После того как все духовные поля были засеяны, суета в банде Мимунь наконец улеглась.
Хотя оставались ещё заботы о разведении каменных духовных крабов, это дело нельзя было ускорить нетерпением. Серебряный челнок и нори ещё не выросли настолько, чтобы служить кормом для каменных духовных крабов, так что говорить о разведении было пока рано.
А члены банды Мимунь, впервые получившие немного передышки, вдруг обнаружили, что их жизнь переменилась до неузнаваемости.
Прежде они могли есть только рыбу, а теперь у них были бамбуковый рис, хлеб, лапша, а также овощи и рыба. Прежде их доход шёл лишь от каменных духовных крабов, а теперь каждый месяц они получали фиксированные очки вклада. Они могли возделывать поля, брать задания, ловить каменных духовных крабов. Если кто-то умел готовить пилюли, он мог подать заявку на алхимическое задание; если кто-то умел ковать, он мог подать заявку на кузнечное задание. Банда предоставляла материалы и помещение, но изготовленное нужно было продавать банде.
С ростом доходов и скорость совершенствования возросла. С нефритовым жетоном личности их нынешняя эффективность совершенствования далеко превосходила прежнюю.
Впрочем, члены банды Мимунь не бездельничали, получив передышку. Напротив, дел у них было ещё много. Кто-то начал брать задания, кто-то — совершенствоваться по новым техникам, выменянным в банде. Многие обменяли техники, но всё не находили времени на них, а теперь наконец могли спокойно сесть и вникнуть.
Можно сказать, с окончанием этой суеты банда Мимунь официально встала на путь развития. Даже если бы Чжао Хай уехал, в банде уже не случилось бы сбоя.
Но Чжао Хай пока не мог уехать.
Кроме него, в банде не было сильных мастеров, и ему всё же было неспокойно.
К тому же Чжао Хай уже решил: когда через некоторое время разведение каменных духовных крабов наладится, он отправится на остров Духовного Краба — посмотреть, как там обстоят дела.
И как раз когда он так размышлял, ему пришло письмо.
Письмо было от Дин Чуньмина. Дин Чуньмин сообщал, что Ху Юань закончил затворничество и вышел из него, а также хочет повидаться с Чжао Хаем.
На сей раз затворничество Ху Юаня длилось почти пять месяцев. Чжао Хай и остальные вознеслись в Мир Мечевого Духа, прошло уже больше трёх месяцев, а он только вышел. Впрочем, по словам Дин Чуньмина, Ху Юань сейчас в хорошем состоянии и уже прорвался в область очищения ци и возвращения духа.
Ху Юань был первым вознёсшимся в Империи Мимунь, и его вознесение длилось дольше всех. Если бы не некоторые хорошие вещи, что были при нём, он не смог бы и сейчас прорваться в область очищения ци и возвращения духа. Но раз он прорвался — это хорошо. Чжао Хай решил с ним повидаться.
Поскольку Ху Юань всё время находился под присмотром Ся Шу, он не мог легко покинуть тот маленький город. Но Чжао Хай мог приехать к нему. В конце концов, Ся Юй теперь занимал в роду Ся довольно высокое положение и не мог постоянно следить за Ху Юанем.
Ответив Дин Чуньмину, Чжао Хай сразу собрал Вэньхая и некоторых людей из банды.
Когда все собрались, Чжао Хай обвёл их взглядом и сказал:
— Все, сегодня я собрал вас, чтобы кое-что сообщить. У меня внезапно появилось дело, и мне придётся на время покинуть банду. На это время банда остаётся на вас.
Услышав это, все невольно опешили. Затем поднялся шум.
Сейчас Чжао Хай пользовался в банде Мимунь огромным авторитетом. Все знали, что лишь под его руководством они смогли шаг за шагом дойти до сегодняшнего дня. Теперь Чжао Хай уезжал, и они, конечно, тревожились.
Чжао Хай обвёл всех взглядом и негромко произнёс:
— Тишина.
Лишь тогда все постепенно успокоились.
Один из старейшин заговорил:
— Глава банды, вы и впрямь уезжаете? Когда вернётесь?
Чжао Хай мрачно произнёс:
— Вернусь очень скоро, не тревожьтесь. У меня есть дела, которые нужно уладить, ничего серьёзного. Пока меня не будет, следите за домом, заботьтесь о духовных полях. И о рыбном промысле тоже — за разведением серебряного челнока нужно следить особенно, и нори выращивать как следует. Это важный источник дохода для нашей банды Мимунь в будущем.
Все откликнулись.
Чжао Хай посмотрел на них и продолжил:
— Раньше всё в банде делал я, и пилюли, и магические инструменты, которыми вы пользовались, были изготовлены другими. Но теперь в банде появились люди, которые пробуют себя в кузнечном деле и алхимии. Для них это хорошо, поддерживайте их — это очень выгодно для развития нашей банды.
Он помолчал и добавил:
— Но запомните: нам пока не стоит слишком много общаться с людьми из больших городов. Хотя сейчас мы принадлежим острову Духовного Краба, положение в Мире Мечевого Духа нестабильно. Если кто-то узнает, что мы можем производить столько духовного риса, мы сразу станем лакомым куском в глазах всех. Тогда и остров Духовного Краба, боюсь, не сможет нас защитить, а сами мы пока не способны себя защитить. Потому действовать нужно тихо.
Все слушали задумчиво.
В последнее время им и впрямь было очень хорошо. Жизнь улучшилась настолько, что у них закружилась голова и появились дерзкие мысли. Некоторые даже хотели обменять в банде кристаллы и отправиться тратить их в большой город.
Но теперь, услышав слова Чжао Хая, они поняли: хотя сейчас у них всё неплохо, сила их всё ещё слаба. Лишись они защиты острова Духовного Краба — и эти люди стали бы просто куском мяса в чужих глазах. Потому пока лучше быть осторожными.
Чжао Хай посмотрел на них и продолжил:
— Знаете, сколько остров Духовного Краба ежегодно нам назначает? Могу сказать: пятьсот тысяч цзиней духовного риса и два миллиона каменных духовных крабов.
Он помолчал и продолжил:
— Знаете, почему каменных духовных крабов только два миллиона? Именно потому, что мы можем выращивать духовный рис. Остров Духовного Краба требует с нас пятьсот тысяч цзиней духовного риса, чтобы мы больше сил вкладывали в его выращивание. Но они, вероятно, и во сне не видят, что мы разбили десять тысяч му духовных полей.
— Впрочем, я уже смотрел: урожайность этих десяти тысяч му не будет слишком высокой, возможно, даже несколько ниже. Потому что хотя эти поля и созданы по методу духовных полей, из-за самой почвы урожайность снизится. Но даже так за один сезон мы без труда соберём несколько миллионов цзиней духовного риса.
— В году около трёх месяцев непригодны для выращивания духовного риса. Если вычесть время на обмолот и выращивание рассады, то за год мы сможем собрать примерно шесть сезонов духовного риса. Шесть сезонов — это ведь десятки миллионов цзиней.
— Вы понимаете, что эти десятки миллионов цзиней значат для острова Духовного Краба? Если мы сдадим пятьсот тысяч цзиней, они будут очень довольны. А если сдадим десятки миллионов — остров Духовного Краба, боюсь, немедленно пришлёт людей, чтобы забрать всё под свой контроль. И нам тогда не придётся заниматься ничем другим — только выращивать духовный рис с утра до ночи.
— Потому об этом деле пока нельзя знать людям с острова Духовного Краба. Раз даже им нельзя знать, то тем более нельзя другим. Если узнают другие, мы окажемся в ещё большей опасности. Потому это дело нужно держать в секрете. Всем ясно?
— Ясно, глава банды, не тревожьтесь.
Услышав слова Чжао Хая, все внутренне напряглись и серьёзно отозвались.
Чжао Хай кивнул и со вздохом продолжил:
— Могу сказать вам: наша банда Мимунь в будущем будет развиваться. Я хочу превратить её в силу, которая не уступает острову Духовного Краба, а то и превосходит его. Но это не значит, что мы непременно должны что-то сделать с островом Духовного Краба. Мы по-прежнему можем поставлять ему товары, но у нас должна быть собственная независимость.
— Если у нас не будет независимости, нам придётся быть в зависимости от других. А так мы не сможем хорошо развиваться.
Кроме Вэньхая и остальных, все опешили.
Они и впрямь не ожидали, что у Чжао Хая столь великие замыслы. Он говорил, что хочет превратить банду Мимунь в силу, превосходящую остров Духовного Краба. Это было поразительно.
Чжао Хай посмотрел на них и мрачно произнёс:
— Все, скажу вам откровенно: ещё до того, как войти в Мир Мечевого Духа, мы уже немало о нём знали. Именно потому по моему указанию Вэньхай и остальные вошли в Мир Мечевого Духа первыми и пришли сюда, в Гуаньчао. Тогда я дал им задачу: найти относительно безопасное место для поселения. Очевидно, они справились неплохо.
— Но перед своим вознесением я получил сведения: положение в Мире Мечевого Духа стало нестабильным. Семьдесят два острова Южного моря могут оказаться в это втянуты. А значит, и здесь станет небезопасно.
— Однако, судя по всему, перемены в Мире Мечевого Духа могут наступить не так скоро. Это даёт нам время развиться и окрепнуть. Если однажды положение здесь и впрямь изменится, у нас будет способность себя защитить, и остров Духовного Краба не сможет легко бросить нас как пушечное мясо. Понимаете?
Услышав это, все невольно опешили, а затем внутренне напряглись.
Они прекрасно понимали, что имеет в виду Чжао Хай.
Если положение в Мире Мечевого Духа и впрямь пошатнётся, если Семьдесят два острова Южного моря и впрямь окажутся втянуты в какое-то большое дело, то такие, как они, могут стать пушечным мясом — и у них не будет сил сопротивляться. Потому они понимали Чжао Хая.
Они были вознёсшимися. В низшем мире они купались в славе, но эта слава была добыта на костях бесчисленных других. Они видели множество слабых людей, которых превращали в пушечное мясо. А теперь в Мире Мечевого Духа они сами оказались теми слабыми людьми. Если здесь и впрямь что-то случится, они непременно станут пушечным мясом.
Они и сами прежде так поступали — потому легко понимали Чжао Хая.
Чжао Хай посмотрел на них:
— Вот что я хотел сказать. После моего ухода Вэньхай переделает здешнюю телепортационную формацию. Она станет такой, что войти можно, а выйти — нельзя. Надеюсь, вы поймёте.
— И ещё: передайте эти слова людям в банде. Теперь мы все заодно, и я надеюсь, вы поймёте моё решение.
— Да, глава банды, не тревожьтесь, все поймут!
(Конец главы)