наверняка будет большая польза.
Кровавые барабаны Маски Демона всё ещё били, звуковые волны всё ещё шли, но уже не приносили особого вреда. Сила разрушения в атаке — сильнейшая атака; в защите — тоже не слаба. Звуковые атаки против неё почти бесполезны.
И тут началась контратака кораблей. Один за другим с них сорвались чёрные лучи и ударили по земле.
На земле люди Маски Демона тут же выставили другие магические инструменты для защиты. Но их защита больше прикрывала тех, кто бил в Кровавые барабаны; о монстрах они не заботились.
Если чёрные энергетические лучи попадали в монстра, тот мгновенно рассыпался в прах, не оставив даже пылинки. Даже те, в кого не попали, под воздействием лучей становились ещё безумнее, но при этом будто слабели.
Чжао Хай стоял на Корабле Короля Призраков, и на его лице появилась улыбка. Монстры Маски Демона хоть и были выплавленными мертвецами, но не стоит забывать: Чжао Хай лучше всех разбирался в мертвецах. Потому он прекрасно понимал, что это за твари. Внешне они казались мёртвыми — не чувствовали боли, не боялись смерти, умирали, только если поразить несколько жизненно важных точек. Их можно было считать мертвецами. Но у всех мертвецов есть одна особенность: в смерти хранится жизнь. Смерть — снаружи, жизнь — внутри; в ауре смерти теплится нить жизненной силы. Вот что такое настоящий мертвец.
Снаружи мертвец кажется мёртвым, но его сердцевина — та самая нить жизненной силы. Без неё, только с аурой смерти, это был бы просто труп, а не мертвец. Потому сила разрушения и влияла на монстров.
Сила разрушения — это чистая разрушительная мощь. В ней не может быть жизненной силы; напротив, она подавляет жизнь. А поскольку подавляет — влияет и на монстров. Их сердцевина — та же нить жизни; теперь её подавляла сила разрушения, в любой миг грозя уничтожить, — оттого их мощь и слабела.
Чжао Хай был очень доволен реакцией флота: они быстро меняли строй. Увидев, что обычная энергия плохо действует на Маску Демона, они тут же перешли на силу разрушения. Неважно, знали ли они заранее, как сила разрушения подействует на Маску Демона, — уже то, что они умеют приспосабливаться, говорило о многом.
Не страшен сильный враг — страшна собственная глупость. Каким бы сильным ни был враг, всегда найдётся способ его уничтожить; но если ты сам глуп и не умеешь меняться, не ищешь слабые места врага — тебя ждёт смерть.
«Отвечать на все перемены неизменностью» — красиво сказано, но на деле это самый беспомощный выбор. Если ты можешь найти слабость врага, ты бы давно убил его одним ударом — зачем бы тебе понадобилась неизменность? А если считать эту поговорку истиной — этому человеку уже ничем не поможешь.
Контратака флота показала, что они не тупые ревнители правил. Они умеют приспосабливаться — а это именно то качество, которое нужно командиру, и именно то, чем Чжао Хай был больше всего доволен.
(Конец главы)