Чжао Хай взглянул на Начжэня и горько усмехнулся:
— Знал, что от брата не скроешь. Брат, я завтра ходил к брату Наюю, и он уже сказал мне, что брат Наюнь хочет уделить мне особое внимание и даже подарил копию Ваджрного колокола. Говорят, это редкое сокровище. Я, честно говоря, не понимаю, почему братья Наюй и Наюнь так ко мне расположены. Это меня сильно озадачивает.
Начжэнь, услышав это, на миг опешил, затем посмотрел на Чжао Хая:
— Ты хочешь сказать, что брат Наюй прямо сказал тебе, что будет тебя растить?
Чжао Хай кивнул:
— Да. Брат Наюй сказал, что все мои задания секты впредь будет устраивать он, и подарил Ваджрный колокол.
Начжэнь глубоко выдохнул и посмотрел на Чжао Хая со сложным выражением:
— Не думал, что тебе выпадет такое. Цзинхай, для тебя это, безусловно, благо. Ты из странствующих, при обычной практике вряд ли достиг бы многого. Если брат Наюнь возьмётся тебя растить, ты вполне можешь стать мастером уровня возвращения духа к пустоте. А почему братья так к тебе расположены — сказать трудно. Но я слышал, что каждый из братьев-ключевых учеников держит тайную силу. Они не пускают её в ход без нужды, но если пустят — значит, случилось нечто важное.
Чжао Хай не понял:
— Брат, зачем брату Наюню и остальным держать тайную силу? Вроде бы им это ни к чему.
Начжэнь покачал головой:
— Этого никто не знает. Но одно точно: ядро этой тайной силы — тоже люди Храма Железного Будды, причём выращенные самим братом. Эти люди — самый острый клинок в его руке.
Лицо Чжао Хая изменилось:
— Брат, вы хотите сказать, что брат Наюнь хочет сделать меня таким клинком?
Начжэнь покачал головой:
— Этого никто не скажет. На самом деле так называемое тайное выращивание все видят, потому оно почти открытое. И те, кого растят, преданы своему наставнику и в нужный момент готовы за него умереть. Обычные люди из линии на такое не пойдут. Ведь все мы ученики Храма Железного Будды и прежде всего слушаем секту. А эти люди сначала слушают приказ брата, а потом уже секты. Если приказы расходятся, они выберут брата. Секта об этом знает и молчаливо допускает.
Чжао Хай кивнул. Теперь он немного понял положение ключевых учеников. Они готовятся занять высокие посты в храме, потому и растят себе верных людей, чтобы потом расставить их на места. Так называемое тайное выращивание, возможно, и существует, но вряд ли среди своих учеников храма — их слишком быстро заметят. Скорее братья растят людей вне храма для дел, где им неудобно засветиться. А такого, как он, ученика храма, если брат Наюнь и станет растить, скрыть не выйдет.
Это Чжао Хая успокоило. Он не хотел стать тайным убийцей Наюня. Он пришёл в Храм Железного Будды учиться «Телу лотоса Железного Будды» и получить статус ученика. Становиться тёмным клинком противоречило его замыслу.
Начжэнь, видимо, не понимал этой разницы из-за ограниченного кругозора. Он всего лишь внешний ученик и не видел всей картины.
Чжао Хай выдохнул и сложил ладони:
— Благодарю, брат Начжэнь, я понял. Теперь мне легче, а то в душе был камень.
Начжэнь с улыбкой ответил:
— Понимаю. Ты из странствующих, привык полагаться только на себя, даже друзей остерегаешься. Но ты теперь в Храме Железного Будды, вокруг тебя братья по секте. У нас не как в школах демонов, где грызутся и подставляют друг друга. У нас есть старшие монахи, которые хоть и не вмешиваются в дела, но в случае чего не допустят беспредела. Брат Наюнь растит тебя, потому что видит в тебе что-то стоящее. Не мни лишнего.
Чжао Хай кивнул:
— Да, брат, я понял.
Начжэнь, глядя на него, слегка улыбнулся:
— Теперь я понимаю, почему брат Наюй тебя так ценит. Сила твоя в храме невелика, но ты сметлив. В заданиях ты не лез на рожон, а выполнял их с малыми потерями. Вот что брат Наюнь в тебе разглядел.
Чжао Хай кивнул:
— Да, но я всё равно буду стараться поднять свою силу. Сейчас я слишком слаб.
Начжэнь кивнул:
— Верно. Брат Наюнь ценит твой ум, но ты культиватор, а культиватор оценивается по силе. Если сила не будет расти, даже брат Наюнь может однажды от тебя отказаться.
Чжао Хай кивнул:
— Я понял, брат. Если у вас будет дело или задание, зовите и меня.
Начжэнь с улыбкой ответил:
— Тебя позовёшь, как же. Твои задания теперь устраивает брат Наюй. Если я вмешаюсь, это нарушит его планы. Но если я сначала спрошу его и он согласится, тогда позову.
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Вот и хорошо. Брат, тогда я пойду, мне ещё тренироваться, хочу поскорее начать второй слой «Тела лотоса Железного Будды».
Начжэнь кивнул:
— Иди. Если что нужно — говори. Теперь твой статус не тот, что раньше, так что если я не смогу достать, поможет брат Наюй. Иди.
Чжао Хай отозвался, поклонился и ушёл. Вернувшись в комнату, он вздохнул с облегчением. Похоже, он и вправду слишком много думал. Храм Железного Будды отличается от других мест: даже если есть борьба и соперничество, они держатся в рамках. Так что можно не беспокоиться.
На самом деле Чжао Хай боялся не того, что Наюнь что-то с ним сделает, а того, что если они станут врагами, он не сможет спокойно тренироваться в храме. А ему ещё нужны были следующие слои «Тела лотоса Железного Будды». Хотя он мог сам улучшать технику, но без статуса ученика храма в Мире Мечевого Духа будет много неудобств. Как с бандой Гуаньчао: они действуют тайно, потому не могут быстро развиваться. Открыто и тайно — большая разница.
Через пять дней после задания с Наюем Чжао Хай тренировался в комнате, как вдруг перед ним появилась буддийская печать. Он открыл её — это было письмо от Наюя. Тот давал ему новое задание: прийти в зал заданий и получить его.
Чжао Хай был готов к этому и не возражал. Через задания он лучше узнавал Мир Мечевого Духа. Правда, коллективные задания ему не нравились — с них мало добычи. В одиночку можно найти что-то неожиданное. Но в коллективных есть плюс: он узнаёт людей храма, и они лучше к нему относятся, что облегчит ему жизнь.
Когда Чжао Хай пришёл в зал заданий, он сразу направился к стойке заданий секты и протянул именную табличку. Монах за стойкой взглянул на него, взял табличку, посмотрел и сказал:
— Задание номер тридцать один. Посмотри сам.
И больше не обращал на него внимания.
Многие у стойки слышали их разговор и с завистью посмотрели на Чжао Хая. Они сами были учениками храма и понимали, что это значит: его выбрал ключевой ученик и начал растить. Иначе зал заданий не стал бы так его выделять, оставив задание заранее. Такое доступно только избранным.
Затем все взглянули на задание номер тридцать один, и их лица изменились. Они посмотрели на Чжао Хая с сочувствием, и зависть исчезла.
Чжао Хай тоже увидел задание. Это было задание на преследование. Храм Железного Будды контролирует много земель и городов, и находятся те, кто нарушает правила. В каждом городе есть филиал храма, обычно небольшой монастырь. Городами управляют дружественные семьи — либо потомки учеников храма, либо присягнувшие. Правило храма: в подконтрольных городах нельзя без причины применять силу. Даже если нужно — только за городом или в специально отведённых местах, иначе накажут. Но есть и другое правило, ещё строже: нельзя причинять вред ученикам Храма Железного Будды.
Учеников храма много, и они редко вмешиваются в дела. Но если ученика храма ранят или убьют, храм мстит беспощадно, кем бы преступник ни был. Потому ученики храма редко гибнут.
Задание номер тридцать один — как раз такое. В небольшом городе Жунчэн убили ученика Храма Железного Будды.
Жунчэн — городок с населением меньше двухсот тысяч. В таких городах храм не держит много учеников. Обычно за городом стоит небольшой монастырь, где живут от пяти до десяти монахов, как правило внешних учеников. Внутренних там не бывает. Эти монахи сменяются раз в три года, они просто практикуются, а всем необходимым их снабжают городские семьи, которые ежегодно платят храму дань. Городом управляют семьи. Если они не справляются, доносят храму. Монахи в Жунчэне только наблюдают и передают вести.
Но два дня назад один из монахов Жунчэна был убит по дороге из города в монастырь. Обычно монахи ходят в город за покупками и могут задержаться на день-два — никто не замечает. Но когда через два дня другой монах пошёл в город, он нашёл тело. Это было серьёзное происшествие. Он сразу донёс, и храм отправил людей расследовать и покарать убийцу. Это задание взял Наюй и передал Чжао Хаю.
(Конец главы)