Впрочем, Ли Железный бык тоже был человеком, прошедшим через сотни битв. Он вышел из странствующих культиваторов — а те почти все растут в сражениях. Что до боевого опыта, то у странствующих его куда больше.
Как раз когда Му Цинсун решил, что Ли Железный бык уклонится от сабли, тот вдруг присел. Но не согнулся, а просто опустился ниже — надо помнить, они ведь были в небе, где можно свободно падать вниз.
Опустившись, Ли Железный бык рубанул мечом по ногам Му Цинсуна. Тот не ожидал такого хода и на миг не успел сменить приём. Но он тоже прошёл путь от низшего культиватора до стадии очищения ци и возвращения духа, а не был вскормлен пилюлями. Потому он выставил ногу, наступил на меч Ли Железного быка и, подавшись вперёд, ушёл от удара.
Но Ли Железный бык не остановился. Он рванулся вверх, в небо, и снова рубанул мечом.
Однако Му Цинсун уже оправился после того удара. Синяя изогнутая сабля вновь полетела к Ли Железному быку. Одновременно он выпустил ещё один ядовитый инструмент — тонкий меч длиной около метра, но очень узкий, словно увеличенная игла.
Два инструмента разом устремились к Ли Железному быку. Теперь справиться с Му Цинсуном стало куда труднее. Ли Железный бык непрерывно прикрывался щитом от обеих атак, а его меч из оружия нападения превратился в оружие защиты.
Хорошо ещё, что инструменты в его руках умели противостоять яду, — иначе он давно пал бы от ядовитого тумана, что источали инструменты Му Цинсуна.
А Му Цинсун с каждым ударом тревожился всё сильнее.
Он знал, что Ли Железный бык ещё не достиг стадии очищения ци и возвращения духа, и полагал, что легко с ним разделается. Но не ожидал, что тот окажется таким упорным — двумя инструментами он орудовал столь плотно, что прикончить его оказалось совсем не просто.
Разница между культиватором стадии очищения ци и возвращения духа, умеющим пользоваться инструментами, и культиватором стадии очищения семени и превращения в ци не только в умении летать, но и в инструментах. В каждом инструменте есть запреты. Чем больше запретов и чем разумнее они устроены, тем мощнее инструмент. А для использования запретов нужна психическая сила — без неё инструментом не воспользуешься.
Запрет, по сути, есть формация. Соединяя различные формации вокруг инструмента как основы, получают магический инструмент. Чем больше и разумнее формаций, тем разнообразнее силы, которые инструмент может явить. Разумеется, обычный инструмент не может одновременно источать две силы разных свойств — тем более противоположных. Потому запретов в инструменте должно быть не только много, но и устроены они должны разумно, дополняя друг друга, чтобы инструмент явил наибольшую мощь. Если в инструменте окажутся формации противоположных свойств, он легко может попросту разрушиться. Это великий грех в кузнечном деле.
Впрочем, некоторые кузнецы это используют — создают инструменты с противоположными запретами. Но такие инструменты одноразовые. Стоит их выпустить — и они обычно взрываются. И этой силой взрыва кузнецы и наносят удар.
Психическая сила культиватора стадии очищения ци и возвращения духа куда выше, чем у культиватора стадии очищения семени и превращения в ци. Именно потому они и могут пользоваться инструментами. Чем выше уровень культиватора, тем мощнее его психическая сила и тем более высокий инструмент ему доступен. А чем выше инструмент, тем больше в нём запретов и тем больше мощь. Вот почему низшие культиваторы перед высшими беспомощны — их оружие уступает по уровню, словно человек с мечом против человека с ружьём: не успеешь приблизиться, как тебя уложат выстрелом. Потому низшему культиватору одолеть высшего через ступень крайне трудно.
Именно поэтому Му Цинсун поначалу вовсе не принимал Ли Железного быка в расчёт. По его мнению, даже будь у того в руках инструмент, он всё равно не смог бы явить его мощь. А значит, справиться с ним будет легко.
Но Му Цинсун забыл одно: Ли Железный бык был телесным практиком.
Главное отличие телесного практика от обычного культиватора вовсе не в том, насколько крепко его тело. Хотя это и преимущество телесного практика, но не главное. Главное отличие — в применении силы.
Как бы культиватор ни атаковал, ни побеждал, ни убивал врага, ему не обойтись без одного — энергии. Применение энергии — важнейшее в противостоянии. Без энергии любая атака — пустой фокус. Даже яд есть энергия. Разумеется, и сила есть энергия, притом весьма мощная.
Можно сказать, сила — это костяк энергии. Без опоры на силу никакая мощь не поразит врага. Потому в мире культивации и говорят: сила — мать десяти тысяч методов.
А телесные практики — лучшие в применении силы. Они закаляют тело и одновременно оттачивают применение силы. Именно потому телесные практики — самые упорные бойцы в мире культивации.
Впрочем, ныне многие телесные практики сбились с пути — заботятся лишь о закалке тела, а в применении силы не сильны. Чжао Хай считал это полным извращением сути. Потому он уделял огромное внимание применению силы у своих телесных практиков. Не только у таких, как Теше и Железный бык, — даже у Дин Чуньмина, чей талант был невероятен, а сила немыслима, Чжао Хай настаивал на отработке применения силы, причём ещё с низшего мира. Именно поэтому боевая мощь Дин Чуньмина ныне — сильнейшая во всей банде Гуаньчао после самого Чжао Хая. Обычный культиватор стадии очищения ци и возвращения духа ему не соперник.
А Железный бык, став слугой Чжао Хая, практиковал Змеиный кулак, и Чжао Хай также настаивал на применении силы. Именно потому Железный бык и держался против атак Му Цинсуна.
В инструментах Му Цинсуна было немало запретов, но и в инструментах Железного быка их хватало. Хоть сейчас он и не мог использовать их все, часть была ему доступна. Эта часть доступных запретов плюс применение силы — и Железный бык держал удар. Это изрядно поразило Му Цинсуна.
Они обменялись более чем пятьюдесятью ударами, и победитель так и не определился. Хоть Железный бык всё время защищался, Му Цинсун ничего не мог с ним поделать. Это его начало раздражать.
А Железный бык, напротив, был очень доволен — он даже вошёл в некое сокровенное состояние. В его глазах остался лишь этот бой и различные способы применения силы. Потому чем дальше, тем радостнее он бился.
Когда они обменялись более чем восемьюдесятью ударами, Му Цинсун выпустил ещё один инструмент — теперь он атаковал Железного быка тремя инструментами сразу, добавив ещё и яд.
Хоть Му Цинсун и не понимал, почему Железный бык не боится яда, он всё же попытался использовать яд, надеясь хоть как-то на него повлиять и поскорее прикончить.
Но едва он выпустил третий инструмент, как Железный бык почувствовал, что его дух всколыхнулся. А затем он ощутил, что вошёл в совершенно новое состояние. Он ясно чувствовал все запреты в нескольких инструментах на себе — хоть и мало понимал в запретах, но был ошеломлён их плотной россыпью.
Не понимать запреты не значит вовсе о них не слышать. На деле он слышал о запретах немало. Особенно попав в секту Ядовитого Дерева, он сильно расширил кругозор. Он прекрасно знал, что достоинство инструмента во многом зависит от запретов. А обычный инструмент культиватора стадии очищения ци и возвращения духа содержит не более восемнадцати запретов — больше такой культиватор уже не осилит.
При этом обычные культиваторы стадии очищения ци и возвращения духа делятся на три ступени по двенадцать слоёв. С первого по четвёртый — первая ступень. Культиватор первой ступени может использовать не более шести слоёв запретов. Вторая ступень — с пятого по восьмой слой, им доступно от семи до двенадцати слоёв. Третья — с девятого по двенадцатый, им доступно от тринадцати до восемнадцати запретов.
Разумеется, если тебе достался высокий инструмент с более чем восемнадцатью запретами, ты всё равно сможешь использовать не больше восемнадцати. Но высокие инструменты и куются из высоких материалов, потому и мощь их больше — без высоких материалов столько запретов в инструмент не вписать.
А Железный бык обнаружил, что ни в одном из инструментов на нём нет восемнадцати слоёв запретов. Запреты были плотной россыпью, и число их не счесть. Но точно не меньше пятидесяти. Это воистину поразило Железного быка. Он и не думал, что инструменты, данные ему Чжао Хаем, все окажутся высокими — куда сильнее обычных. Даже кожаный доспех и сапоги, которые он считал самыми простыми, содержали больше пятидесяти запретов. Это ошеломило Железного быка и преисполнило его благодарностью.
Железный бык понимал, что с ним происходит. Он был уверен: он совершил прорыв — официально стал культиватором стадии очищения ци и возвращения духа. Это радовало его больше всего.
Му Цинсун тоже ощутил перемену в Железном быке. Едва почувствовав её, он переменился в лице. Эта перемена в его ауре была ему отлично знакома — он ощущал её у многих, кто только что прорвался на стадию очищения ци и возвращения духа. Потому и поразился. Он не ожидал, что Железный бык прямо в бою с ним пробьётся на стадию очищения ци и возвращения духа. Теперь справиться с ним станет ещё труднее.
(Конец главы)