— Убить!
Чжао Хай взревел, и, не дожидаясь, пока люди Секты Тяжёлого Оружия перейдут в наступление, взмахнул рукой. Оба железных кулака устремились к главарю людей Секты Тяжёлого Оружия, а призрачный образ огромной горы над его головой тяжело накренился и обрушился на того.
Тот как раз собирался сказать ещё пару слов для порядка, но не ожидал, что Чжао Хай вовсе не станет играть по правилам и сразу ударит. В одно мгновение он оказался в невыгодном положении. Он холодно фыркнул, взмахнул рукой, и пара больших молотов вышла навстречу железным кулакам.
Шлёп —
Молоты и железные кулаки столкнулись, но не издали почти никакого звука. Оба железных кулака, словно сделанные из воды, рассыпались от первого касания. Лицо человека из Секты Тяжёлого Оружия разом изменилось. Он и подумать не мог, что столь грозная на вид атака Чжао Хая не будет иметь ни капли силы и что даже железные кулаки рассыплются. Он и сам вложил в удар слишком много. Сила ушла в пустоту, в груди защемило, кольнуло болью — он уже получил травму.
Он едва сумел совладать с парой молотов, как призрачный образ огромной горы с грохотом обрушился. Ему показалось, что на голову и впрямь рушится целая гора — он не успел даже защититься и получил удар в полную силу.
Бум!
Того культиватора Секты Тяжёлого Оружия сбило вниз, к земле. И в этот миг рассыпавшиеся железные кулаки вновь обрели форму, обратились в мечевые пальцы и метнулись ему в грудь.
Тот выплюнул кровь — явно тяжёлая рана. Видя, что мечевые пальцы несутся неудержимо, готовые пронзить его насквозь, он мысленно приказал, с усилием поднял оба молота и выставил их перед собой. Он не думал о том, чтобы убить врага, — лишь бы спасти себя. Он и представить не мог, что Чжао Хай владеет силой настолько совершенно: они обменялись всего одним ударом, а он уже был ранен.
И тут два мечевых пальца, обращённые из железных кулаков, один за другим вонзились в его молоты. Шлёп — первый мечевой палец коснулся молота и сразу рассыпался. Чжао Хай и на этот раз не вложил силы. Человек из Секты Тяжёлого Оружия был уже настороже, на этот раз не вложил всю силу и не почувствовал, что ударил впустую, — на душе у него немного отлегло.
Но в этот миг второй мечевой палец снова врезался в его молот. Дон! — в том пальце была сила в десять тысяч цзиней, и он разом ударил по молоту. А затем сила необычайной пронзительности вошла прямо в тело того культиватора Секты Тяжёлого Оружия.
Пуф —
Он снова выплюнул кровь. На этот раз его уж точно сотрясло. Он чувствовал, что внутренние органы тяжело повреждены.
И тут рассыпавшиеся железные ладони обратились в мириады мелких железных шариков и метнулись к тому человеку. Тот, уже израненный, теперь и вовсе не мог защититься. Мелкие шарики ударили в него, тело его несколько раз содрогнулось, затем глаза широко раскрылись, блеск в них медленно погас — он был мёртв.
С того мига, как Чжао Хай вступил с ним в бой, прошло всего несколько секунд, меньше минуты. И тот мастер Секты Тяжёлого Оружия вот так погиб. Это была настоящая мгновенная расправа. Люди Секты Тяжёлого Оружия и Шаньшуйской секты меча даже не успели опомниться, а он уже был мёртв. Всё произошло слишком быстро.
Люди Шаньшуйской секты меча и Секты Тяжёлого Оружия ещё стояли ошеломлённые, а тот уже был мёртв. Чжао Хай двинул рукой, и пара железных кулаков вернулась к нему. Затем он посмотрел на них и холодно произнёс:
— Я сказал: имена побеждённых мной меня не интересуют. Ваши имена мне теперь тоже неинтересны. Примите смерть.
Люди Секты Тяжёлого Оружия и Шаньшуйской секты меча разом пришли в себя, лица их изменились. У людей Секты Тяжёлого Оружия на лицах был гнев, но в этом гневе сквозила и тень страха. Они ведь знали: убитый Чжао Хаем был сильнейшим среди них. И его Чжао Хай уничтожил мгновенно — сколько же они продержатся против него? Этот человек был поистине страшен.
А люди Шаньшуйской секты меча были одновременно потрясены и разъярены, и в них шевельнулось раскаяние. Они и вправду пожалели. Они думали, что без труда уничтожат Чжао Хая и его людей, но не ожидали, что Чжао Хай с первого же удара прикончит одного из мастеров Секты Тяжёлого Оружия. Такая сила пугала.
Чжао Хай не обращал на них внимания. Он двинул руками и снова ударил кулаками. Но, как и прежде, он стоял на месте, а вперёд летели два железных кулака. Однако на этот раз в ударе была перемена: левый железный кулак принял форму змеи, а правый остался кулаком.
Искусство боя обеими руками!
В мире культивации это не считалось чем-то выдающимся. По сути, это было разделение внимания на два потока. Любой культиватор стадии очищения ци и возвращения духа мог это делать.
Искусство боя обеими руками практиковали в основном телесные практики, и обычно лишь на стадии очищения семени и превращения в ци. На стадии очищения ци и возвращения духа его уже никто не учил. Ведь у культиваторов этой стадии психическая сила настолько велика, что один человек может управлять пятью магическими инструментами и атаковать пять разных целей — это уже разделение внимания на пять потоков, куда выше, чем на два. Потому Искусство боя обеими руками и не изучали.
Но Чжао Хай считал, что люди Мира Мечевого Духа слишком недооценивают это искусство. Сильнейшее в нём — не разделение внимания на два потока, а то, что две руки используют две совершенно разные силы. И на его уровне руки могли использовать ещё больше сил. Одна рука могла применить несколько слоёв силы, и эти слои могли быть одинаковыми, а могли быть полностью противоположными — поистине тысяча изменений.
Как сейчас у Чжао Хая: левая рука использовала Змеиный кулак, правая — опрокидывающий гору кулак. Опрокидывающий гору кулак был невероятно тяжёл и вместе с тем мог меняться меж пустым и полным; а Змеиный кулак нёс мягкую, обволакивающую силу, но в любой миг мог обратиться в неодолимую твёрдость. Переход между инь и ян зависел лишь от его воли. Атакующая мощь этого удара была поистине огромна.
Тут и люди Секты Тяжёлого Оружия и Шаньшуйской секты меча опомнились. Они сразу атаковали Чжао Хая. Разумеется, люди Храма Железного Будды тоже не стали смотреть — они тоже пошли в атаку.
На самом деле только что сила Чжао Хая поразила не только людей Секты Тяжёлого Оружия и Шаньшуйской секты меча. Даже люди Храма Железного Будды были изумлены. Они и подумать не могли, что Чжао Хай настолько силён. Это было поистине могущественно.
Чжао Хай же не обращал внимания на такие мелочи. Он ударил кулаками, целясь в одного ученика Секты Тяжёлого Оружия. Тот использовал магический инструмент — гундао с длинной рукоятью. Сейчас он как раз рубанул им по Чжао Хаю. Удар нёс напор неудержимости, и на пару железных кулаков, летевших к нему, он даже не смотрел — приём был в духе «погибнуть вместе».
Такой приём был страшен. Обычный культиватор, столкнувшись с таким, непременно отвёл бы свой удар, либо отразил, либо уклонился, не стал бы сходиться насмерть. Но так он оказывался в невыгодном положении. А тот потом раз за разом наступал бы, и ты уже не получил бы шанса на ответ.
Но, к несчастью, тот человек из Секты Тяжёлого Оружия сегодня встретил Чжао Хая. Чжао Хай не боялся таких приёмов — его тело было защищено. Потому он не изменил удар, и оба кулака полетели вперёд.
Бум — дон —
Оба кулака Чжао Хая врезались в того ученика Секты Тяжёлого Оружия и разнесли его тело. А его гундао был остановлен круглым щитом, внезапно появившимся над головой Чжао Хая. Щит хоть и получил зарубку, но в мгновение восстановился, словно ничего и не было. А тот ученик Секты Тяжёлого Оружия был уже мёртв.
Снова мгновенная расправа.
Чжао Хай за один миг убил двух учеников Секты Тяжёлого Оружия. Все присутствующие почувствовали, как у них сжимается сердце. Перед лицом его бесконечных уловок они испытывали поистине глубокий страх.
Но теперь стрела уже была на тетиве — отступать поздно. И люди Секты Тяжёлого Оружия, и люди Шаньшуйской секты меча ясно понимали: даже если бы они захотели уйти, было поздно. Люди Храма Железного Будды их не отпустят.
У людей Шаньшуйской секты меча в душе поднялось густое раскаяние. Это дело их вовсе не касалось. Просто они повстречали людей Секты Тяжёлого Оружия, и те сказали, что идут убить одного человека из Храма Железного Будды, а добычу поделят с ними пополам. Вот они и соблазнились. А вражда между Сектой Тяжёлого Оружия и Храмом Железного Будды их ничуть не заботила.
Прежде люди Секты Тяжёлого Оружия и вправду свалили всю вину за схватку между Нали и их учеником на Нали. Но после того как они увидели Чжао Хая и услышали слова Нали, люди Шаньшуйской секты меча поняли: вина наверняка на Секте Тяжёлого Оружия. Но как ни смотри, союз с Сектой Тяжёлого Оружия позволял легко уничтожить Чжао Хая и его людей. Потому люди Шаньшуйской секты меча и поддерживали Секту Тяжёлого Оружия, желая уничтожить Чжао Хая.
Но они не ожидали, что Чжао Хай окажется настолько силён и в мгновение ока убьёт двух учеников Секты Тяжёлого Оружия. А остальные ученики Храма Железного Будды тоже были весьма сильны. Убить их теперь казалось трудно. Но они уже оказались в безвыходном положении. Они уже схлестнулись с людьми Храма Железного Будды, уже нажили вражду. Теперь даже если бы захотели отступить, не выйдет. Оставалось лишь стиснуть зубы и ринуться вперёд, надеясь оттеснить учеников Храма Железного Будды и уйти. Они уже не смели мечтать о том, чтобы убить их, — это было явно невозможно. Сейчас лишь бы спасти жизнь — и то спасибо, куда уж там думать о другом.
(Конец главы)