Хуйдэ, очевидно, разбирался в вещах.
Его взгляд упал на чашу Чжао Хая, на миг застыл, а затем он со вздохом произнёс:
— Поистине хорошая вещь. Это магический инструмент? Причём защитного типа?
Чжао Хай слегка улыбнулся ему и, держа чашу одной рукой, ответил:
— Верно, это магический инструмент, оставшийся от покойного наставника. И единственное, что от него осталось.
Хуйдэ кивнул и тихо произнёс имя Будды:
— Ваш наставник, должно быть, был великим монахом.
Больше он ничего не спросил. Повёл рукой, и в его ладони тоже появилась чаша. Она была меньше чаши Чжао Хая, но отливала тёмным золотом, с мягким внутренним блеском, очень красивая.
Чжао Хай тоже разбирался в вещах. С первого взгляда он понял, что чаша Хуйдэ — тоже неплохой магический инструмент, из превосходного материала, и, скорее всего, сочетает защиту и нападение. Но он ничего не сказал, лишь молча встал в очередь.
Вскоре подошла его очередь.
Перед несколькими большими чанами несколько монахов с длинными деревянными черпаками накладывали людям еду. Рис в чанах исходил паром, но это был не чистый духовный рис, а смешанный с обычным. Даже так это считалось большой роскошью. Многие странствующие культиваторы за всю жизнь не пробовали риса, сваренного из духовного риса. Секта Запечатанного Меча не поскупилась добавить его в еду — видно, как здесь заботятся о буддийских учениках.
Чжао Хай протянул свою чашу. Монах, раздававший еду, взглянул на его могучую фигуру и, опустив черпак, положил ему две большие порции. Обычным людям доставалась одна. Чжао Хай не возражал — и одна, и две порции ему были нипочём. Затем из нескольких чанов с овощными блюдами каждый получал по одной порции — и обед был собран.
Чжао Хай отошёл в сторону с чашей, достал деревянную ложку и неспешно принялся есть. Большинство монахов вокруг делали то же самое.
Пока он ел, во дворе стояли три больших чана. Один — поодаль, два — поближе. Сначала Чжао Хай не понял, но вскоре разобрался: дальний был пустым; в ближних — один с холодной водой, другой с горячей. Монах, закончив есть, выливал остатки из чаши в пустой чан, подходил к чану с холодной водой, зачерпывал висевшей на краю деревянной ложкой воду и мыл чашу, затем набирал ложку горячей воды из другого чана и отходил в сторону выпить.
Чжао Хай быстро доел, так же вымыл чашу и, зачерпнув горячей воды, принялся пить.
Пока он пил, к нему подошёл Хуйдэ со своей чашей. Взглянув на Чжао Хая, он с улыбкой сказал:
— Почтенный Цзинхай только что прибыл в Город Запечатанного Меча и, возможно, кое-чего ещё не знает. Я здесь давно, так что если что-то непонятно, спрашивайте напрямую.
Чжао Хай сложил одну ладонь в приветствии:
— Как раз есть один вопрос, по которому хотелось бы получить наставление почтенного Хуйдэ. Не подскажете, где вокруг Города Запечатанного Меча можно отправиться на поиски приключений?
Хуйдэ, услышав это, слегка улыбнулся:
— Это просто. За городом три большие горы — Тайу, Уван и Синюэ. В них несметные сокровища и множество демонических зверей. Хотите приключений — идите в горы искать сокровища и охотиться на зверей. Не хотите — можете в городе охранять небольшие караваны. Город Запечатанного Меча стоит на перекрёстке путей, каждый день здесь проходит множество караванов. Многие малые караваны не могут позволить себе постоянную охрану и нанимают людей на время. Если не хотите действовать в одиночку, я могу представить вас другим монахам из обители. Они тоже этим зарабатывают — можете объединиться.
Чжао Хай тут же ответил:
— Тогда придётся побеспокоить почтенного Хуйдэ. Я один, и сил у меня немного. Лучше уж действовать вместе с другими.
Хуйдэ кивнул:
— Тогда идёмте, почтенный Цзинхай. Как раз люди из Собрания монахов здесь. Я вас им представлю.
Чжао Хай отозвался, поднялся, допил воду из чаши и пошёл за Хуйдэ.
По дороге Хуйдэ говорил:
— Собрание монахов — это здешнее объединение, состоящее исключительно из монахов. Людей немало, сейчас около пятисот, и все — странствующие монахи вроде нас с вами. Объединились мы поневоле. Хотя в Городе Запечатанного Меча у нас есть еда и кров, для культивации нужны другие ресурсы. А их бесплатно не получишь. Потому мы тоже берём задания и ходим на поиски приключений. В городе опасности нет, а за городом — есть. Многие монахи уходили и не возвращались, погибали на чужбине. Со временем пришлось объединиться. Так и появилось Собрание монахов.
Он помолчал и продолжил:
— Собрание монахов — организация довольно свободная. Большинство живёт здесь же. Обычно мы общаемся как друзья. Когда есть дело — вместе идём выполнять задание. Чётких условий для вступления и выхода нет. Потому что после получения задания все добытые кристаллы делятся поровну. Правда, тот, кто взял задание, в зависимости от его сложности может взять себе на несколько долей больше — примерно десять процентов как вознаграждение, а остальное делится поровну. Если же идём на поиски приключений, то делим по обстоятельствам.
Он помолчал и добавил:
— Я был одним из основателей Собрания монахов. Но сейчас уже почти не хожу на задания. Сегодня я просто представлю вас всем, чтобы они узнали вас и ваши силы. В будущем, когда будет задание, вас позовут. А если захотите на поиски приключений — тоже можете позвать людей, и пойдёте вместе.
Чжао Хай отозвался и пошёл за Хуйдэ.
Вскоре они вернулись в первый двор. Там сидело немало монахов. Одни читали сутры с закрытыми глазами, другие собирались по двое-трое и беседовали о Дао — вид у всех был очень безмятежный.
Хуйдэ вошёл во двор, обвёл монахов взглядом и тихо произнёс имя Будды:
— Амитабха, почтенные, позвольте обратиться. Это почтенный Цзинхай, только что поселившийся в нашей обители. Он тоже хочет вступить в наше Собрание монахов. Прошу впредь оказывать ему внимание.
Чжао Хай, услышав, что Хуйдэ закончил, тоже тихо произнёс имя Будды и, сложив обе ладони, обратился к собравшимся:
— Цзинхай приветствует почтенных. Я только что прибыл в Город Запечатанного Меча, прошу впредь оказывать мне внимание.
Монахи во дворе тоже услышали слова Чжао Хая. Многие подошли ближе. Несколько монахов сложили ладони и поклонились Чжао Хаю. Один круглолицый монах с улыбкой сказал:
— Я Юаньцзин, приветствую почтенного Цзинхая. Добро пожаловать в Город Запечатанного Меча. Прошу и впредь оказывать мне внимание.
У Юаньцзина от природы было круглое лицо, к тому же он был слегка полноват. Когда он улыбался, глаза почти исчезали, что выглядело очень забавно, и весь он производил впечатление человека необычайно добродушного. Однако Чжао Хай не стал недооценивать этого толстого монаха. Он заметил, что сила монаха достигла одиннадцатого слоя очищения семени и превращения в ци — в этом дворе он считался мастером.
Чжао Хай поспешно сложил ладони и поклонился:
— Что вы, что вы. Почтенный Юаньцзин слишком любезен. Я здесь впервые, прошу впредь оказывать мне внимание.
Юаньцзин слегка улыбнулся:
— Не стоит, не стоит. Позвольте узнать, какова сила почтенного Цзинхая? Какие техники вы освоили лучше всего?
Чжао Хай опешил.
Ведь обычно никто не хочет, чтобы другие знали его силу. А уж о том, какие техники он освоил, и подавно не рассказывают — это значит раскрыть свои козыри, а пользы от этого никакой. Но он оглянулся и увидел, что все смотрят на него, словно ждут ответа. Даже Хуйдэ не остановил его. И Чжао Хай понял: придётся сказать. Видимо, от этого зависит, какие задания ему будут поручать.
Чжао Хай сложил ладони:
— Я культиватор телесной практики, достиг девятого слоя очищения семени и превращения в ци. Лучше всего владею ближним боем.
Чжао Хай назвал не низкий уровень. На самом деле сила его тела и вправду была около девятого слоя очищения семени и превращения в ци. Не используя заклинания, в ближнем бою он не мог проявить всю свою мощь и не дотягивал до уровня очищения ци и возвращения духа. Так что он не солгал.
Юаньцзин, услышав это, обрадовался ещё больше и кивнул:
— Это прекрасно. Почтенный Цзинхай, у меня как раз есть одно задание — послезавтра выступаем в город Сюньцзян, нужно двадцать человек. Не хотите ли присоединиться?
Чжао Хай, услышав это, задумался, а затем негромко спросил:
— Позвольте узнать, почтенный Юаньцзин, какова награда? И сколько времени займёт путь?
Юаньцзин с улыбкой ответил:
— Отсюда до Сюньцзяна и обратно — около двадцати дней. За этот поход каждый получит десять кристаллов второго ранга. Не желаете присоединиться, почтенный Цзинхай?
Чжао Хай кивнул и негромко произнёс:
— Я пойду. Благодарю, старший брат Юаньцзин. Когда послезавтра выступим, позовите меня.
Улыбка Юаньцзина стала ещё шире. Он тут же сказал:
— Вот и отлично. Послезавтра перед выходом я зайду за почтенным Цзинхаем.
С этими словами он сложил ладони и поклонился Чжао Хаю, затем повернулся и ушёл. Вместе с ним ушли ещё несколько монахов.
Когда Юаньцзин ушёл, Хуйдэ заговорил:
— Почтенный Цзинхай, этот монах Юаньцзин — один из самых способных людей в нынешнем Собрании монахов. Он всегда находит задания, причём обычно не слишком опасные, а награда немалая. К монахам из Собрания он относится с заботой. Думаю, пойти с ним — лучший выбор. А я откланиваюсь. Заранее желаю почтенному Цзинхаю удачи в этом задании.
С этими словами Хуйдэ сложил ладони и поклонился.
Чжао Хай поспешно сложил ладони в ответ и негромко произнёс:
— Благодарю, почтенный Хуйдэ.
Они обменялись именами Будды и разошлись.
(Конец главы)