Используя своё положение ученика Храма Железного Будды, помочь банде Гуаньчао быстрее окрепнуть — именно этого и хотел Чжао Хай.
Но он не желал, чтобы люди из Храма Железного Будды сейчас слишком тесно общались с бандой Гуаньчао. Он боялся, что, увидев, какова банда Гуаньчао, они могут начать думать иначе.
Ведь сейчас банда Гуаньчао развивалась весьма неплохо. Если Храм Железного Будды обнаружит положение дел в Гуаньчао, последствия могут быть не слишком хорошими.
Теперь его цель была достигнута. Он мог открыто помогать Гуаньчао, не вызывая подозрений у людей из Храма Железного Будды. Ведь он получил разрешение. К тому же он и не собирался помогать банде Гуаньчао по-настоящему — достаточно было оказать умеренную поддержку.
Чжао Хай и Начжэнь вышли со двора Наюй и вернулись в свой двор.
Войдя, Чжао Хай сразу через пространство вернулся к банде Гуаньчао, уладил там дела и рассказал Лауре и остальным, что Храм Железного Будды позволил ему помогать банде Гуаньчао.
Лаура, Вэньхай и остальные очень обрадовались.
Сейчас они хоть и числились под островом Духовного Краба, но всё необходимое добывали сами. От такого покровителя было столько же проку, сколько и без него.
Чжао Хай знал: если он действительно раскроет свои способности, остров Духовного Краба непременно начнёт его высоко ценить. Но остров будет ценить лишь его одного, а не весь город Гуаньчао. А этого Чжао Хай как раз не хотел.
Если бы Чжао Хай и впрямь желал лишь спокойно совершенствоваться и стать сильным культиватором, ему вовсе не нужно было бы устраивать всё это. С материалами в его пространстве какие техники он не смог бы освоить? Стоило ему спокойно совершенствоваться, и его сила росла бы стремительно. В конце концов он занял бы своё место в Мире Мечевого Духа.
Но не этого хотел Чжао Хай.
Чжао Хай хотел, чтобы люди Империи Мимунь пользовались уважением. Он хотел, чтобы люди Империи Мимунь господствовали в Мире Мечевого Духа. Вот чего он желал.
Именно поэтому Чжао Хай и поступал так. Он понимал, что сделал ещё недостаточно. Ему предстояло сделать ещё многое.
Вернувшись из банды Гуаньчао в Храм Железного Будды, Чжао Хай и впрямь ушёл в затворничество на несколько дней.
В эти дни он непрерывно изучал состояние своего тела. После того как он освоил Змеиный кулак, гибкость тела возросла, движения стали ещё более ловкими. Это незримо повышало его боевую мощь. Для Чжао Хая это было безусловно хорошо.
На подготовку к походу на безымянный остров им требовалось ещё несколько дней.
На сей раз отправлялось немало людей. К тому же если бы они пошли через телепортационную формацию, это создало бы много хлопот. Ведь они направлялись на чужую территорию. Воспользуйся они телепортацией — и противник их обнаружит. А тогда он мог бы придумать всевозможные способы их остановить. Этого им не хотелось.
Потому Храму Железного Будды требовалось время на подготовку. И подготовить нужно было немало. Самое главное — один магический инструмент, большой инструмент, способный вместить множество людей.
У такой великой секты, как Храм Железного Будды, не могло не быть больших магических инструментов.
Насколько знал Чжао Хай, большой магический инструмент Храма Железного Будды был весьма необычен — это был лотосовый трон. Но он лишь слышал о нём, видеть не доводилось. Очевидно, больших магических инструментов в Храме Железного Будды было немного, потому их до сих пор не вынимали.
На сей раз Храм Железного Будды отправлялся в Южное море. Путь был долгим, телепортацией пользоваться нельзя, потому приходилось задействовать большой магический инструмент.
Через три дня после того, как Чжао Хай узнал новость, ему сообщили, что они выступают, и велели на следующее утро собраться на телепортационной площади.
Чжао Хай, разумеется, не стал возражать.
Наутро он пришёл на телепортационную площадь.
Там уже собралось множество учеников Храма Железного Будды. Среди них было много внешних учеников, но и внутренних хватало.
Примерно через час после того, как Чжао Хай и остальные пришли на площадь, появились несколько монахов средних лет.
Все они были в чёрной одежде — старейшины Храма Железного Будды. Это были те самые старейшины-предводители. Они принадлежали к поколению Цзэ, которое было на два поколения старше поколения Хай.
Едва старейшины появились на площади, Чжао Хай и остальные тотчас приветствовали их:
— Приветствуем старейшин.
Старейшина, шедший впереди, кивнул и обвёл толпу взглядом. Его глаза, казалось, сверкали холодными молниями, отчего смотреть на него было неуютно.
Его взгляд задержался на Чжао Хае, затем скользнул дальше. Он заговорил:
— Думаю, задание всем известно, не буду много говорить. Выступаем немедленно.
С этими словами он взмахнул рукой, и в его ладони появился железный лотосовый трон. Трон выглядел размером с ладонь, и в нём не было ничего особенного.
Старейшина взмахнул рукой, и трон взлетел. Затем прямо в воздухе он начал увеличиваться, пока не превратился в огромный железный лотосовый трон диаметром около ста метров и высотой около двадцати. С него свешивались железные цепи, доходя до самой земли.
Старейшина произнёс:
— Все ученики, поднимайтесь на трон.
Все отозвались и тотчас начали карабкаться по цепям наверх. Разумеется, поднимались в основном внешние ученики, внутренние же просто взлетали на трон.
Внешние ученики лезли очень быстро. Они хватались за цепи, рывком подтягивались на десяток метров вверх, затем ещё раз, и вскоре оказывались на троне.
Когда все поднялись, старейшины тоже взошли на трон.
Оказавшись наверху, старейшины оглядели учеников.
На сей раз на подмогу отправлялось много учеников: триста внешних, пятьдесят внутренних и пятеро старейшин. Такой отряд уже нельзя было назвать слабым.
К сожалению, среди внутренних учеников не было никого, кого Чжао Хай хорошо знал. Наюй уже выполнял задания и на сей раз не участвовал. Начжэнь и Наинь, только что ставшие внутренними учениками, всё ещё совершенствовались, потому тоже не пошли.
Поскольку эти люди не участвовали, среди внутренних учеников у Чжао Хая не было знакомых. Зато среди внешних хватало тех, кого он знал. Даже те, кто прежде не знал, кто он, слышали о нём от других и теперь с завистью смотрели на Чжао Хая.
Старейшины оглядели их и заговорили:
— Слушайте внимательно. Под троном пять ярусов. Первый — ваше жильё. Идите вниз и выбирайте комнаты, не разбредайтесь. Цзинхай, подойди.
Чжао Хай поспешно отозвался и подошёл.
Он уже знал, что говоривший старейшина — это Цзэвэй, глава отряда.
Старейшина Цзэвэй не оставил никого другого, даже внутренних учеников, а выделил одного Чжао Хая. Видно, он и впрямь возлагал на него надежды.
Чжао Хай подошёл к Цзэвэю и поклонился:
— Приветствую старейшину. Ученик Цзинхай.
Цзэвэй взглянул на Чжао Хая и чуть улыбнулся:
— Не ожидал, что на сей раз Цзинхай присоединится к походу. Услышав об этом, я очень обрадовался.
— Это задание в основном оборонительное. Ты человек сообразительный. Когда доберёшься туда, если появятся мысли, обязательно высказывай.
Чжао Хай поспешно ответил:
— Да, старейшина, ученик запомнит.
Цзэвэй чуть улыбнулся:
— У учеников Храма Железного Будды есть сила. Но таких сообразительных и умеющих командовать, как ты, немного. Потому прояви себя.
Чжао Хай кивнул:
— Да. Прошу старейшину не беспокоиться, ученик сделает всё возможное.
Цзэвэй кивнул и махнул рукой:
— Иди, выбери себе комнату. До острова нам добираться около десяти дней. Отдохни как следует.
Чжао Хай отозвался, поклонился старейшинам и спустился под трон.
Сбоку трона было несколько дверей, ведущих вниз. Верхняя часть трона была обычной площадкой, ничего особенного. А вокруг площадки располагались железные лепестки. Сейчас они ничего не делали, но Чжао Хай был уверен: когда начнётся бой, эти лепестки непременно пригодятся.
На первом ярусе трона Чжао Хай обнаружил, что многие ученики уже нашли себе комнаты.
Он поздоровался со знакомыми и тоже выбрал комнату.
Комната была небольшой: одна комната покоя и место для умывания и отправления нужд. Всё вместе — меньше десяти квадратных метров. Но и это здесь считалось неплохо.
Чжао Хай осмотрел комнату, ничего больше делать не стал, сел и закрыл глаза, начав читать сутры.
В этот миг он почувствовал, что трон дрогнул, а затем выровнялся. Не глядя он понял, что трон поднялся в воздух.
Он не обратил на это внимания и продолжил читать сутры. В конце концов, до места оставалось ещё десять дней, спешить некуда.
Едва Чжао Хай почитал немного сутры, как услышал стук в дверь.
Он тотчас сказал:
— Входите.
Вошёл монах. Чжао Хай узнал его — это был внешний ученик, с которым они вместе выполняли задание на турнире. Звали его Наюань, и сила у него была неплохая — он уже достиг пика одиннадцатого уровня очищения семени и превращения в ци.
Чжао Хай сразу поднялся и приветствовал его:
— Старший брат Наюань, прошу садиться.
В их комнатах не было кроватей, но пол был устлан чем-то вроде травы, так что можно было сидеть прямо на полу.
Наюань улыбнулся:
— Прости, что явился без предупреждения, надеюсь, брат не в обиде.
Чжао Хай улыбнулся:
— Что ты, старший брат, садись.
Наюань кивнул и сел. Чжао Хай сел рядом и с улыбкой сказал:
— Прошу прощения, брат, я не взял с собой чая, не могу угостить тебя. Надеюсь, ты не в обиде.
Наюань улыбнулся:
— Не стоит церемоний. Я пришёл к тебе, чтобы попросить, чтобы в этом бою ты приглядывал за мной. Я знаю свою силу — она у меня средняя, и твоих талантов у меня нет. Потому прошу, приглядывай за мной.
Чжао Хай поспешно ответил:
— Брат, что ты, какие могут быть просьбы. Будем сражаться плечом к плечу.
(Конец главы)