Те люди, услышав слова Чжао Хая, на миг опешили, а затем изменились в лице.
Один из них посмотрел на Чжао Хая, увидел его изодранную одежду — сразу видно, что её разорвали звери, — и отчасти поверил. Главарь тут же сложил ладони и обратился к Чжао Хаю:
— Почтенный, прошу сюда, расскажите нам всё подробно.
Чжао Хай кивнул и пошёл за ним в сторону. Когда они остановились, Чжао Хай поведал о своём походе к горе Уван, умолчав лишь о том, как убил Хуэйкуна.
Шэн Чао и остальные тоже слышали его рассказ. Хотя Чжао Хай и умолчал о том случае, они не придали этому значения, лишь кивнули.
Тот человек расспросил и Шэн Чао с семьёй. Их рассказ в основном совпал со словами Чжао Хая. Лицо спрашивавшего стало серьёзным, и он сказал:
— Хорошо, благодарю вас. Прошу в город. Здесь, возможно, скоро развернётся большое сражение, так что и вам стоит подготовиться — если дойдёт до необходимости, горожанам тоже придётся помочь в обороне.
Чжао Хай сложил ладони и поклонился:
— Амитабха, это мой долг. Я буду в дзен-обители, если понадоблюсь — только скажите.
Шэн Чао и остальные тоже согласились. Они прекрасно понимали, что сейчас отказываться нельзя, потому согласились без колебаний.
Тот человек кивнул и пропустил их в город.
Чжао Хай сначала проводил Шэн Чао до их городского дома. Шэн Чао обзавёлся этим жильём на случай, если однажды у горы Уван станет невмоготу — чтобы вернуться в город и жить в безопасности. Так он и приобрёл этот дом, и вот теперь он пригодился.
Проводив их, Чжао Хай вернулся в дзен-обитель.
Оказавшись там, он обнаружил, что обитель почти переполнена. К счастью, его комната осталась за ним.
Едва Чжао Хай вошёл во двор, как его сразу заметил Хуйдэ. Взглянув на его одежду, Хуйдэ тут же подошёл и поклонился:
— Амитабха, почтенный Цзинхай, что с вами? Вы ранены?
Чжао Хай покачал головой:
— Ничего. Хотел было сходить на задание, но не успел дойти до горы Уван, как оттуда хлынули полчища демонических зверей и бросились на нас. Я понял, что дело плохо, и сразу повернул назад. Даже так звери меня достали. Но, к счастью, живым вернулся.
Хуйдэ, услышав это, изменился в лице. Он негромко произнёс:
— Почтенный Цзинхай, вы ходили к горе Уван? Тогда не видели ли вы почтенного Хуэйкуна? Говорят, он тоже отправился туда с людьми.
Чжао Хай сделал вид, что опешил, затем тоже изменился в лице:
— Амитабха, почтенный Хуэйкун пошёл к горе Уван? Тогда дело плохо! Вы не знаете, но сейчас вся дорога к горе Уван кишит зверями. Многие, кто бежал оттуда, погибли. Я по пути встретил одну семью и спас их. Кажется, они из того самого городка у подножия горы. Они с огромным трудом вырвались.
Хуйдэ тихо произнёс имя Будды:
— Амитабха, да хранит судьба почтенного Хуэйкуна.
Чжао Хай тоже кивнул и негромко произнёс:
— Будем надеяться. Об этом нужно сказать почтенному Юаньцзину. Почтенный Хуэйкун ведь тоже вступил в наше Собрание монахов, так что я обязан сообщить Юаньцзину.
Хуйдэ кивнул и негромко произнёс:
— Почтенный Цзинхай, я слышал, что ваше Собрание монахов теперь стало новой бандой, уже не прежним свободным объединением. Это так?
Чжао Хай кивнул:
— Именно так. Прежнее Собрание монахов было слишком рыхлым. Случись что — и все остаются сами по себе. А теперь мы создали банду, и впредь сможем действовать сообща, станем сплочённее. Это нападение Жирного Волка нас к этому подтолкнуло.
Хуйдэ кивнул:
— Амитабха, почтенный Цзинхай прав. Если бы всех удалось организовать раньше, может, и монахов погибло бы меньше.
Чжао Хай кивнул и сказал:
— Почтенный Хуйдэ, я сначала повидаю почтенного Юаньцзина. Поговорим позже. Сейчас обстановка нехороша — только что у городских ворот я встретил людей из секты Запечатанного Меча и рассказал им о том, что творится у горы Уван. Они говорят, возможно большое сражение, и нам, возможно, придётся участвовать. Об этом тоже надо сказать Юаньцзину.
Хуйдэ негромко произнёс:
— Амитабха, почтенный Цзинхай, идите. Поговорим позже.
Чжао Хай кивнул, сложил ладони перед Хуйдэ и пошёл во вторую секцию двора.
Вскоре он добрался туда. Едва войдя, он увидел Юаньцзина. Сейчас во второй секции двора почти все монахи были из Собрания монахов — около трёхсот человек. Они собрались вместе и беседовали, Юаньцзин был среди них.
Увидев Чжао Хая, Юаньцзин тут же поднялся и поклонился:
— Почтенный Цзинхай, вы вернулись? Что с вами? Не ранены?
Чжао Хай покачал головой:
— Не ранен. Но вот незадача: впервые собрался в Городе Запечатанного Меча на поиски приключений — и не вышло. Хотел сходить к горе Уван, но не успел дойти, как на нас напали звери. Там я встретил нескольких людей с горы Уван и спас их. От них и узнал, что они бежали из городка у подножия горы. Они рассказали, что в последние дни зверей у горы Уван стало куда больше и они начали нападать на людей. Искатели приключений не смели оставаться и все бросились бежать. Но на полпути их настигли звери, и спаслись лишь немногие, остальные не вышли. Я бежал вместе с ними, и звери напали на нас — потому одежда моя в таком виде.
Юаньцзин изменился в лице и негромко произнёс:
— У горы Уван нападают звери? Значит, очень может быть, что вскоре они пойдут на наш Город Запечатанного Меча? Кстати, вы не видели почтенного Хуэйкуна? Его младший брат-ученик отправился к горе Уван на задание, и, говорят, случилась беда. Хуэйкун повёл людей узнать, что произошло.
Чжао Хай покачал головой:
— Нет. От горы Уван спаслись совсем немногие, и среди них не было ни одного монаха.
Остальные в зале, услышав это, тоже изменились в лице. Они сразу поняли, что это значит: Хуэйкун, возможно, уже не вернётся.
Юаньцзин тихо произнёс имя Будды:
— Амитабха, дай бог, чтобы почтенный Хуэйкун не успел дойти до горы Уван. Иначе беда.
Все тихо произнесли имя Будды и больше ничего не сказали.
Чжао Хай обвёл их взглядом и негромко произнёс:
— Когда я входил в городские ворота, я рассказал людям из секты Запечатанного Меча о том, что творится у горы Уван. Они сказали, что в ближайшее время в городе, возможно, произойдёт большое сражение и, вполне вероятно, нас попросят помочь с обороной. Так что пусть все хорошенько отдохнут.
Лицо Юаньцзина окончательно изменилось. Он негромко произнёс:
— Амитабха, люди из секты Запечатанного Меча и вправду так сказали?
Чжао Хай кивнул:
— Да, именно так.
Юаньцзин обвёл всех взглядом — их лица тоже переменились. Затем он негромко произнёс:
— Тогда всем следует хорошенько отдохнуть. Если люди из секты Запечатанного Меча и вправду позовут нас на оборону, значит, дела плохи. Мы тоже должны внести свою лепту. Если у кого есть сбережения, не держите их при себе — обменяйте на что-нибудь, что спасёт жизнь. Звери с нами церемониться не станут. А если мы победим, секта Запечатанного Меча нас не обидит — по крайней мере, выделит нам часть зверей, и мы окажемся в выигрыше. А если не убережём жизни, всё пропадёт.
Все кивнули и хором тихо произнесли имя Будды. Затем многие повернулись и вышли из обители.
А Чжао Хай с Юаньцзином прошли в его келью. Когда оба уселись, Юаньцзин посмотрел на Чжао Хая:
— Амитабха, почтенный Цзинхай, дело сделано?
Чжао Хай кивнул:
— Сделано. Думаю, внезапное появление зверей заметёт все следы, и никто ничего не заподозрит. Об этом не беспокойтесь.
Юаньцзин тихо произнёс имя Будды и негромко спросил:
— А что вы думаете об этом нашествии зверей?
Чжао Хай покачал головой:
— Думать тут не о чем. Нашествие зверей — не в нашей власти. За это отвечает секта Запечатанного Меча. Если нас и вправду позовут на оборону, отказаться мы не сможем. Иначе потом в секте Запечатанного Меча нам не жить. Так что остаётся лишь ждать зова.
Юаньцзин кивнул:
— Ничего не поделаешь. Ладно, не будем об этом. Почтенный Цзинхай, вы устали, идите отдыхать.
Чжао Хай кивнул, сложил ладони перед Юаньцзином и вышел.
Глядя на удаляющуюся фигуру Чжао Хая, Юаньцзин невольно ощутил укол опасения.
Он и вправду побаивался Чжао Хая.
Потому что сила Чжао Хая была поистине велика.
Ведь Хуэйкун был мастером двенадцатого слоя очищения семени и превращения в ци, уже одной ногой стоявшим на пороге очищения ци и возвращения духа. И с ним шли несколько человек, тоже не слабаков. А Чжао Хай всех их уничтожил.
Сила Чжао Хая была воистину страшна.
После истории с Хуэйкуном Юаньцзин и вправду испугался. Он боялся, что Чжао Хай, опираясь на свою мощь, обратится против него.
Хотя он уже пообещал Чжао Хаю место главы отделения, но глава отделения — не глава банды. Можно сказать, что в создании Собрания монахов Чжао Хай вложил немало, а получил лишь место главы отделения. Смирится ли он?
А если не смирится и тоже захочет стать главой банды — как тогда быть?
На какое-то время Юаньцзин ощутил головную боль.
Раньше он об этом не думал. Но когда Чжао Хай так легко расправился с Хуэйкуном, Юаньцзин осознал, насколько тот страшен.
Самое страшное в Чжао Хае было не что иное, как его сила. Она была поистине огромна.
Юаньцзин боялся, что Чжао Хай обратится против него. С силой Чжао Хая, если он выступит против, у Юаньцзина не будет ни малейшего шанса дать отпор.
От этой мысли Юаньцзин нахмурился. Затем принял решение — решить это дело с двух сторон.
Первое: приблизить к себе Чжао Хая, всячески выказывать ему расположение, чтобы тот не взбунтовался.
Второе: приблизить к себе людей в банде, чтобы они признавали только его. Тогда он перестанет бояться бунта Чжао Хая.
(Конец главы)