Чжао Хай не придал этому делу особого значения.
Он прекрасно понимал, что делает. Ещё прежде, чем решил разобраться с Тун Чжэном, он уже представлял последствия. В конце концов, он собирался одолеть не обычного человека, а внутреннего ученика секты Ядовитого Дракона.
В любой секте внутренние ученики — важнейший ресурс. От них зачастую зависит, куда секта двинется в будущем. Если внешние ученики — это корни, то внутренние — опорные балки, поддерживающие всю секту и определяющие её дальнейшее развитие.
А Тун Чжэн был одним из десяти сильнейших внутренних учеников. Такой человек в секте Ядовитого Дракона занимал отнюдь не низкое положение. И вот его убил Чжао Хай — для секты Ядовитого Дракона это была немалая потеря.
Но Чжао Хай не тревожился.
Сдав задания, он вернулся в свой двор.
Теше вышел навстречу и поклонился.
Чжао Хай кивнул:
— Теше, я ухожу в затворничество на некоторое время. В это время следи за уборкой комнат и готовь мне еду трижды в день. Больше ни о чём не беспокойся.
Теше отозвался.
Чжао Хай сразу вернулся в комнату. Посидев немного, он отправился в комнату покоя.
Там было место, специально предназначенное для тренировок. Добравшись туда, Чжао Хай сначала занялся Телом лотоса Железного Будды, затем Змеиным кулаком, потом Великими мудрами девяти истинных слов, Искусством Сгущения Горы и ладонью «Опрокидывающий гору». Наконец, выйдя из комнаты покоя, он перешёл в ядоварню.
В ядоварне Чжао Хай пробыл до темноты, а затем вернулся в свою комнату и занялся психической силой.
Он ничуть не боялся, что его занятия во дворе кто-то заметит. Он прекрасно знал: во дворе есть защитная формация. Раз он уходит в затворничество, формация уже включена. Любой, кто захочет узнать, чем он занимается в комнате покоя, будет остановлен формацией. Потому он не беспокоился, что его тренировки кто-то подсмотрит.
Пока Чжао Хай спокойно совершенствовался, весть о деле Тун Чжэна быстро разошлась по секте.
Секта уже начала собирать людей для расследования убийства Тун Чжэна.
Тун Чжэн был одним из десяти сильнейших внутренних учеников. Его смерть вызвала в секте Ядовитого Дракона большой резонанс. Первая мысль секты была такова: другая секта нанесла удар по секте Ядовитого Дракона.
Потому они сразу отправили людей выяснить, чем Тун Чжэн занимался в последнее время.
Но сколько ни искали, ничего не нашли.
Самым подозрительным было то, что брат Тун Чжэна погиб — возможно, от руки внешнего ученика. А Тун Чжэн как раз разыскивал того внешнего ученика, когда его убили.
Люди секты Ядовитого Дракона, естественно, обратили взгляд на Чжао Хая.
Они начали расследование: что за человек Чжао Хай, с кем он вошёл в секту Ядовитого Дракона.
Вскоре они вышли на У Кая.
Но дальше У Кая след не шёл. От У Кая они узнали, что Чжао Хай вместе с неким Ши Янем вступил в секту Ядовитого Дерева. Но на великом соревновании секты Ядовитого Дерева Ши Янь был убит другим странствующим культиватором. А Чжао Хай убил того странствующего культиватора, отомстив за Ши Яня.
Затем они проверили Ши Яня и обнаружили, что тот был обычным странствующим культиватором, и проверять там нечего. Не найдя Ши Яня, они не могли найти и Чжао Хая. Наконец, на этом нить оборвалась.
Но секта Ядовитого Дракона из-за этого не заподозрила Чжао Хая. В конце концов, в Мире Мечевого Духа странствующих культиваторов слишком много. А таких, как Чжао Хай, без корней, — ещё больше. В такой ситуации то, что они не смогли выяснить его личность, было нормально.
Не выяснив, кто такой Чжао Хай, люди секты Ядовитого Дракона вернулись к секте и продолжили расследование того, что он делал внутри секты.
За это время они несколько раз вызывали Теше на допрос.
Результат допроса был таков: Чжао Хай — человек весьма скромный и преданный совершенствованию. За три с лишним месяца в секте он почти не выходил, всё время сидел во дворе в затворничестве, а ещё пробовал изготавливать яды.
Это вызвало у людей секты некоторое любопытство. Им и впрямь хотелось узнать, действительно ли Чжао Хай всё время совершенствовался в секте. А также узнать, он ли убил обоих братьев Тун.
Если это и впрямь Чжао Хай убил братьев Тун, то как он это сделал? Именно это и хотели выяснить люди секты Ядовитого Дракона.
Потому на десятый день затворничества Чжао Хая несколько человек вдруг появились в его дворе.
В это время Чжао Хай как раз совершенствовался в комнате покоя. Почувствовав, что снаружи кто-то пришёл, он тотчас вышел.
Во дворе стояло несколько человек в чёрной одежде. Все они носили маски. Но в отличие от прочих чёрных масок, их маски были белыми, и на них был написан иероглиф «Син» — «наказание».
Едва взглянув на эти маски, Чжао Хай внутренне напрягся.
Затем он заговорил:
— Старшие братья из Палаты исполнения законов, зачем вы ко мне пожаловали?
Один из людей в масках, главарь, посмотрел на Чжао Хая:
— Тянь Хай, мы пришли, чтобы проводить тебя в Палату исполнения законов для расследования. По делу о смерти братьев Тун Чжаня и Тун Чжэна.
Чжао Хай кивнул и негромко сказал:
— Хорошо.
С этими словами он сразу пошёл к ним.
Это несколько удивило тех людей. Впрочем, они ничего не сказали, лишь кивнули и повели Чжао Хая наружу.
Палата исполнения законов была местом, которое все культиваторы секты Ядовитого Дракона поминали с содроганием.
Потому что все в секте Ядовитого Дракона знали: если тебя вызвала Палата исполнения законов, добра не жди. Тех, кто вышел оттуда невредимым, почти нет. Потому стоило при одном упоминании Палаты исполнения законов у любого ученика менялось лицо.
И место, где находилась Палата исполнения законов секты Ядовитого Дракона, было самым безлюдным во всей секте. Потому что никто не смел к нему приближаться. Казалось, стоит подойти — и тебя постигнет беда.
На деле снаружи Палата исполнения законов ничем особым не выделялась. Обычный двор, только над воротами висела табличка с двумя иероглифами: «Палата исполнения законов». И больше ничего.
Войдя во двор, Чжао Хай тоже не заметил ничего особенного.
Двор был не очень большим. Внутри росло большое дерево. Затем шли комнаты, и культиваторы в белых масках сновали туда-сюда, словно чем-то занятые.
Люди из Палаты исполнения законов привели Чжао Хая в одну из комнат.
Комната была не очень большой, и мрачного ощущения не производила. Но в ней стоял металлический стул. На стуле было несколько железных колец. Эти кольца крепились прямо к стулу.
А перед стулом стоял стол. За столом — четыре стула. Расстояние между ними было около пяти метров. Очевидно, это было место для допроса.
Люди из Палаты исполнения законов, приведя Чжао Хая, указали на металлический стул:
— Садись туда.
Чжао Хай нахмурился:
— Разве не сказали, что это только расследование? Зачем садиться на этот стул? Ещё и приковывать меня будете?
Один из людей Палаты, возможно, потому что Чжао Хай прежде вёл себя хорошо, сказал:
— Верно, прикуём. Это чтобы ты не вздумал сопротивляться. Многие, попав в Палату, всё ещё пытаются бунтовать. Потому позже здесь установили правило: кто попал в Палату, неважно, виновен или нет, сидит прикованным во время допроса.
Чжао Хай кивнул, ничего не сказал и подошёл.
Затем он положил обе руки на подлокотники стула. Тотчас раздался щелчок, и его руки и ноги оказались прикованы к стулу. Одновременно он почувствовал, что его духовную энергию и психическую силу сковала некая сила.
Но Чжао Хай и не думал сопротивляться.
Он ведь был телесным практиком. Материал стула он разгадал сразу. Хоть он и неплох, но удержать его не сможет. К тому же он не считал, что те непременно станут с ним расправляться.
Люди из Палаты сели за стол напротив Чжао Хая и холодно посмотрели на него.
Чжао Хай с невозмутимым видом смотрел на них, ничуть не боясь.
Через некоторое время один из людей Палаты заговорил:
— Тянь Хай, сегодня тебя вызвали, чтобы выяснить, связана ли смерть Тун Чжэна с тобой. Ты знаешь Тун Чжэна?
Чжао Хай кивнул:
— Знаю. Десять дней назад он приходил ко мне в Ядовитый Туман и расспрашивал о Тун Чжане.
Тот человек продолжил:
— Что ты ему сказал?
Чжао Хай негромко ответил:
— Сказал правду. Я сказал ему, что Тун Чжаня убил я. Потому что Тун Чжань с несколькими людьми хотел меня обобрать, да ещё и убить. Потому я и убил Тун Чжаня.
Услышав это, человек из Палаты опешил. Затем лицо его помрачнело, и он посмотрел на Чжао Хая:
— А дальше?
Чжао Хай негромко сказал:
— А дальше он захотел меня убить. Но прежде, чем он меня нашёл, я уже кое-что приготовил. На деле я ждал его там. К тому моменту он уже был отравлен моим ядом. В конце концов он не смог меня убить — я убил его.
— Значит, Тун Чжэна и впрямь убил ты?
Тот человек из Палаты и не ожидал, что Чжао Хай вот так возьмёт и признается. Это его немало удивило.
Чжао Хай кивнул:
— Да, я. А что? Я ведь не нарушил правил секты? Мы сражались за пределами секты, в Ядовитом Тумане. Это ведь не нарушает запрета на частные схватки внутри секты? Он хотел меня убить, я убил его. Это нормально.
Тот человек из Палаты от этих слов опешил.
Он и впрямь не знал, что сказать. Потому что Чжао Хай был прав — он действительно не нарушил правил секты. Он убил Тун Чжэна в Ядовитом Тумане, а это не территория секты, значит, запрет не нарушен. К тому же Тун Чжэн хотел его убить, и он убил Тун Чжэна — это нормально. Не мог же он, в самом деле, подставлять шею и ждать, пока Тун Чжэн его прикончит.
Но тот человек из Палаты сразу продолжил:
— Как ты убил Тун Чжэна? Ты не мог быть ему ровней. Ты сказал, что кое-что приготовил. Откуда ты знал, что Тун Чжэн непременно придёт тебя искать?
Чжао Хай негромко ответил:
— Убил ядом. Я убил Тун Чжаня, и Тун Чжэн, конечно, пришёл меня искать. Потому я заранее всё подготовил и ждал его прихода.
(Конец главы)