— Старина Лу, хватит болтать, идём со мной готовить ужин для мастера, пусть мастер отдохнёт. Мастер, отдыхайте в палатке — палатка и всё, что в ней, дарю вам. В чайнике есть вода, нагрейте её заклинанием. Эта палатка огня не боится. Что понадобится — крикните, я скажу людям. Мастер, отдыхайте, скоро принесу ужин.
— Амитабха, благодарю, почтенный, — Чжао Хай сложил руки в поклоне перед провожатым. Тот ответил на поклон и вывел телесного практика из палатки.
Едва они вышли, телесный практик сказал провожатому:
— Старина Су, лучше объясни мне, в чём дело. Почему ты так любезен с этим монахом? И палатку подарил, и еду готовишь, словно отцу родному служишь. Что происходит? Неужели этот монах такой важный?
— Замолчи, старина Лу. Ты знаешь, какую пользу нам принёс мастер? Он только что сообщил мне новость — секта Морской Разведки набирает учеников! В прошлый раз набирали одарённых детей, а сейчас будут набирать странствующих культиваторов, сильных. И, возможно, уже начали. Я в благодарность и подарил ему палатку. Разве не стоит?
— Правда? Секта Морской Разведки снова набирает? Я думал, они берут только детей. Отлично, просто отлично! Стоит, очень стоит! Сейчас пойду готовить еду для мастера. Как думаешь, ему обязательно есть постное?
— Ты идиот? Разве не видишь, что мастер — ученик Храма Железного Будды? Когда это ученики Храма Железного Будды ели постное? Иди готовь. Я пойду предупрежу остальных — все мы здесь крутимся в Южном море. Если упустить такой шанс и не сказать им, на душе будет неспокойно. Иди готовить.
— Ладно, увидишь, всё сделаю.
И два удаляющихся шага стихли.
Чжао Хай по звуку шагов понял, что оба обрадовались. Видно было, что новость для них действительно важна.
Шуйчжи тоже слышал и, повернувшись к Чжао Хаю, сказал:
— Молодой хозяин, вы думаете, их правда могут принять? Сила у них неплохая. Но убийственной ауры в них много, видно, немало людей на их счету. Они не из добрых.
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Не знаю, примут ли их. Странствующим культиваторам живётся несладко. Будь у них характер добряков, они бы не выжили в мире странствующих культиваторов. По сравнению с учениками сект, у странствующих культиваторов всё куда кровавее. Не убьёшь ты — убьют тебя. Мне всё равно, что они делали прежде, — лишь бы, вступив в секту Морской Разведки, соблюдали её правила, были преданы и полезны. Сколько они убили раньше — не наше дело. Таково выживание культиваторов.
— Да, молодой хозяин, я понял, — Шуйчжи поклонился.
Чжао Хай кивнул и продолжил:
— Ладно, вскипяти воды, выпьем чаю. Думаю, завтра на острове станет на несколько человек меньше.
Шуйчжи отозвался и уже собрался взять чайник и вскипятить воду заклинанием, но Чжао Хай махнул рукой и произнёс:
— Дай сюда чайник.
Он двинул рукой, достал из пространства железный формационный диск, поставил на стол и сказал Шуйчжи:
— Шуйчжи, знай: наша секта Морской Разведки сильнее других сект именно в применении формаций. В низшем мире мы использовали формации во всех сторонах жизни. Видишь этот диск? Это нагревательный формационный диск, может служить печью. На нём можно кипятить воду и готовить. Достаточно влить чуть-чуть духовной энергии. Ему не нужны кристаллы как источник энергии.
Он сделал паузу и достал ещё много вещей:
— А это чай. Впредь эти вещи держи у себя. И эти чашки. Кстати, вот вино, чарки. Эти необходимые в быту вещи держи при себе, чтобы потом не искать.
Чжао Хай передавал вещи Шуйчжи. Тот всё убрал, затем поставил чайник на диск, запустил его. Вскоре вода вскипела. Он убрал диск и заварил чай. Движения его были совсем не неумелыми.
Прежде Чжао Хай не заставлял Шуйчжи этим заниматься. И в заповедных землях Шуйчжи этого не делал. Но всё это время Чжао Хая не было в Храме Железного Будды, и Шуйчжи ходил туда разузнавать новости. С настоящими учениками Храма Железного Будды ему было не по чину говорить, потому он расспрашивал слуг. И, естественно, учился у них прислуживать. Так и научился заваривать чай.
Заварив чай, Шуйчжи налил Чжао Хаю чашку. Чжао Хай, глядя на него, слегка улыбнулся:
— Шуйчжи, не церемонься. Садись, выпей со мной. Мы сейчас снаружи, не нужно столько условностей.
Шуйчжи кивнул, отозвался и сел рядом со столиком. Налив себе чашку, он взглянул на Чжао Хая:
— Молодой хозяин, я заметил, что этот столик, чайник и чашки будто из особого материала? Не камень и не нефрит, а похоже на кость.
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Верно, заметил? Эти вещи и вправду не камень и не дерево, а из кости. Но, должно быть, из кости морского зверя, очень неплохо.
Шуйчжи кивнул:
— Значит, кость морского зверя. Приятно на ощупь, очень гладкая.
Чжао Хай произнёс:
— Говорят, Южное море богато ресурсами, но это относительно. Для людей Южного моря многого не хватает. А вот в море ресурсов, пожалуй, больше всего. Взять хотя бы эту кожу морского зверя для палатки — это, должно быть, очень большой морской зверь. Из такой кожи можно делать и другое, например одеяния учеников. Но это всё же звериная кожа. В Мире Мечевого Духа, кроме сект вроде Секты десяти тысяч зверей, что занимаются приручением зверей, вряд ли ученики какой секты станут носить одеяния из звериной кожи — их засмеют. Потому такая кожа в Мире Мечевого Духа не в ходу. В Южном море из неё только палатки делают. Жаль.
— Разве культиваторы не должны прежде всего думать о практичности? Почему оглядываться на чужое мнение?
— Возможно, такова форма развития мира культивации. В древности культиваторы действительно думали только о практичности. Тогда было неспокойно, часто случались войны, человеческой расе приходилось отвоёвывать место у демонических зверей. Тогда никого бы не удивило, если бы человек носил кожаный доспех или кожаную одежду. Но сейчас иначе. Сейчас демонические звери почти все стали добычей. Хотя иногда бывают нашествия магических зверей на города, они уже не представляют угрозы. Потому секты становятся всё более требовательными к внешнему виду. Ничего не поделаешь. Человек всегда проходит этот этап.
Пока они говорили, снаружи послышались шаги. Голос провожатого:
— Мастер, ужин готов, я принёс.
Шуйчжи сразу встал, подошёл к входу и открыл палатку. Провожатый держал большую коробку для еды. Увидев Шуйчжи, он сразу протянул коробку:
— Это ужин для мастера, прошу, мы не будем мешать. Ах да, мы, возможно, завтра уйдём спозаранку, потому завтрак для мастера, наверное, не сможем приготовить. Прошу прощения.
Шуйчжи принял коробку и сказал:
— Вы слишком любезны. Сейчас ваше время дорого, о нас не беспокойтесь. Идите.
Провожатый поклонился Шуйчжи и ушёл.
Когда он ушёл, Шуйчжи внёс коробку, поставил на стол, открыл и стал вынимать содержимое. Ужин был неплохой, в основном из морских продуктов, вкус тоже хороший.
Чжао Хай и Шуйчжи поели и сразу легли спать. Ночь прошла без разговоров.
Наутро, встав и выйдя из палатки, оба опешили: вчера вечером остров был оживлённым, а сегодня стал пустым. Нет, это уже не просто пусто — людей и след простыл. На всём острове, кроме их палатки, не было ни одной другой, и ни одного человека. Не будь за спиной их палатки, они бы решили, что вчера встретили призраков.
Шуйчжи, глядя на опустевший остров, не поверил:
— Ни одного человека? Они все ушли? Вступление в секту их так привлекает?
Чжао Хай произнёс:
— Да. Вступление в секту для них очень, очень привлекательно. Это шанс одним шагом подняться на небо. Разве они откажутся? Ладно, не обращай внимания. Собирайся, уходим.
Шуйчжи отозвался, вошёл в палатку, собрал вещи, разобрал палатку и убрал в пространственное снаряжение. Затем они наскоро поели и, встав на железную чашу, полетели дальше.
Их следующей остановкой был не остров, а участок рифов, выступающих из воды. Этот район рифов был известен в Южном море как Рифы Злой Рыбы. Там водилась очень свирепая рыба. Она была невелика — самая большая около полуметра, самая маленькая с ладонь. Но эта рыба была очень свирепой, тело её было чрезвычайно прочным, обычные атаки её не брали. А зубы были страшными: могли прокусить защитный барьер культиватора и испортить магический инструмент. Это был очень опасный морской зверь.
(Конец главы)