Хайдин смотрел, как Чжао Хай выполняет базовые упражнения телесной практики, и на его лице постепенно появилась улыбка.
Движения Чжао Хая были очень медленными, но необычайно связными. Между приёмами не было ни малейшей паузы — словно текущая вода, словно старое дерево, пустившее корни. Именно это Хайдину и нравилось больше всего.
Базовые упражнения телесной практики тем лучше, чем медленнее. Но медленные — не значит прерывистые. Стоит прерваться, и эффект закалки сухожилий, костей, плоти и крови пропадёт. Чжао Хай выполнял их чрезвычайно медленно, но нигде не останавливался — видно, основа у него крепкая. Даже в Храме Железного Будды, пожалуй, мало кто достиг такого уровня.
Когда Чжао Хай закончил, Хайдин тихо произнёс имя Будды:
— Амитабха, хорошо, очень хорошо. Почтенный Цзинхай, ваша телесная практика и вправду превосходна.
Чжао Хай тихо произнёс имя Будды в ответ и промолчал.
Хайдин взглянул на него и негромко произнёс:
— Тогда перейдём ко второму испытанию. Почтенный Цзинхай, сколько буддийских сутр вы читали?
Чжао Хай на миг опешил. Затем подумал и негромко ответил:
— Немного, ни много ни мало — сто восемь сутр.
Хайдин опешил, затем с удивлением произнёс:
— Сто восемь? Вы все умеете читать?
Чжао Хай кивнул.
Хайдин больше ничего не сказал. На самом деле даже он сам не смог бы прочесть наизусть сто восемь сутр. Потому проверить Чжао Хая в этом было невозможно. Но он верил, что Чжао Хай не станет лгать — это не принесло бы ему никакой выгоды.
Хайдин тихо произнёс имя Будды:
— Хорошо, тогда последнее испытание. Почтенный Цзинхай, у меня есть несколько железных колец. Наденьте их на руки и посмотрите, сколько сможете удержать.
С этими словами Хайдин взмахнул рукой, и перед ним появилась груда железных колец. Кольца были тёмные, ничем не примечательные. Но когда они упали на землю, каменные плиты под ними раскололись. Некоторые кольца так и врезались в плиты.
Чжао Хай сразу понял: кольца сделаны из особого материала и весят невероятно много. Иначе они бы этого не сделали. Он также понял, что имел в виду Хайдин: проверить, до какого уровня он развил телесную практику.
Чжао Хай ничего не сказал, тихо произнёс имя Будды, подошёл к кольцам и взял одно.
Едва взяв кольцо, он почувствовал тяжесть, оттягивающую руку. Он был уверен: каждое кольцо весит около пятисот цзиней.
Чжао Хай молча начал надевать кольца на руки. Сначала правой рукой он надел на левую руку десять колец; затем левой рукой надел на правую ещё десять. После этого он выпрямился и обратился к Хайдину:
— Амитабха, почтенный Хайдин, сейчас я могу надеть только столько. Если больше, это повлияет на мои движения.
На самом деле Чжао Хай мог надеть ещё несколько. Но не стал. Он верил, что и этого достаточно. Обычный телесный практик такого результата не достигнет.
Хайдин тихо произнёс имя Будды:
— Амитабха, хорошо, очень хорошо. Объявляю: вы прошли испытание и можете официально вступить в наш Храм Железного Будды. Даю вам три дня на дела в Городе Запечатанного Меча. Через три дня отправитесь со мной в Храм Железного Будды.
Чжао Хай тихо произнёс имя Будды:
— Амитабха, благодарю, почтенный Хайдин.
Хайдин слегка улыбнулся:
— Теперь вы уже считаетесь учеником нашего Храма Железного Будды. Впредь зовите меня почтенный дядя.
— Амитабха, Цзинхай приветствует почтенного дядю Хайдина! — Чжао Хай поспешно сложил ладони и поклонился.
— Ха-ха-ха-ха! — Хайдин громко рассмеялся. — Хорошо, хорошо, хорошо. Через три дня я снова приду за вами.
С этими словами он повернулся и вышел. Вань Сань последовал за ним.
Едва оба ушли, как Юаньцзин и остальные уставились на Чжао Хая с горящими глазами.
Юаньцзин первым сложил ладони и поклонился:
— Амитабха, почтенный Цзинхай, поздравляю. Вступив в Храм Железного Будды, вы получите безграничные возможности.
Чжао Хай с улыбкой ответил:
— Почтенный Юаньцзин, вы преувеличиваете. Я уже стар. В таком возрасте в Храме Железного Будды я буду всего лишь внешним учеником и, думаю, не достигну многого.
Юаньцзин с улыбкой сказал:
— Как бы то ни было, вы вступили в Храм Железного Будды, а это великая секта, куда сильнее нас. Прошу, не забывайте нас, не забывайте людей Собрания монахов.
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Непременно, непременно. Я не забуду, что я из Собрания монахов.
Юаньцзин негромко произнёс:
— В Собрании монахов у вас всё будет хорошо. Но в городе у вас есть приёмный сын, верно? Вам стоит с ними повидаться. Ведь через три дня вы уезжаете.
Чжао Хай кивнул:
— Хорошо, тогда я пойду.
Он обернулся, сложил ладони перед всеми и вышел из дзен-обители.
Остальные монахи смотрели на него со смесью зависти и восхищения. Но Чжао Хай уже не обращал на это внимания.
Чжао Хай сразу направился во двор семьи Шэн.
Супруги Шэн Чао уже уехали в городок восстанавливать винный дом, но Сяофэн остался. Во-первых, ему нужно было продолжать тренировки, во-вторых, он должен был закупить кое-какие вещи. Потому он не поехал с ними. Чжао Хай пришёл именно к Сяофэну.
Увидев Чжао Хая, Сяофэн тут же поклонился:
— Учитель, вы пришли.
И провёл Чжао Хая во двор.
Чжао Хай кивнул и вошёл в дом. Усевшись, он сказал Сяофэну:
— Сяофэн, сегодня я пришёл сказать тебе одну вещь. Только что секта Запечатанного Меча привела ко мне человека из Храма Железного Будды, и он меня испытал. Я прошёл испытание и официально стал внешним учеником Храма Железного Будды. Через три дня я отправляюсь с ними в Храм Железного Будды. Сегодня я пришёл сказать тебе об этом. Когда вернутся супруги Шэн Чао, передай им, куда я уехал, и скажи, чтобы не волновались и не тревожились о Сыэре. Место, где находится Сыэр, абсолютно безопасно. Когда я устроюсь в Храме Железного Будды, при случае вернусь.
Сяофэн негромко произнёс:
— Да, учитель. Я обязательно передам дяде Шэну и его жене. Сыэр уехал учиться, а учёба занимает годы. Думаю, дядя Шэн поймёт.
Чжао Хай кивнул и негромко произнёс:
— То, что я ухожу в Храм Железного Будды, тоже хорошо. Теперь у вас будет поддержка, и у Сыэра тоже. Сяофэн, я уезжаю, но ты не прекращай тренировки, особенно базовые упражнения. Вот две нефритовые таблички: в одной — кулачное искусство, в другой — оружие. Впредь учись как следует. В кулачном искусстве есть набор шагов — тренируй его усердно, понял?
Сяофэн поспешно ответил:
— Да, учитель, я понял. Не беспокойтесь, я буду усердно тренироваться и не посрамлю учителя.
Чжао Хай кивнул:
— Хорошо, тогда я пойду. Тренируйся.
С этими словами он повернулся и вышел. Сяофэн проводил его до двери и лишь затем вернулся во двор.
Вернувшись в дзен-обитель, Чжао Хай снова повидался с Юаньцзином. Хотя он покидал Город Запечатанного Меча, он не хотел терять связь с Юаньцзином и остальными. Потому перед отъездом встретился со всеми, а затем вернулся в свою келью отдыхать.
В Гуаньчао Чжао Хай не пошёл. Он прекрасно понимал, что сейчас не время возвращаться. К тому же там был кровавый демон, так что беспокоиться было не о чем.
Хотя в последние дни Чжао Хай не тренировал психическую силу с помощью приливной силы, он собирался в будущем как следует её развить. Когда устроится в Храме Железного Будды, сможет каждую ночь входить в пространство и тренировать психическую силу. В пространстве он вполне мог создать приливную силу и с её помощью развивать психику.
Три дня пролетели быстро.
Через три дня Чжао Хай встал рано, выполнил утреннюю службу, позавтракал и стал ждать Хайдина в своей келье.
Около восьми утра Хайдин пришёл в дзен-обитель. Чжао Хай взял посох и вместе с Хайдином покинул обитель. Когда он уходил, Юаньцзин и остальные вышли проводить его. Лишь когда Чжао Хай ушёл, они вернулись.
Вообще-то теперь они уже могли перейти в свой двор. Выделенный им двор уже был готов, и условия там были неплохие. Но ради проводов Чжао Хая они ещё не переехали.
Простившись с Юаньцзином и остальными, Чжао Хай вместе с Хайдином направился к телепортационной площади. Там они вошли в формацию. Вспышка белого света — и оба исчезли.
Когда Чжао Хай снова смог видеть, он обнаружил, что оказался на другой телепортационной площади. Оглядевшись, он понял, что стоит в большом дворе. Во дворе сновали монахи. У всех была тёмная кожа, и все выглядели очень крепкими.
Увидев Чжао Хая и Хайдина, монахи поклонились Хайдину и негромко произнесли:
— Приветствуем почтенного дядю.
Хайдин кивнул, сложил ладони в ответ, затем повернулся к Чжао Хаю:
— Идём.
И повёл его вперёд.
Чжао Хай шёл за Хайдином, оглядываясь по сторонам.
Это был большой комплекс зданий. Видно было, что это огромный монастырь, занимающий много места, разделённый на множество дворов и площадей. Во дворах повсюду виднелись статуи Будды, треножники с воткнутыми благовониями. Весь монастырь был пропитан ароматом сандала.
Вскоре Чжао Хай вместе с Хайдином пришёл в один из дворов. Двор был большим, множество монахов сновало туда-сюда. Судя по виду, их сила была на уровне очищения семени и превращения в ци. Но по телосложению сразу было видно, что все они телесные практики. Потому уровень духовной энергии не говорил об их истинной силе.
Увидев Хайдина, они тоже поклонились и назвали его почтенным дядей.
Хайдин кивнул им и, идя вперёд, сказал Чжао Хаю:
— Все они — внешние ученики храма. Поскольку наш Храм Железного Будды делает ставку на телесную практику, наши внешние ученики по уровню духовной энергии лишь на очищении семени и превращении в ци и не слишком сильны. Но если наши внешние ученики схлестнутся с внешними учениками других сект, они ничуть не уступят, а то и чаще побеждают.
Чжао Хай кивнул.
Затем Хайдин привёл его в келью. Там было двое монахов. Оба выглядели совсем молодыми, меньше двадцати лет. Кожа у них тоже была тёмной. Увидев Хайдина, они тут же сложили ладони и поклонились:
— Приветствуем почтенного дядю.
Хайдин кивнул и негромко произнёс:
— Это ваш старший брат, его монашеское имя Цзинхай. Он был странствующим культиватором, но в битве с демоническими зверями в Городе Запечатанного Меча показал себя превосходно. Я лично его испытал, он достоин вступить в наш Храм Железного Будды. Вы двое оформите ему именную табличку, расскажите устав секты, выдайте всё положенное и проводите выбрать комнату.
Двое учеников отозвались и тут же принялись за дело. А Хайдин подошёл к подушке для медитации и сел.
Чжао Хай поклонился Хайдину, поблагодарил, затем поклонился двум монахам и тоже поблагодарил. Те поспешно ответили поклоном и занялись делом.
Вскоре Чжао Хаю вручили железную поясную табличку, две нефритовые таблички, монашеское одеяние, пару плетёных сандалий и пространственный мешок.
Чжао Хай принял вещи и поблагодарил двух монахов. Те ответили поклоном, и один из них сказал:
— Старший брат Цзинхай, это ваши вещи. Эта табличка — именная табличка нашего Храма Железного Будды. Носите её при себе, не убирайте в пространственное снаряжение. Одежду и обувь храм выдаёт по пять комплектов в год. Одежда — защитное одеяние, на ней есть формации: очищает от пыли, поддерживает чистоту тела, отпугивает насекомых. В пространственном мешке — положенные вам пилюли и всё для культивации. В двух нефритовых табличках: в одной записан устав нашего храма, в другой — начальная техника нашего Храма Железного Будды, первые четыре слоя «Тела лотоса Железного Будды». Изучайте усердно. Остальные правила записаны в уставе, прочтёте позже. Старший брат, идёмте, мы покажем вам, где вы будете жить. Прошу.
Чжао Хай поблагодарил обоих, затем поклонился Хайдину и пошёл с ними.
Вскоре они пришли в соседнюю келью. Там тоже сидел большой монах.
На вид ему было лет сорок с лишним, кожа тёмная и блестящая, на солнце отливала металлом. Монах был очень крупным, сидел как отлитая из меди статуя Будды. Кроме него, в комнате было двое маленьких монахов. Они были похожи на того, что привёл Чжао Хая, видимо, тоже помогали здесь с разными делами. Чжао Хай понял, что эти маленькие монахи, скорее всего, взяли задание секты и потому работают здесь.
Двое монахов привели Чжао Хая к большому монаху и, поклонившись, сказали:
— Приветствуем почтенного дядю Хайчжэня. Почтенный дядя, это новый ученик нашего Храма Железного Будды, старший брат Цзинхай. Мы привели его выбрать комнату.
Большой монах медленно открыл глаза, и его взгляд, холодный, как молния, упал на Чжао Хая.
Чжао Хай почувствовал, что этот Хайчжэнь сильнее Хайдина. Хотя он тоже был на уровне очищения ци и возвращения духа, его телесная практика была явно выше, чем у Хайдина.
(Конец главы)