Вся банда Гуаньчао пришла в движение.
Теперь их главной заботой было удержать главную резиденцию секты Цзяньъюй. Потому большинство людей банды собрались именно здесь.
Однако Чжао Хай не собирался ограничиваться глухой обороной защитного барьера — так не выстоять против атаки великой секты. В горах, где располагалась секта Цзяньъюй, он расположил огромную формацию, следуя рельефу.
Эта формация называлась формацией иллюзий и убийства, а главный её глаз был установлен в самой резиденции секты Цзяньъюй.
Эта формация иллюзий и убийства была создана по образцу Великой формации пяти стихий абсолютного убийства, но уступала ей в мощи. Не то чтобы Чжао Хай не мог выстроить Великую формацию пяти стихий абсолютного убийства — просто та формация была слишком уж безжалостна. Стоило её развернуть, и она непременно привлекла бы внимание всех. Потому Чжао Хай её не использовал.
Чтобы сдержать натиск великой секты, Чжао Хай на этот раз выложился по части формаций сполна. Всего за день он управился с этой формацией иллюзий и убийства.
Затем он принялся делить культиваторов секты на отряды и распределять их по глазам формации. Каждому отряду он выдал средство связи, чтобы они наносили удар, когда прикажут, а без приказа не смели шевелиться.
А каждый глаз формации был огромен, и в каждом был установлен магический инструмент. Стоявшие там культиваторы могли одновременно вливать свою энергию в этот инструмент. Так они могли обрушить на врага мощь инструмента.
Все инструменты, которые использовал Чжао Хай, были мечами.
Поскольку главное назначение этой формации иллюзий и убийства — нападение, он и поставил в глаза формации инструменты наступательного толка.
На то, чтобы расставить формацию, распределить людей и обучить их пользоваться инструментами, ушло три дня.
За эти три дня Чжао Хай даже отозвал большинство людей банды Гуаньчао, размещённых в филиалах секты Цзяньъюй в разных городах, оставив лишь малую часть для охраны. И те, кто остался, должны были при первых признаках опасности немедленно отступать, не задерживаясь.
Всего за три дня Чжао Хай и его люди полностью подготовились.
Главной причиной, по которой Чжао Хай создал такую огромную формацию иллюзий и убийства, было желание дать понять другим сектам: они отлично разбираются в формациях, и пусть больше не замышляют против них.
Разумеется, Чжао Хай не хотел, чтобы обнаружили духовные поля на горе, где стояла секта Цзяньъюй, и в соседних долинах. Если бы те поля нашли, великие секты начали бы подозревать неладное. Потому он и хотел этой формацией иллюзий и убийства защитить всю секту Цзяньъюй, а заодно и зону, где действовали её люди.
Три дня подготовки прошли, но ни одна великая секта не напала.
Это несколько озадачило Чжао Хая. Впрочем, он не тревожился — не пришли, и ладно. Теперь он вступил в тот союз, и если великие секты и впрямь нападут, можно будет просить помощи у других сект.
Через два дня после того, как Чжао Хай завершил подготовку обороны, ему вдруг пришло известие из секты Цинлань — на Цинлань напали.
Напала на них секта Сокровенного Неба.
Одновременно люди Цинлань сообщили Чжао Хаю: другие секты тоже подверглись нападению. И спросили, не атаковали ли и его.
На деле о нападении на Цинлань Чжао Хай знал прекрасно.
Поскольку он бывал в секте Цинлань, та тоже находилась под наблюдением его Пространства. И не только Цинлань — под наблюдением Чжао Хая были и другие секты, участвовавшие в собрании союза.
Чжао Хай обнаружил, что на них и впрямь напали другие великие секты. Среди нападавших были и секты праведного пути, и люди семидесяти двух островов Южного моря.
А то, что на Цзяньъюй до сих пор не напали, озадачило Чжао Хая. Но он всё равно был настороже: следил не только за тем, что снаружи, но и строго — за людьми внутри секты.
Главной целью слежки были оставшиеся слуги и ученики-прислужники прежней секты Цзяньъюй.
И надо же — слежка выявила неладное.
Среди слуг и учеников-прислужников и впрямь нашлись те, кто вёл себя подозрительно. Чжао Хай не церемонился — всех, кто вызывал подозрения, он приказал схватить.
После этого ученики-прислужники и слуги присмирели.
Но едва они присмирели, как наконец явилась великая секта.
Чжао Хай всё время следил за городами секты Цзяньъюй. Вскоре он обнаружил, что к горному району, где стояла секта Цзяньъюй, направляется большой отряд культиваторов.
Все они были в даосских одеяниях, попирали летающие мечи — вид величественный.
Едва взглянув на них, Чжао Хай сразу понял: это люди секты Сюаньцзянь.
Прежде Сюаньцзянь была опорой Цзяньъюй. После того как Чжао Хай разобрался с Цзяньъюй, Сюаньцзянь не сразу напала на них. Потому что не разобралась, кто за ними стоит, какая великая секта их поддерживает. Именно поэтому Сюаньцзянь не тронула Чжао Хая сразу.
Но теперь всё переменилось.
Теперь они знали, что Цзяньъюй участвовала в том собрании союза, знали, что Цзяньъюй хочет независимости. Им больше не нужно было опасаться сил, стоящих за Цзяньъюй, — потому они и пришли.
Впрочем, люди Сюаньцзяня были осторожны. Сначала они несколько дней наблюдали, не нападёт ли на Цзяньъюй другая великая секта. Если бы напала, они поняли бы, какая великая секта стоит за теми, кто уничтожил Цзяньъюй.
Но за несколько дней наблюдений они так и не увидели, чтобы какая-либо великая секта напала на Цзяньъюй. Это их изрядно озадачило.
Озадачило, но они всё же двинулись — ждать больше не хотели.
Как раз когда люди Сюаньцзяня шли на Цзяньъюй, Чжао Хай отдал приказ: всем ученикам филиалов секты Цзяньъюй в городах отступить в главную резиденцию и готовиться к бою.
Одновременно Чжао Хай первым делом сообщил в секту Цинлань: на них тоже напали.
Едва Чжао Хай и его люди отозвали всех из филиалов, как люди Сюаньцзяня вошли в те города.
Войдя, они сразу заняли филиалы Цзяньъюй. Хоть там уже никого не было, они всё равно их заняли. Затем проверили городские телепортационные формации — разумеется, те не работали.
Но они не спешили: отдохнули в городе день, а затем полетели прямо к резиденции секты Цзяньъюй.
Чжао Хай прикинул: на этот раз Сюаньцзянь отправила около тысячи учеников.
Но эти тысяча — не простые ученики. Низшие по силе были внутренними учениками, и даже несколько ключевых учеников и старейшин шли с ними. Ключевых учеников и старейшин вместе набралось около сотни.
Можно сказать, сила была чудовищная.
Но что удивило Чжао Хая — эти люди, подойдя к горам, где стояла секта Цзяньъюй, не стали сразу нападать, а начали строить базу.
Защитные формации, телепортационные формации — всё было возведено.
Увидев это, Чжао Хай понял: противник готовится к затяжной войне — кто кого перетерпит.
Но Чжао Хай не тревожился.
Люди Сюаньцзяня думали, что, заперев их в резиденции, отрежут им выход. Это невозможно.
На деле при наличии телепортационной формации уморить секту голодом крайне трудно. Тем более у Чжао Хая есть филиал в городе Гуаньчао. Запереть их Сюаньцзянь не сможет.
Люди Сюаньцзяня за два дня построили базу. И даже телепортационную формацию возвели.
Но построенная ими формация была формацией ближней телепортации — из городов секты Цзяньъюй прямо на их базу. Расстояние было ограничено, иначе они не управились бы так быстро.
Когда база была готова, ученики Сюаньцзяня повалили туда потоком.
На этот раз пришли внешние ученики Сюаньцзяня. Они в большинстве не умели летать и передвигались по земле.
Но затем прибывшие выставили своё главное оружие — большой магический инструмент!
В Мире Мечевого Духа наличие большого магического инструмента — признак силы секты.
Секта Цзяньъюй, хоть и с древним наследием, не имела большого магического инструмента, потому считалась малой сектой. Потому большие магические инструменты здесь в большом почёте.
Прежде и семьдесят два острова Южного моря не могли тягаться с великими сектами — они состояли из странствующих культиваторов, и великие секты не принимали их всерьёз.
Но потом люди семидесяти двух островов овладели искусством разведения гигантских боевых зверей. В их сектах таких зверей стало множество. А эти гигантские боевые звери в иных случаях могли заменить большие магические инструменты.
Именно поэтому великие секты признали положение семидесяти двух островов Южного моря. Видно, сколь велико значение больших магических инструментов в Мире Мечевого Духа.
Большой магический инструмент секты Сюаньцзянь назывался колесницей-мечом Сюаньцзяня.
Это был большой магический инструмент в форме повозки. Но, хоть и «повозка», по виду он напоминал меч — длинный клинок, поставленный на лезвие, остриём вперёд. А под этим клинком — колёса.
У каждой колесницы-меча Сюаньцзяня было шестнадцать колёс. Длина её достигала около сотни метров, высота — около двадцати, толщина — около десяти. Объём поистине огромный.
Впрочем, в Мире Мечевого Духа у всех больших магических инструментов есть одно свойство — они могут уменьшаться.
Такая колесница-меч обычно может сжаться до клинка длиной в полметра. И лишь когда её раскрутят, она развернётся в гигантский меч длиной в сотню метров.
На этот раз Сюаньцзянь выставила десять колесниц-мечей. Внешних учеников было около двадцати тысяч, внутренних — около двух тысяч, ключевых учеников и старейшин — около двухсот.
Такое число, такая мощь — поистине чувствовалась решимость Сюаньцзяня уничтожить секту Цзяньъюй.
(Конец главы)