Девятый старейшина смотрел на Дин Чуньмина, и лицо его посинело.
Он прекрасно понимал, что за банда Гуаньчао — сборище вознёсшихся, сколоченное на скорую руку, которое лишь по счастливой случайности одержало победу благодаря ядам и внезапным ударам. А теперь эти люди говорили, что он недостоин быть их противником. Это было прямым оскорблением.
Девятый старейшина холодно хмыкнул, движением руки направил длинный меч, всё это время висевший у его бока, прямо в Дин Чуньмина. Он хотел проучить этого наглеца.
Дин Чуньмин стоял на месте и смотрел на летящий меч. Когда клинок приблизился, он двинул рукой — огромный меч в его ладони, словно мухобойка, ударил по летящему мечу. Тот сразу отлетел далеко в сторону, будто мяч, по которому ударили со всей силы.
Девятый старейшина опешил. Он попытался взять меч под контроль, но обнаружил, что клинок его не слушается. Он мог связаться с мечом психической силой, но тот всё ещё нёсся по инерции, и управлять им не было никакой возможности. Лицо девятого старейшины изменилось — он наконец понял: перед ним телесный практик чудовищной силы. Такую мощь обычному человеку не превзойти.
Дин Чуньмин посмотрел на девятого старейшину и на людей, что шли за ним, затем взмахнул рукой:
— Братья, молодой хозяин сказал держать Сокровищницу писаний. Значит, кто бы ни пришёл, мы её удержим. Вперёд.
Люди за его спиной отозвались, двинулись и окружили Сокровищницу. Некоторые даже запрыгнули на крышу, чтобы прикрыть её сверху. Они ещё не умели летать и только так могли защитить здание.
А Дин Чуньмин в это время медленно поднялся в воздух. Он стоял в полутьме и смотрел на девятого старейшину, который уже вновь взял свой летающий меч под контроль. Негромко произнёс:
— Самая большая ошибка вашей секты Цзяньъюй — то, что вы зарились на нашу банду Гуаньчао. Вы даже не знаете, с кем связались. У молодого хозяина приказ: пленных из секты Цзяньъюй не брать. Так что вам остаётся только умереть.
С этими словами Дин Чуньмин двинулся. В следующий миг он уже стоял перед девятым старейшиной.
Тот никак не ожидал, что Дин Чуньмин окажется настолько быстрым. Силовой телесный практик, а скорость такая, что в голове не укладывалось. Но реакция у него была неплохая: мысленным приказом он отлетел назад, а летающий меч устремил в Дин Чуньмина.
Но Дин Чуньмин двинул рукой — чёрная тень мелькнула в ладони и исчезла. В следующий миг она уже торчала в горле девятого старейшины.
Тот застыл, глядя на Дин Чуньмина, глаза широко раскрыты. Он не мог поверить, что умирает вот так. В горле у него торчал чёрный летающий клинок. И это было самым невероятным: культиватор стадии очищения ци и возвращения духа, оказывается, владеет летающими клинками. И клинок был настолько быстр, что тьма мелькнула — и уже в горле. Он даже среагировать не успел.
Дин Чуньмин убил девятого старейшину одним ударом и сразу ринулся к людям секты Цзяньъюй.
Те не отступили. Они знали, что пути назад нет. Враг запечатал секту, выхода нет; враг сказал, что пленных не берёт — значит, и сдаться нельзя. Оставалось только драться.
С этой мыслью люди секты Цзяньъюй взметнули летающие мечи и бросились в атаку. У них были и другие магические инструменты, но они не смели их использовать — в телах осталось слишком мало духовной энергии. С прежним запасом они могли бы управлять несколькими инструментами, но сейчас энергии почти нет, и контролировать столько инструментов невозможно. Если попытаться, энергия иссякнет очень быстро. А если не уничтожить врага до того, как она исчезнет, останется только ждать смерти.
Хотя в Мире Мечевого Духа есть немало пилюль для восстановления духовной энергии, они уже пробовали. После приёма пилюль восстановление шло крайне медленно, словно что-то ему мешало. В такой ситуации оставалось использовать только самый привычный летающий меч, а к другим инструментам даже не прикасаться.
Культиваторы слишком зависят от духовной энергии. Стоит ей упасть — и боевая мощь падает, причём во всех отношениях. Нет достаточной энергии — не выдержишь долгий бой; нет достаточной энергии — не используешь много инструментов; нет достаточной энергии — не применишь другие средства. Всё это обрушивает боевую мощь. Потому падение духовной энергии столь губительно.
Так было и с людьми секты Цзяньъюй. Сначала их поразило проклятие, энергия оказалась запечатана; затем заклинания со средой и яды Чжао Хая уничтожили большую часть их мастеров. Оставшиеся хотели уйти, но не могли — секта запечатана. Чжао Хай не церемонился и сразу бил насмерть. Так что людям секты Цзяньъюй оставалось лишь драться с Чжао Хаем и его людьми.
То же было и с теми, кто напал на Сокровищницу писаний. Они оказались неглупы: часть вцепилась в Дин Чуньмина, остальные бросились к Сокровищнице. Они хотели её уничтожить, ни за что не желая, чтобы наследие секты Цзяньъюй досталось банде Гуаньчао. Собственное наследие в руках врага — какая досада! Потому Сокровищницу нужно уничтожить.
Пока Дин Чуньмин был связан боем, эти культиваторы ринулись к Сокровищнице. Но им пришлось столкнуться с его подчинёнными. Те были невероятно сильны. Хотя они ещё не умели летать, справиться с ними обычному культиватору стадии очищения ци и возвращения духа было нелегко. А уж людям секты Цзяньъюй, у которых осталась десятая часть энергии, — тем более.
Едва схлестнувшись, они поняли, насколько силён враг. Пробиться в Сокровищницу не удавалось. Те не умели летать, но обладали чудовищной силой и использовали её в совершенстве. Их летающие мечи не могли пробить оборону.
Вскоре Дин Чуньмин перебил всех, кто его связывал, и повернулся к тем, кто ещё штурмовал Сокровищницу. Увидев, что он снова идёт на них, те развернулись навстречу. Но разве они могли тягаться с Дин Чуньмином? Вскоре все, кроме нескольких убежавших, были убиты.
За беглецами Дин Чуньмин не гнался. Сейчас его главная задача — охранять Сокровищницу, остальное не его дело. Потому он с отрядом остался на месте.
А Чжао Хай к этому времени уже вырезал больше половины секты Цзяньъюй.
Он использовал дождь стрел и яд. Люди секты Цзяньъюй не могли ему противостоять. К тому же ключевые и внутренние ученики банды Гуаньчао тоже были не лыком шиты. Ключевые уже владели заклинаниями со средой, хотя и не так искусно, как Чжао Хай. Увидев, как он применяет заклинания со средой, они мысленно ахнули. Им и в голову не приходило, что такое заклинание можно использовать вот так, довести до такого уровня.
А внутренние ученики хоть ещё и не начали учить заклинания со средой, в их обычные заклинания можно было вкладывать силу. Это резко усиливало атаку. К тому же они действовали не поодиночке, а группами. Поскольку они ещё не достигли стадии очищения ци и возвращения духа, психической силы не хватало, и на каждое заклинание требовалась подготовка. В одиночном бою этой паузы хватило бы, чтобы их убили.
Но сейчас они действовали группами, и способ атаки был необычен. Внутренние ученики банды Гуаньчао делились на отряды: один атакует, другой готовится; как только первый выпустил заклинания, он сразу уходит готовиться, а второй выступает. Так атака шла непрерывно.
Такая групповая атака наносила врагу массовые потери. Особенно когда враги сбивались в кучу, потери становились огромными.
Разумеется, большинство потерь секте Цзяньъюй нанёс всё же Чжао Хай. Его яды и заклинания были кошмаром для культиваторов секты.
Сопротивление продолжалось. Они понимали, что даже не сопротивляться не выйдет — враг не собирался их щадить. Даже учеников-прислужников не жалели, просто убивали без остановки. Оставалось только сопротивляться. Не сопротивляться — смерть, сопротивляться — тоже смерть. Но они не могли не сопротивляться.
И пока здесь шла великая битва, все города под контролем секты Цзяньъюй тоже подверглись атаке.
Массы членов банды Гуаньчао хлынули из телепортационных формаций. Едва появившись в городах, они сразу активировали барьерные формации, превращая город в смертельную ловушку — ни войти, ни выйти. Затем начали атаку на все отмеченные места.
Метки ставил Чжао Хай. И как только люди банды Гуаньчао появлялись, на горожан тотчас срабатывало проклятие. Их сила резко падала, становясь сравнимой с силами банды. А банда численно превосходила их намного, так что шансов у них не было. Города под контролем секты Цзяньъюй были легко захвачены. Во всех городах сразу ввели запрет: никому не выходить на улицы.
У такой малой секты, как Цзяньъюй, обычно немного городов, и в них нет сильных мастеров. Хорошо, если найдётся один культиватор стадии очищения ци и возвращения духа. С падением силы они, естественно, не могли противостоять людям банды Гуаньчао. Потому захват городов прошёл очень легко.
(Конец главы)