Сюйцзин-цзы кивнул и принялся изучать печать на телепортационной формации.
У обычных телепортационных формаций печать ставят в особом месте рядом с формацией — это почти правило для всех сект. Цинсунчжай хоть и не великая секта, но и он не был исключением.
Но снять печать оказалось непросто.
Проще говоря, печать — это формация. Только она отличается от обычных формаций: её главное назначение — запечатать нечто.
Впрочем, как и прочие формации, формации печати бывают разные. От простейших до тех, что способны удержать мастера стадии возвращения пустоты к Дао. Но разница между ними огромна.
А формации печати, которыми секты обычно запечатывают телепортационные формации, почти все одного типа. В деталях они могут различаться, но назначение у них одно: первое — не дать пользоваться формацией, второе — самоуничтожение.
О том, что формацией нельзя пользоваться, все знают. А вот о самоуничтожении известно немногим. И всё же почти все формации печати на телепортационных формациях наделены этой способностью.
Самоуничтожение устроено просто: стоит активировать формацию печати — и снять её можно только правильным способом. Ошибёшься — не снимешь. А вздумаешь сломать силой — формация печати самоуничтожится. А с ней погибнет и телепортационная формация.
Именно поэтому запечатанные телепортационные формации сект так непросто разблокировать — у каждой формации печати свои особенности, и снять их нелегко. Это как сейф с кодовым замком: не знаешь код — не откроешь; попробуешь взломать — сейф взорвётся, уничтожив всё.
Именно с этим и столкнулись Тан Мин и его люди.
Телепортационная формация была запечатана. Правильного способа снятия печати они, разумеется, не знали — оставалось лишь медленно вычислять и постепенно снимать. Но на это нужно время.
А люди Цинсунчжая знали, что они замышляют. Потому атаковали яростно, не давая ни мгновения передышки.
Тан Мин ничего не мог поделать.
Хоть он и умел пользоваться формациями, снять формацию было непросто. Взламывать формации он не умел. Потому сейчас он мог лишь управлять Нефритовым компасом, выигрывая время для Сюйцзин-цзы и остальных.
К счастью, среди людей Сюйцзин-цзы нашлось несколько неплохих знатоков формаций. Потому снятие печати шло довольно гладко.
И тут один культиватор медленно подошёл к Тан Мину со спины.
Это был тот самый человек, что прежде спорил с Тан Мином и наотрез отказывался идти к телепортационной формации. Во время прорыва он всё время отлынивал — бежал вместе со всеми, но лишь бежал, не прикладывая сил.
И не только он — второй культиватор, что был с ним, вёл себя так же.
Теперь эти двое медленно приближались к Тан Мину, уже совсем близко. И оба не сводили с него глаз. А Дин Чуньмина, стоявшего рядом с закрытыми глазами, они не принимали в расчёт — по их мнению, он применил тайное искусство и теперь небоеспособен. Они не придавали ему значения.
Когда до Тан Мина оставалось около пяти метров, оба внезапно нанесли удар.
Два летающих меча устремились к Тан Мину. Они не просто управляли мечами — они сами с клинками в руках ринулись к Тан Мину. Оба удара целили в жизненно важные точки — ясно, они хотели его убить.
А Тан Мин в это время управлял Нефритовым компасом и, казалось, ничего не замечал.
Несколько культиваторов рядом заметили это и замерли от ужаса — те двое были слишком близко, ни предупредить, ни остановить их было невозможно.
Очевидно, они тоже не ожидали, что эти двое внезапно нападут на Тан Мина.
И когда клинки уже почти коснулись тела Тан Мина — оставалось полметра, — вдруг две руки схватили обоих за шеи. Затем руки сжались и дёрнулись — и оба почувствовали, будто все кости в теле разом ослабли, все суставы вывернулись. В головах загудело, и они потеряли сознание.
Только тут окружающие заметили — нанёс удар Дин Чуньмин.
Но и сам Дин Чуньмин выглядел неважно — лицо мертвенно-бледное. Обезвредив обоих, он не удержался на ногах и осел на землю. Тотчас бросил в рот горсть пилюль и закрыл глаза.
Глядя на него, все поняли: он получил новые раны.
Тут и Сюйцзин-цзы почувствовал движение. Он тотчас подошёл, взглянул на лежащих и переменился в лице:
— Что случилось?
Один из культиваторов рядом произнёс:
— Не знаю. Эти двое внезапно напали на Тан Мина. Не успей Дин Чуньмин, Тан Мина бы убили. Похоже, они хотели его убить.
Сюйцзин-цзы взглянул на лежащих и холодно фыркнул:
— Вот почему они в комнате так отчаянно возражали против захвата формации — они заодно. Хотели убить старшего брата Тан Мина и забрать Нефритовый компас. Тогда мы лишились бы последней опоры. Какие глубокие интриги.
Остальные тоже не были глупцами. Увидев нападение, они уже всё поняли. Потому никто не возразил.
Сюйцзин-цзы взглянул на Дин Чуньмина и обернулся:
— Младший брат Сюйянь-цзы, подойди, встань за спиной старшего брата Тан Мина. Никто не должен к нему приближаться.
Сюйянь-цзы отозвался, подбежал и встал за Тан Мином.
Затем Сюйцзин-цзы бросился к формации печати, торопя всех снять её скорее. Он уже чувствовал — положение крайне опасное.
К счастью, формацию печати на телепортационной формации хоть и непросто снять, но не слишком сложно. Во всяком случае, куда легче, чем защитные горные формации сект.
Через час уже забрезжил результат.
Всё это время люди Цинсунчжая отчаянно атаковали, но благодаря лабиринту, созданному Нефритовым компасом, так и не смогли добраться до Тан Мина и остальных. Потому Сюйцзин-цзы и его люди смогли спокойно снять печать.
Но это было ещё не всё.
Сняв печать, Сюйцзин-цзы не стал сразу пользоваться формацией, а принялся настраивать координаты.
Теперь он никому не доверял. Он не мог идти в другие секты — только прямо в Цинлань.
Тан Мин и остальные, разумеется, не возражали. Все знали: Цинлань больше всех хочет независимости. Потому если бы кто-то сейчас возразил против возвращения в Цинлань, это вызвало бы подозрения. Потому все молчали.
Сюйцзин-цзы без труда настроил координаты. Блеснул белый свет — и все исчезли с формации.
В следующий миг они появились на телепортационной площади секты Цинлань.
В Цинлань сейчас было очень оживлённо, на площади толпилось много народу. Едва Тан Мин и его люди появились, как тотчас привлекли внимание.
Но увидев Сюйцзин-цзы, люди Цинлань опешили, а затем обрадовались. Кто-то крикнул:
— Старший брат Сюйцзин-цзы вернулся! Скорее, доложите главе!
Один бросился вглубь секты, другой шагнул навстречу.
Тан Мин тем временем убрал Нефритовый компас и выдохнул с облегчением. Затем взглянул на Дин Чуньмина — тот уже поднялся, но лицо было бледным.
Тан Мин взглянул на него и негромко произнёс:
— Старина Дин, ты в порядке?
Дин Чуньмин покачал головой:
— В порядке. Но нужно отдохнуть. Пожалуй, вернусь на время в секту.
Тан Мин кивнул.
Сюйцзин-цзы уже переговорил с человеком из Цинлань. Он обернулся к Тан Мину:
— Старший брат Тан Мин, об этом я сейчас доложу наставнику. Но по делу уговоров, видимо, придётся решить заранее. Великие секты узнали, что мы раскрыли их план, и могут действовать. Потому прошу всех немедленно вернуться в свои секты и доложить главам, чтобы все готовились.
Все кивнули, признавая правоту Сюйцзин-цзы.
Цинсунчжай напал на них — это уже открытый разрыв. А люди великих сект, обнаружив, что те сбежали, непременно начнут действовать. Расположение Цинсунчжая особое — взяв его под контроль, великие секты получают преимущество. Стоит им двинуться — и они будут угрожать большей части буферной зоны. Нужно готовиться. Особенно сектам, что ближе к Цинсунчжаю.
Все кивнули, и, даже не сойдя с формации, попросили людей Цинлань отправить их дальше.
Тан Мин и Дин Чуньмин вернулись прямо в секту Цзяньъюй.
Едва прибыв, они тотчас рассказали обо всём Вэньхаю и Лауре с девушками. Те, услышав, сразу передали Чжао Хаю.
А Чжао Хай к тому времени уже почти месяц проповедовал в заповедном месте.
Основы формаций и изготовления талисманных бумажек он уже изложил. К тому же он чувствовал, что Искусство Тысячи Превращений Золотого Тела освоил уже достаточно хорошо, и можно выходить из затворничества.
Но хоть он и вышел, ту железную одежду, что обратилась из железного шара, он продолжал носить — для закалки тела.
Он чувствовал, что за это время тело стало куда крепче. Главным образом это сказалось на силе.
Прежде, если честно, сила Чжао Хая немного уступала силе Дин Чуньмина. Разумеется, это не значило, что Чжао Хай не мог одолеть Дин Чуньмина — по совокупной мощи Чжао Хай куда сильнее. В настоящем бою он мог бы убить Дин Чуньмина. Но если сравнивать только силу, он уступал. Ведь талант Дин Чуньмина был куда выше.
(Конец главы)